Александр Рудазов – Апофеоз (страница 69)
Такие уж они.
Да Свитарлина и не слишком Имрату отговаривала. Прекрасно понимала ее боль. В конце концов, у девочки убили мать, а отца держат в заточении. Ее саму тоже пытались схватить – как же, царевна титанов!.. – но ей удалось сбежать. Она несколько лун носилась по Парифату, как угорелая, а потом столкнулась с кем-то из Серебряных Магов. Этих душегубов, что упиваются смертями.
Свитарлина нашла Имрату бездыханной, покрытой ихором. А рядом валялся мертвец в посеребренной шляпе. Титанида все-таки победила, хотя противник достался очень нелегкий.
Выдавать ее Свитарлина не собиралась. О нет, дорогие мои, только не она. Чистка двести шестьдесят девятого года забрала у нее мужа и сына. Она не забыла и не простила. И хотя титаны Свитарлине никогда особо не нравились, нынешний человек-император нравился ей гораздо меньше.
Кобринам вообще нерадостно живется в этой бескрайней Парифатской империи. Они не сумели выговорить себе тех привилегий, что получили эльфы. И им периодически напоминают, что когда-то кобрины служили Всерушителям. Когда-то кобрины правили восемью континентами. Когда-то кобрины держали людей в рабстве. Когда-то кобрины создали вампиров.
Да, все это когда-то было. Это чистая правда... кроме вампиров. Это просто змеиное дерьмо. Идиотская врака, появившаяся потому, что вампиры не едят холоднокровных. Можно подумать, кобрины – единственные холоднокровные на планете!
Но все остальное – чистая правда. Когда-то это было. Но было очень и очень давно. Тысячи лет назад. И то, что это продолжают им поминать – по крайней мере несправедливо!
- Я навела справки, - молвила кобринка. – У меня еще остались друзья среди теплокровных. Завтра вечером твой отец покинет Домурбис. Его переведут в Бриароген. Специально для него там построили новую темницу... из какого-то особенного камня.
- В столице?.. – удивилась Имрата. – Но...
- В самом центре столицы, - подтвердила Свитарлина. – На площади Иллюзорных Цветов. Что-то вроде мавзолея, только заживо. Без еды, без воды, без воздуха.
Это Имрату не встревожило. Титаны могут сколько угодно не есть, не пить и не дышать. Для них это просто мелкие неудобства.
Когда-то ее отец уже был в темнице. И не смертных, а Всерушителей. Провел там больше трехсот лет – без еды, без воды, без воздуха.
Но он освободился. Освободится и теперь.
И на следующий день Имрата уже неслась по крышам Бриарогена. Этого гигантского человеческого муравейника, кишащего также эльфами, гномами, цвергами, троллями, ограми, великанами, кобринами, страбарами, арахнидами, апинидами и тритонами. Двенадцать основных народов империи.
Как же их тут было много!.. Имрата перемещалась высоко над улицами, но даже здесь то и дело сталкивалась с апинидами, грифонами, летучими големами и парящими на собственной магии волшебниками. А уж внизу... у Имраты рябило в глазах от этих толп.
Она слишком привыкла к тишине и спокойствию Алмазного рая. Огромному цветущему острову, где никто никому не мешает. Где титаны общаются, лишь когда приходит желание пообщаться, а в остальное время созерцают красоту мироздания или размышляют о своем жребии. Где нет этих каменных и кристаллических коробок, в которых смертные прячутся от перемены погоды.
Имрату не замечали. Она очень маленькая для титаниды, и она в самом сердце столицы. Никто не ожидает увидеть титана просто на улице. Избегать надо только магов-зрителей, которые с одного взгляда понимают, кто перед ними. Обычные тоже распознают, если приглядятся, вчитаются в ауру... но они же не вчитываются в каждого прохожего.
Здания становились все выше. Все реже встречался камень, и все чаще – кристалл. Разноцветные переливающиеся здания, изломанные в пространстве. Тонкие снаружи, но очень просторные внутри. Вместо плоских крыш у них были округлые купола или острые шпили – и прыгать приходилось все точнее. Имрата жалела, что еще не научилась летать.
Но вниз она спускаться не собиралась. Это человеческий город. На каждом перекрестке стоят Немые Стражи. Они похожи на обычные каменные столбы с вертящимися головами, но это страшной мощи охранные големы. Связанные в астральную сеть, они знают всех преступников. Всех врагов человеческого императора. Стоит Немому Стражу увидеть такого – и он сразу его парализует, а особо опасных – испепеляет.
Добравшись до императорского дворца, Имрата почти три часа просто смотрела на него с кристального шпиля. Она пыталась понять, зачем одному человеку, пусть даже он император, такой громадный дом. Зачем ему столько слуг – ведь он великий волшебник, он может щелчком пальцев получить, что захочет.
Смертные. Они странные.
Сказать, что императорский дворец хорошо охранялся – не сказать ничего вообще. Даже титану невозможно и близко подойти к этой окутанной чарами громаде. Еще буквально два шага – и Имрата пересечет незримую линию. Она знала, что с ней тогда случится – многие титаны уже пытались.
Волшебница кобринов, что прятала Имрату в своем доме, не пошла ей помогать. Она тоже ненавидела человеческого императора, но еще она его боялась. Не хотела умереть в мучениях, как ее муж и сын. Даже попросила Имрату обещать, что та не расскажет о ней, если ее схватят. Имрата обещала – и кобринка знала, что титан скорее умрет, чем не сдержит слова.
Но хоть она и не пошла помогать, зато дала полезный совет. Дождаться пересменки. Императорский дворец – это не Домурбис, он расположен в центре столицы. Он не может ощетиниться смертоносными проклятиями – всегда нужно учитывать случайного зеваку. Дворец ежедневно посещают тысячи индивидов.
И потому вся эта система охранных чар, сторожевых големов и духов-хранителей управляется живыми волшебниками. Каждый отвечает за свой сектор и дежурят они посменно. А на стыке смен, когда один выходит из транса, а другой входит...
Это длится пару секунд. Чуть дольше, чем одно крепкое рукопожатие. Но если знать точное расписание и границы секторов, если уметь двигаться быстрее молнии...
Свитарлина знала расписание только для одного сектора и только на один день в декаде. Сегодняшний. Если у Имраты не получится сегодня – снова ждать еще десять дней.
А ждать еще десять дней нельзя ни в коем случае. Отца переводят сегодня. Портал между Домурбисом и Бриарогеном где-то там – в недрах дворца. Только там и есть шанс его перехватить. Отбить.
Охраны, конечно, будет невероятно много. В том числе волшебники, с которыми не совладать и титану. Но Имрате достаточно подобраться ближе и суметь освободить отца.
Как только Аэтернус сбросит цепи... о, эти смертные горько пожалеют! Они схватили его обманом и предательством! Сумели одолеть лишь потому, что он не ждал нападения! Потому что принял императора и его волшебников, как друзей!
Но смертные – не друзья и никогда ими не были. Они лгут. Они всегда лгут.
Особенно люди. Худшие из смертных. Самые из них слабые, самые ничтожные и короткоживущие – но каким-то образом сумевшие завладеть всем миром.
Имрата не отрывала взгляда от небесных часов. Переливающегося циферблата высоко в воздухе. Волшебники людей подвесили такие иллюзии над каждым городом. Ночами они еще и светятся, словно смертным мало луны и звезд.
И когда часы показали пятьдесят минут третьего полуденного часа, Имрата рванулась вперед. Она прыгнула со шпиля, словно на огромной пружине – и ускорила себя страшным усилием воли. Меч охватило пламенным ореолом, туника тоже запылала.
Имрата приземлилась на балконе и захлопала по бокам, чтобы погасить пламя. Ох уж эти человеческие обычаи, их нелепая привычка драпировать себя тканью. Имперцы странно смотрят на тех, кто ходит нагишом, вот и пришлось Имрате надеть тунику.
Впрочем, эта ткань довольно удобна. Магия эльфов, кажется. Да, от трения она воспламенилась, но легко погасла. А поврежденные места восстановятся сами собой, надо только немного подождать.
Но Имрата ждать не собиралась. Она побежала. Выхватила меч и побежала.
Она могла рассчитывать только на внезапность. Мгновенный натиск. Ее единственный шанс – очень быстро отыскать портал в Домурбис и очень быстро освободить отца.
И она мчалась живым вихрем. Не разбирая пути, круша статуи и колонны, которых во дворце оказалось пруд пруди. Взмахами меча испаряя охранных големов. Клинок Макроденита исторгал такой жар, что стены вокруг плавились.
Серебряный Маг!.. Имрата сразу узнала его по шляпе! Выдохнув, она толкнула воздух ладонью – и смертный отлетел назад. Титанида взмахнула мечом – и голова волшебника взорвалась.
Где-то наверху журчали голоса. Духи-сторожа заметили неладное. Имрата чувствовала будто касания невидимых ладошек. Потом вдруг словно укол раскаленной иглой – еще один волшебник!.. Боевое проклятье!.. И сильное, раз сумело причинить боль титану!..
Но мигом спустя Имрата повернулась и страшно закричала. Ее голос разбил стену и переломал кости человеку. А титанида тут же обернулась обратно и крутанула клинком – в залу вбежали еще волшебники.
Огнистый сполох разрезал их, как острое лезвие. Уцелел лишь один – успел прикрыться колдовским щитом. Стоя за зеленоватым свечением, он сделал шаг к Имрате... и та прыгнула. Врезалась в щит ногами, перевернулась в воздухе и пронизала человека клинком. Тот вошел точно в темя и вышел между ног.