Александр Рудазов – Семья волшебников. Том 2 (страница 92)

Вероника подумала и неуверенно сказала:

— Призываю… какой-нибудь еще пирожок!

Призвался другой пирожок. Но тоже мамин, только теперь с вареньем.

— Ты издеваешься?! — быстро съела его Астрид. — Это тоже мамин пирожок! Призови с другой Страницы!

Вероника вздохнула. Наверное, тут не обойтись без высокой магии. Она прикинула, как должна выглядеть сетка для призыва пирожков, и тут же начертила ее на полу. Нарисовалось что-то похожее на мамин противень, но с загогулинками, которые Вероника сама не знала, что означают, но почему-то была уверена — они нужны.

— Пьи… пр-ризываю пир-рожок с др-ругой Стр-раницы!.. — выпалила она, стукнув об пол посохом.

О Кто-То-Там, сколько же «р». Вероника все еще мучилась, когда они попадались на пути.

На этот раз призвался не мамин пирожок. Астрид его понюхала, откусила… ага, он с курицей! Мама такие не пекла!

— Вот, молодец, — похвалила она сестру. — Теперь я тобой довольна.

Вероника зарделась от счастья.

— Давай другой, — велела Астрид.

— Пр-ризываю еще один пир-рожок… ох… пр-ризываю сто р-разных пир-рожков с р-разных Стр-раниц!..

Астрид восхищенно заулыбалась. Впервые с начала своего существования эта мелочь начала приносить пользу. В круге призыва выросла гора пирожков даже больше, чем у мамы — и они все, вообще все были разными!..

День стремительно переставал быть скучным.

— Так, — потерла руки Астрид. — Начинаем эксперимент.

— Ты пьёбуй, а я буду доедать хорошие, — сказала Вероника.

Астрид на всякий случай метнулась до домашней аптечки и принесла эликсир от отравления. Заставила выпить сестру и выпила сама. Потому что мало ли какая дрянь попадется в сотне пирожков из сотни миров? Вдруг что-то, от чего даже у Астрид вспучит живот? Зато теперь они на целый час могут не бояться ядов… большинства… всех, от которых помогает этот эликсир.

Еще она принесла чаю, какао и простой воды. Неизвестно, с чем придется столкнуться, но лучше быть готовыми ко всему.

Астрид начала с тех пирожков, которые выглядели привычно. Первый оказался со свиным фаршем. Второй — с картошкой. Третий — с лапшой… какой странный пирожок.

Астрид подумала, что это очень-очень странно — варить лапшу и запихивать ее в пирожки. Что дальше — пирожок с хлебом?

Зато четвертый оказался с дыней и сливой и очень понравился Веронике. А пятый был с сосиской.

— Это не пирожок, это сосиска в тесте, — пренебрежительно сказала Астрид. — Твои заклинания все напутали.

— Они не… я не…

— Ладно, продолжаем, — доела сосиску Астрид и цапнула шестой пирожок.

Он оказался с зеленым чаем и еще какой-то сладкой штукой. Необычно.

Седьмой был с папайей. Восьмой — с мангодыней. Девятый — с картошкой, но не так, как второй пирожок, а какой-то другой картошкой. Вероника же сказала, что все пирожки должны быть разными, так что они и правда все оказались разными.

Десятый пирожок оказался с какой-то жижей и шариками в ней.

— Фу!.. — отбросила его Астрид. — Воняет!..

Зато одиннадцатый оказался с жареными тараканами. Это было вкусно, но Вероника отказалась даже попробовать.

— Ну и дура, мне больше достанется, — захрустела пирожком Астрид.

Двенадцатый был снова с фаршем, но теперь говяжьим. Тринадцатый — с капустой. Четырнадцатый — с мелкими жареными ящерками, и вот его Вероника неохотно согласилась попробовать.

Он был вкусный.

Пятнадцатый был опять с какой-то жижей, но теперь без шариков. Его отложили к невкусным, чтобы потом угостить дедушку Инкадатти.

Шестнадцатый пирожок был с грибами. Семнадцатый — с творогом. Восемнадцатый — с бараниной и зеленью. Девятнадцатый — с фаршем и яйцом посередине. Двадцатый — с рыбой. Двадцать первый — с щавелем.

Двадцать второй пирожок Вероника рискнула попробовать первой. Она расхрабрилась и тоже решила поучаствовать в эксперименте. Но ей не повезло — пирожок был с солью и перцем. Только соль и перец, больше ничего. Тут эликсир от отравления не помог — Вероника схватилась за язык и принялась жадно пить воду.

Астрид изучила этот пирожок. Видимо, его пекли… не люди.

Или люди, но чтобы кого-то разыграть.

С двадцать третьим пирожком тоже не повезло. У него внутри оказались живые черви. Как его вообще испекли, что они остались живыми?

— Фу-у-у!.. — поморщилась Астрид. — Они сырые!

Ну кто так готовит? В чем проблема была сначала пожарить или отварить начинку? Астрид раньше ела червей и сырьем, но давно переросла эти детские глупости.

Двадцать четвертый пирожок оказался с каким-то неизвестным мясом. Астрид отломила половинку, понюхала и сказала:

— Ну, это мясо… в пирожке… а больше мне ничего знать и не надо.

Двадцать пятый пирожок был с земляникой.

— О, кудесно! — обрадовалась Астрид. — Хочешь?

— Э-э… давай… — неохотно взяла пирожок Вероника.

Она уже объелась. Она плотно набила живот еще мамиными пирожками, а теперь еще и напробовалась так, что начала икать. И хотя она не отравилась, если не считать тот злосчастный пирожок с солью и перцем, она все же чувствовала себя странно.

— Я пойду! — держась за живот, выбежала она.

Астрид пренебрежительно посмотрела вслед. Смертные. Тяжело им живется, без внутреннего анклава.

Дожидаясь сестру, она съела двадцать шестой, двадцать седьмой, двадцать восьмой и двадцать девятый пирожки. В них не оказалось ничего необычного. Зато на тридцатом пирожке Астрид споткнулась.

Тридцатый пирожок был… с пирожком.

Астрид долго рассматривала это диво. Внутри пирожка еще один пирожок — маленький. А внутри него — третий, еще меньше. Что-то из высокой кухни… и, кажется, многомерное.

— Ну и как мне это есть? — спросила Астрид.

Она все же попробовала. Ей хотелось понять, есть ли там в итоге начинка, или она вся в другом измерении.

— Тё это? — спросила вернувшаяся Вероника.

— Пирожок с пирожком, — ответила Астрид, доковырявшая уже до девятого слоя. — Бесконечный пирожок в пирожке. Пирожок Воизамона.

Она как раз вчера узнала в школе про антимонии Воизамона, озирского мудреца, который мудрил так сильно, что Астрид ничего не поняла. Там было про бесконечную дорогу, и еще про бублик, который невозможно съесть, потому что он все время крутится…

Когда очередной пирожок стал таким маленьким, что его нельзя стало увидеть без хомунциевой лупы, Астрид вспомнила про астридианцев и взгрустнула.

— Давай другой, — сказала Вероника, осторожно ломая тридцать первый пирожок.

Он оказался с предсказанием. Вероника достала бумажную ленточку и прочла:

— «Е»… и еще «е»… а это «й»… то есть «р»… ой, еще сразу две «р»!

— Дай сюда, — отняла у этой неграмотной малявки предсказание Астрид. — «Тебя ждет приятный сюрприз».

Вероника обрадовалась и сразу откусила от тридцать второго пирожка. Но тот оказался с личинками! Вероника уронила его, и ее вырвало сразу всеми съеденными пирожками! А потом еще и еще!

Пришлось Астрид снова поить шмакодявку водой, а потом ходить за тряпкой и вытирать всю эту грязищу.

— Мне плохо… — простонала Вероника. — Я умираю… ненавизю пьедсказания…

Но когда у нее внутри все успокоилось, и Астрид утерла ей лицо, Вероника уселась на корточки и решительно кивнула. Она собиралась продолжать эксперимент.