Александр Рудазов – Рассказы из правого ботинка (сборник) (страница 15)
– В техданных сказано, что только десять минут.
– Это норматив, батенька. Норматив. А порог у вас гораздо выше. Но вы почувствовали, что в легких осталось мало воздуха, и вынырнули. Однако ваш организм – идеальная машина. Даже после полного окончания кислорода вы можете успешно действовать еще семь с половиной минут. Почему же вы вынырнули раньше?
Ефремов покаянно опустил голову.
– Вы делаете серьезную ошибку, батенька, – внимательно посмотрел на него Гадюкин. – Вы все еще подсознательно воспринимаете себя как обычного человека. Сами себя загоняете в рамки. Но вы – сверхчеловек! Вы величайший триумф моего гения! Поверьте в свои силы! Выйдите за границы дозволенного! Перепрыгните на другой берег!
– Я плохо понимаю метафоры, профессор… Хотелось бы немного поконкретнее…
– Куда конкретнее-то, батенька? Перепрыгните на другой берег! Вон на тот, где пшеничка растет.
Ефремов недоверчиво моргнул. В буквальном смысле перепрыгнуть на другой берег? Но ширина реки почти семьдесят метров!
Профессор насмехается над ним? Сила, скорость и выносливость проекта «Титан» превышают человеческие в разы, но ему все равно не удастся преодолеть даже половину такой дистанции.
Это просто невозможно!
– Профессор, но это невозможно, – виновато произнес Ефремов. – Простите.
– Невозможно? Но вы же даже не попробовали.
– Хорошо, я попробую.
Майор отошел на добрых полкилометра. Конечно, перепрыгнуть реку не удастся, но надо хотя бы показать наилучший результат из возможных. Усовершенствованный человек глубоко задышал, прижал локти к бокам и сорвался с места, со страшной силой набирая скорость.
Через несколько секунд Ефремов достиг восьмидесяти километров в час. Предел. Еще быстрее невозможно. Невозможно. Едва касаясь земли ногами, он подлетел к самой воде… и взмыл в воздух.
Гигантский прыжок. Поистине гигантский. Почти три секунды Ефремов парил в воздухе, подобно птице.
Но потом упал.
В воду.
Вынырнув, Ефремов внимательно посмотрел на другой берег. Как и ожидалось, до него осталось еще почти сорок метров. Он допрыгнул только до середины. И это просто фантастический результат. Почти вчетверо больше мирового рекорда.
Но Гадюкин встретил вышедшего на берег Ефремова грустным взглядом.
– Я же говорил, профессор, – произнес майор. – Это невозможно.
– Невозможно?! – вскипел Гадюкин. – Не произносите при мне этого слова, батенька! Забудьте слово «невозможно»! Вычеркните его из своего разума! Нет ничего невозможного для настоящего человека!
– В теории – может быть. Но на практике…
Гадюкин покачал головой и уныло вздохнул. Кажется, он остался ужасно разочарован.
– Пойдемте, Георгий Павлович, – поднялся на ноги профессор. – Прогуляемся по лесу.
– Зачем?
– Попробуем обучать вас по методу перипатетиков.
– Кого?..
– Прогуливающихся. Так называли учеников Пифагора – за то, что он предпочитал проводить занятия на ходу, во время прогулки.
– Я не понимаю, профессор. Зачем это все?
– Смирно, майор Ефремов! – повысил голос Гадюкин.
Ефремов вытянулся в струну и застыл. Руки вытянулись по швам, все мускулы на лице окаменели. Только чуть заметно подрагивающие зрачки еще выдавали в нем живое существо.
– Майор Ефремов! Убрать кострище!
– Принято! – гаркнул Ефремов, срываясь с места и принимаясь затаптывать угли.
Не оставив ни единой тлеющей головешки, усовершенствованный человек с бешеной скоростью забросал пепел землей. Выровняв площадку до идеально ровного состояния, он повернулся к профессору и отрапортовал:
– Исполнено!
– Хорошо. А теперь берите рюкзак и следуйте за мной. Заодно и грибочков пособираем – сейчас как раз сезон. Я, знаете ли, завзятый грибник!
Ефремов молча взвалил на плечи рюкзак.
Вообще, формально профессор не имеет права им командовать. Он человек сугубо штатский, а Ефремов – военный. Вот были бы на плечах профессора погоны, Ефремов и не подумал бы обсуждать приказы. Но подчиняться штатскому… непривычно.
– Давайте еще разок, батенька, – предложил Гадюкин, вороша носком ботинка опавшие листья. – Вот вам веточка. Сломайте ее.
Ефремов послушно сломал протянутую веточку двумя пальцами. Гадюкин удовлетворенно кивнул и протянул другую веточку – потолще. Ефремов сломал и ее.
– А теперь, батенька, сломайте-ка целый пук веточек!
Ефремов чуть напрягся… и с хрустом переломил протянутый пук надвое.
– Вот видите. Сломали. Сему мораль – вы, батенька, и один в поле воин. Только вам нужно поверить в себя по-настоящему. Вон дуб. Вырвите его с корнем.
– Но профессор, вам не кажется, что это уже чересчур… Сломать пук веток – это не то же самое…
– Майор Ефремов! Вырвать дуб!
– Принято! – машинально ответил Ефремов, бросаясь к дереву.
Однако вырвать его оказалось не так-то просто. Могучий лесной великан врос в землю намертво. Ствол такой толстый, что и вдвоем не обхватишь. На скулах Ефремова вздулись желваки, на лбу запульсировала вена, мышцы взбугрились так, что страшно взглянуть – но дуб даже не шелохнулся.
– Профессор, без экскаватора я не справлюсь, – виновато отрапортовал майор, наконец оставляя дерево в покое.
Гадюкин снова вздохнул. Испытуемый упорно не желает сотрудничать.
– Батенька, сейчас я скажу вам кое-что важное. Слушайте, пожалуйста, очень внимательно.
– Да, профессор.
– Наш президент – полный идиот!
– Э-э… допустим. А какое это имеет отношение…
– Никакого. Но это очень важно. Идемте.
Через несколько минут Гадюкин и Ефремов вышли на поляну. Профессор радостно потер руки и произнес:
– Смотрите, батенька, да у нас компания!
С противоположной стороны поляны на него уставились пять пар глаз. Три парня и две девушки. Все молодые, студенческого возраста. Одеты весьма необычно для этих мест – в какие-то плащи, мантии, камзолы. Паренек в очках держит гладко обструганную палку, у другого – сувенирный меч, одна из девушек вооружена луком.
– Здравствуйте, молодые люди! – широко улыбнулся Гадюкин.
– Здравствуйте… – нестройно ответили ему.
На неожиданных гостей молодые люди посмотрели не слишком дружелюбно. Парень с мечом спрятал оружие за спину и скорчил такую мину, словно его застигли со спущенными штанами.
– Кто это, профессор? – негромко спросил Ефремов.
– Да это, батенька, ролевики. Они в этих местах постоянно съезды устраивают.
– Ролевики? А что это такое?
– Что-то вроде любительского театра на сказочную тематику. Только без зрителей и на открытом воздухе. Да вы не волнуйтесь, батенька, они нам не помешают. А мы им. Мы ведь вам не помешаем, товарищи? – возвысил голос Гадюкин, обращаясь к молодым людям.
Те вяло замотали головами. К постоянной конкуренции со стороны грибников они уже привыкли. Те тоже не обращали особого внимания на странных ребят в маскарадных костюмах. Лишь бы грибы не трогали.