Александр Руднев – Бабочка в янтаре (страница 47)

Егор видел, как привычный мир рушился вокруг, и он не только не делал попыток сохранить его, но и не хотел этого. Он просто наблюдал, как все предметы и люди меняли свои очертания. Не внешнюю форму, а внутреннее наполнение, свой смысл.

Астахов просто не знал, что ему делать, и поэтому не делал ничего, проводя все время бесцельно шатаясь по подземным туннелям в размышлениях, возвращаясь в хижину лишь для еды и сна.

Только спустя несколько дней он понял, почему Марк так поступил. Потому что не мог иначе. Жизнь не приготовила для него альтернативы, и парень почувствовал, что это единственный выход. Если бы они не притащили его к каньону, может быть, Марк был бы жив. Но судьба распорядилась по-своему. Весь мир для Астахова перевернулся с ног на голову. И каждую минуту он задавал себе лишь один вопрос. А он, Егор Астахов, смог бы так поступить? И ответ был весьма невнятный.

Он снова и снова прогонял в памяти разговор с китайцем про жуткие вещи, про группу военных, выступивших против официальных властей и называвших себя «лиловыми братьями». Эта история поначалу казалась мутной и странной, но после смерти Марка, все изменилось. Реальность приобрела другие цвета. Если существует сила, уничтожавшая людей по непонятной причине, а по другую сторону те, кто объединился против этой силы, тогда кто он? И на чьей он стороне?

После того, как Марка не стало, военные забрали его тело и улетели. Поговаривают, что всех жителей «муравейника» ждут экономические санкции, а попросту — голод. Из поселка теперь продукты возить не будут. Как долго это продлится, неизвестно, но обычно бывает месяца два. Говорят, чтобы помнили, кто хозяин и кто диктует свои правила. Тех, кто помогал пилоту, к счастью, искать не стали, но неприятности Астахова все-таки ждали.

На пятый день, после того, как власти покинули каньон, к старому Мао наведались гости. Четверо небритых бугаев с ружьями вломились в подземную хижину и вытащили Егора из комнаты. Первым желанием было начистить им физиономии, но вороненые стволы охладили его пыл.

— Тебя велено доставить к Генералу, — пробасил один из незваных гостей, и он узнал в нем мужчину, который был на воротах, когда они с Вэем пришли в «муравейник».

— Так можно было попросить.

Егор сбросил с плеча его руку.

Боевики переглянулись, явно не ожидая такой наглости.

— Ты не понял! Генерал не просит!

Старик сидел в углу, склонив голову. В комнате заплакал ребенок, и один из громил, что был в кожаном жилете, отдернул занавеску. По его ухмыляющейся физиономии стало понятно, что обстановка накаляется.

— Не трогай ее! — медленно произнес Егор.

Тот, что обращался к нему, видно старший, одернул товарища.

— Хорош скалиться! Надо дело делать!

Громила бросил недовольный взгляд, но подчинился и задернул навес.

Астахов слышал про Генерала разное. С одной стороны, его головорезы имели здесь неограниченную власть и творили, что в голову взбредет. С другой стороны, город жил, имел запас продуктов и воды, торговые отношения с поселком. При всех минусах, Генерал слыл человеком неглупым и даже справедливым, хотя справедливость эта была для обычных граждан, для приближенных же существовали другие правила, что, впрочем, Егора не удивляло при таком первобытном укладе жизни в «муравейнике».

И еще он знал, что не выполнить приказ Генерала не имел права никто. За малейшее непослушание полагалось жестокое наказание. Обычно это была плетка или карцер без воды и пищи. Поэтому Егор решил не сопротивляться, хотя больше переживал за старика и его дочь, чем быстрее эта свора отсюда уйдет, тем спокойнее им будет.

Возле выхода на улицу их ждал автомобиль без верха неопределенного цвета и модели. Усадив Астахова на заднее сиденье, двое придавили его с двух сторон своими плотными телами, и внедорожник тяжело заурчав, медленно двинулся в гору, мимо редких прохожих, старательно отводивших глаза.

Резиденция градоначальника располагалась на верхних этажах, путь к которым преграждал забор из мелкой металлической сетки с тремя вооруженным людьми на воротах. Дорога здесь была вымощена плоскими камнями, склон выровнен и облицован бетонными плитами. Над площадкой перед входом в широкий туннель нависала полукруглая терраса с резными перилами, на которой был виден небольшой сад и стол с креслами.

Вид отсюда открывался роскошный. Прямо напротив террасы синели силуэты далекой горной гряды, а внизу темнел центр каньона, от которого местность постепенно поднималась, превращаясь в ступени с входами в коридоры. Между ступенями извивались дороги, поднимаясь к верхним этажам, предназначенным для проживания местных богачей, старост и другого начальства. Место было выбрано удачно, потому что ветер, гулявший на равнине относил всю гарь от костров в сторону, и здесь на возвышении почти всегда был свежий воздух.

— Давай, пошли! — старший кивнул головой в сторону ворот.

Егор с любопытством разглядывал интерьер апартаментов здешнего мэра. Туннель был ярко освещен. Стены облицованы чем-то похожим на бежевый мрамор, пол покрыт крупной красноватой плиткой. Практически зеркальный бирюзовый потолок отражал лампы, и света от этого становилось еще больше. К тому же он приобретал нежный слегка зеленоватый цвет и мягко наполнял помещение. Бордовые двери в позолоченном обрамлении боковых коридоров диссонировали, но создавали атмосферу богатства и роскоши, среди которых пыльные и угловатые люди с оружием и в военных ботинках казались неуместными.

Их шаги гулко отдавались от стен, и, Егор с сарказмом подумал, что ковровая дорожка тут бы не помешала. Возле очередной двери его остановили, положив руку на плечо. Один из сопровождавших открыл дверь и жестом позвал следовать за ним. Дальше шли вдвоем. Он так и не понял, зачем с ними следовали остальные.

Местный градоначальник оказался невысоким немолодым уже человеком с лысиной и хитрыми глазами. В центре большой ярко освещенной комнаты стоял массивный стол, за которым и сидел Генерал на высоком стуле. Сделав знак солдату, что тот свободен, он медленно вышел из-за стола и указал рукой на диван в углу, приглашая присесть.

Егор послушно опустился на жесткую поверхность дивана и сгруппировался, ожидая неприятного разговора. Хозяин кабинета присел в кресло, располагавшееся напротив, и закинул ногу на ногу.

— Здравствуйте, господин Астахов.

Голос у Генерала был слегка гнусавый и резкий.

— Вы меня знаете? — опешил Егор.

— Конечно. О Вас так много говорят в последнее время.

— Кто говорит?

Генерал скривился, пытаясь изобразить доброжелательную улыбку.

— Чего-нибудь выпьете?

Егор постарался сохранить спокойствие, поняв, что ход разговора будет задавать его собеседник.

— Нет.

— Хорошо. Меня зовут Курт Марич. Теперь мы знакомы.

— Что Вы хотите? — спросил Астахов.

Генерал помолчал, видно, размышляя над ответом.

— Я знаю, что Вы прибыли в мой город с этим китайцем… кажется, Вэй его зовут. Вас разыскивают. Я обязан исполнять закон.

Егор поморщился. Он знал, что рано или поздно его найдут, но не думал, что местный градоначальник решит выслужиться перед префектом.

— Кто разыскивает?

Марич сложил руки на груди и наклонил голову, рассматривая его с ног до головы.

— Вас, кажется, подозревают в убийстве?

— Обвинения сняты, — Егор вздохнул, подумав с облегчением, что речь идет не о Даггсе с его душегубами.

— Да мне как-то все равно. Я обязан…

— Да хватит Вам разыгрывать правдоборца и законника! Что Вы хотите?

Астахов заметил, как тот изменился в лице. Черты расправились, и выражение лица стало более жестким.

— Вы деловой человек, господин Астахов.

Казалось, Генералу несколько неловко, но, скорее, это было показное.

— Мне стало известно, что в Вашем распоряжении есть некоторая сумма…

— Ну, конечно, деньги! Это же очевидно! — воскликнул Егор и откинулся на спинку дивана.

Все встало на свои места. Местному царьку захотелось полакомиться халявными денежками. Астахов даже успокоился, услышав о деньгах. Теперь надо было подумать, как использовать это. Егор быстро смекнул, что можно и поторговаться.

— И сколько?

Вопрос, хоть и напрашивался сам собой, казалось, смутил Марича. Хотя, его скорее озадачило то, что представитель самой Корпорации так быстро откликнулся на не совсем законное предложение. Инициатива в беседе незримо перешла к Егору. Генерал прищурился, пытаясь, видимо, понять, как далеко он может позволить зайти своим аппетитам. Немного помявшись, он проговорил.

— Один миллион галато меня бы удовлетворил.

Егору показалось, что у того даже слюнки потекли. Это начинало забавлять. Однако упивался Астахов своим превосходством недолго. Марич быстро охладил его пыл.

— Вы знаете, господин Астахов, я, пожалуй, отзову свое предложение.

Егор опешил, осознав вдруг, что окончательно запутался. Вроде бы уже договорились и на тебе…Бред какой-то!

— Не понимаю.

— Я подумаю, — Марич натянул на губы улыбку, сверкнув глазами.

Нет, этого человека он точно не смог просчитать. Невесть откуда взявшееся беспокойство начало медленно перекрывать кислород, и Егор тяжело задышал. Вот теперь действительно пора переживать. Все-таки сдаст властям.

— А пока я думаю, ты у меня погостишь.

Марич внимательно посмотрел на него и встал.

Егор готов был вскочить и врезать этой хитрой сволочи по лысине. Только ничего ведь не поменяется. Забегут громилы и вытрясут из него весь дух. Надо выждать. Поразмышлять. Может, что и придет на ум. Марич позвал охрану.