Александр Рудазов – Семья волшебников. Том 2 (страница 160)

— Ты чего, ежевичина? — спросила она.

— Бабушку Юмплу жду, — ответила Вероника.

— Она не придет, пока ты ее палишь, тупица, — дружески объяснила Астрид. — Она тебя боится.

— А чего она меня боится? Я же хорошая.

— Просто подарки должны появляться в атмосфере тайны. Сюрприз должен быть. А какой будет сюрприз, если ты пялишься? Ей же даже неловко даже подлететь.

— Я никуда не уйду, — решительно сказала Вероника, залезая в шкаф. — Я спрячусь тогда.

— Ежевичина!.. а-а-а!.. вали отсюда, дура!..

— Да зачем ты меня обижаешь все время?! — заорала Вероника, которую Астрид грубо потянула из шкафа.

— Я старшая сестра, ЭТО МОЯ РАБОТА!

Астрид начала злиться. Она купила Веронике подарок и хотела подложить на подоконник, как будто бабушка Юмпла прилетала, но мелкая не спит и собакирует! Чо теперь, будильник заводить, ночью просыпаться?!

— Чо ты собакируешь?! — потребовала ответа Астрид.

— Саботируешь, — тихо поправила Вероника.

— Что?.. я тя ща в окно выкину.

Вероника забилась поглубже в шкаф и с угрозой выставила перед собой апельсин. Астрид прищурилась. Она не посмеет.

— Для Астрид… апельсин… — пробормотала Вероника.

— Этот апельсин у тебя в жопе ща будет.

— И-и-и!..

Когда родители распахнули дверь, Астрид с Вероникой катались в клубке. Вероника пыталась дотянуться до апельсина, а Астрид заламывала ей руки и насмехалась:

— Ручки-то коротенькие!.. маленькая!.. слабая!.. ничо-то ты не можешь!..

Родители растащили дочерей, и Лахджа по-матерински всыпала обеим. А Майно вздохнул. Он пока не ложился спать, чтобы подложить на подоконники подарки от бабушки Юмплы, но дети тоже колобродили, хотя уже второй полуночный час.

— Спать, — хмуро велел он, расчесывая кожу возле рогов. — Быстро.

С этим спорить было невозможно. Астрид вернулась к себе в комнату и решила просто посидеть полчасика, мелкая точно больше не выдержит и задрыхнет.

Но Вероника упорно сидела. Она решила обязательно дождаться бабушку Юмплу и попросить у нее подарок для Астрид, потому что иначе Астрид подарка не получит, она слишком плохая.

Но бабушка Юмпла все не летела. На часах был уже третий полночный час, у Вероники слипались глазки, и она периодически себя щипала, но в небе не появлялась никакая бабушка на метле.

Может, с ней случилось что-то?

А может, она забыла?

А может, их дом не может найти?

А может… может, это Вероника на самом деле плохая?!

Эта мысль оказалась слишком мучительной, потому что звучала ужасной правдой. Да, наверняка в этом все дело. Вероника плохая, она призывает демонов.

— Пожалуйста… — забормотала она, крепко зажмурившись. — Пожалуйста, бабушка Юмпла, прилети… Можно даже без подарков… Я… я буду хорошей…

За окном задул сильный ветер. Такой сильный, что Веронику снесло. Она сидела на стульчике рядом с подоконником, но от порыва повалилась кубарем и немного ушиблась.

Занавески ужасно вздуло, глаза Веронике на секунду припорошило, а когда она проморгалась, то увидела в комнате высокую тетю… нет, бабушку в струящемся одеянии. Ее белые волосы клубились, будто живые, а лицо прикрывала белая чадра, но за ней все равно было хорошо видно лицо — строгое, но доброе, с крючковатым носом и очень светлыми глазами, смотрящими так, словно ты прозрачный, и они видят все, что внутри тебя происходит.

И гостья, кажется, была удивлена не меньше Вероники.

— Кто посмел меня отвлекать? — раздался строгий, но добрый голос.

Вероника протерла глаза платочком. Бабушка Юмпла как-то уж очень сильно сияла, на нее было тяжело смотреть.

— Я… я… — пискнула Вероника. — Извините…

Несколько секунд Юмпла смотрела на оробевшую девочку. Много веков она дважды в год спускалась в мир, зовущийся Парифатом, и пролетала его с востока на запад вместе с ночной мглой. На Добрый День — как Бабушка, на Злой — как Старуха. В эти дни она особенно ясно слышала голоса детей, но еще никогда, ни разу — настолько громко, чтобы помимо воли свернуть с пути.

Ее… можно сказать, что ее призвали. Призвали, словно какого-то духа или мелкого демона.

Взрослый заклинатель такого бы не сумел, да и не посмел бы. Но ребенок… в Добрый День… в это время Юмпла особенно открывается их чаяниям.

В доме есть взрослые, но они ничего не услышали. Их сон сейчас крепок и безмятежен… гм, смертный и демон?.. необычно…

А потом Юмпла пристальней всмотрелась в девочку, заглянула в самую глубь… а, вот как. Она улыбнулась, и от этой улыбки Вероника сразу успокоилась, потому что запахло печеньем и апельсинами, и подуло теплым ветерком, и вообще ее как будто ласково обняла бабушка.

— А где твои метла и мешок с подарками? — застенчиво спросила Вероника, когда ей перестало быть страшно.

— Здесь, — улыбнулась Юмпла еще шире, показывая то и другое. — Почему ты не спишь так поздно, Вероника? Я прилетаю, когда дети уже видят сны.

— А правда, ты приносишь подарки, а не родители? — спросила Вероника. — У меня вер… версия была, что все-таки родители…

— Я приношу подарки тем, у кого родителей нет, — ответила Юмпла. — А тем, у кого родители есть, я подарки благословляю.

— Экономия, — догадалась Вероника.

Тем временем снаружи зашуршало. Словно брави из Братства Добрых, Астрид незамеченной прокралась к окну родителей, но никого там не прикончила, а наоборот — оставила кудесные подарки. Теперь она собиралась осторожненько проверить, уснула ли наконец мелкая, и если да — то все хорошо, а если нет, то Астрид сначала слетает к Копченому и Зубриле, а потом вернется… и уж лучше бы мелкой к этому времени спать, иначе Юмпла-Астрид ей всыплет по первое число!..

Но когда она свесилась с крыши, то совершенно окирела, потому что одна Юмпла в комнате мелкой уже была, причем Астрид сразу поняла, что эта — настоящая!

— О-ки-ре… — прошептала она.

— Здравствуй, Астрид, — произнесла бабушка Юмпла, не повертывая головы. — Я о тебе наслышана.

Астрид ойкнула и дернула себя обратно на крышу, но тут же передумала, спустилась и повисла, держась одной рукой за горгулью.

Подарок для Вероники она пока что затолкала в углубление под карнизом.

— Я тебя столько лет ждала, а ты никогда не приходила! — обвиняюще воскликнула Астрид. — Я один раз до утра не спала!

— Извини, Астрид, даже детям нельзя видеть истоки чуда, — сказала Юмпла. — Оно должно совершаться в волшебной атмосфере тайны. Иначе из добродневной сказки я стану просто… разносчиком игрушек.

— Это не то, — согласились сестры Дегатти.

— Но раз уж вы меня увидели… вам я разрешу сегодня мне помочь, — сказала Юмпла, лукаво улыбаясь. — Конечно, если хотите.

У девочек вытянулись лица. Хотят ли они помочь бабушке Юмпле разносить подарки?.. хотят ли они?..

Да кто на свете будет таким дураком, что этого не захочет?!

— Ща, я только переоденусь! — вышвырнула себя в окно Астрид.

Вероника, правда, немного замешкалась. Мама все время повторяет, что нельзя уходить без спроса и нельзя никуда ходить с незнакомцами. Конечно, это не какой-то незнакомец, а бабушка Юмпла, но все равно — одобрит ли мама?

Но она не успела все как следует обдумать, потому что вернулась Астрид. В своем лучшем дорожном платье, нарядная и причесанная, с деревянным мечом на поясе, дорожным рюкзачком и Очком Истины. Она снарядилась с такой скоростью, с какой Вероника ни за что бы не сумела.

Сама она так и осталась в пижамке-кигуруми в виде лисички. Старая, в виде зайчика, на нее уже не налезала, но на день рождения тетя Сидзука подарила новую. Вероника подумала, что ей, наверное, тоже стоит переодеться во что-нибудь, но… но это будет долго, без маминой помощи она всегда так копается…

— Быстрее! — схватила сестру за руку Астрид.

— Быстрее! — донеслось из ее рюкзачка.

Тот расстегнулся, и из него высунулись Пырялка и набивной дракончик.