Александр Рубцов – Проклятая (страница 19)
- Я посмотрю на нее ночью, чтобы вам стало легче.
- Когда?
- Завтра. Но я настоятельно рекомендую обратиться к врачу.
- А может сегодня?
- Нет. Сегодня не получится. Я должен написать письмо и спросить разрешение на отчитку.
- А зачем разрешение?
- Ну в церкви тоже много бюрократии, - священник ухмыльнулся, впервые за время их общения. - Там много нюансов. Необходима уверенность в том, что это не болезнь. Нужно разрешение самой бесноватой. Нужно, чтобы епископ дал благословение. Да я сам и не смогу этого сделать. Нужен человек, который учился этому.
- Как долго это продлиться?
- Я постараюсь ускорить все, но ничего конкретного сказать, увы, не могу.
Они замолчали. Машина подъехала к церкви. Сергей ухмыльнулся.
- Вы знаете, святой отец. Довольно странная поездка у нас получилась.
- Почему?
- До недавнего времени я считал себя атеистом. А сегодня я весь день пытался доказать человеку искренне верующему, что чудеса бывают.
Каламбур не показался священнику таким забавным, чтобы удостоить его улыбкой. Он открыл дверь и кивнул Сергею на прощание, но тот остановил его:
- У вас там случайно телефона нет?
- Пойдемте, - позвал отец Алексей.
Сергей позвонил недовольному начальнику и оповестил о том, что машина нужна ему до утра. Начальник ответил недовольным бурчанием, но машину разрешил оставить. Сергею правда чуть ли не пришлось клясться на стопке Библий в том, что утром будет, как штык. Напоследок он еще раз попрощался со священником и покинул храм Божий.
Сев за руль раскаленной "Волги", он прильнул лбом к рулевому колесу. Нужно было ехать домой, но подсознательно он искал повод, чтобы этого не делать. И дело было вовсе не в страхе. Сегодняшний день показался ему каким-то странным приключением и сейчас, оглядываясь назад, он понимал, что и сам не воспринимал версию об упыре всерьез. Его беспокоила мать. Он всегда знал, что когда-нибудь настанет тот час, когда мать будет нуждаться в постоянном уходе. И это время настало. Старушка пролежала в доме целый день. Один Бог знает, что творится у нее на душе. Да, она не в себе, но все же время от времени здравый ум выходит на поверхность. Это можно видеть по ее глазам, иногда полним благодарности, иногда - страха. И она, и сын понимали: час "икс" не за горами. И, даже если он не прав в своем предположении, то все равно должен находиться рядом. И уж тем более, если прав...
15
Но ему предстояла еще одна поездка. Он обманул отца Алексея. Интересно, что Бог сделает с ним за это, промелькнула в голове мысль. Он хотел посмотреть реакцию священника и вовсе не рассчитывал на обряд "отчитки". Но раз уж так сложилось, то нужно быть готовым ко всему. Для этого ему нужно было попасть в библиотеку. И не в деревенскую "квартиру" с тремя стеллажами, забитыми классикой и коммунистической пропагандой, а в настоящую. Настоящую библиотеку с "настоящими" книгами. Та, что в районном центре подойдет. Но для этого нужно поторопиться.
Пару лет назад, когда мать заболела и не могла больше самостоятельно передвигаться, Сергей частенько находился целыми днями в больницах районного центра в ожидании очередного вердикта. Пользуясь случаем, он записался в местную библиотеку, величественное здание, построенное еще до революции на несколько десятков тысяч томов - неплохая цифра для провинции. У Сергея, не сильно искушенного в книгах, загорелись глаза, когда он увидел столько томов, собранных в одном месте. Сейчас он надеялся найти среди них нужную ему информацию. Может быть, если с библиотекой ничего не получится, то он зайдет на ставшие модными в последнее время Интернет-кафе - найдет нужную информацию в сети.
Машина выехала на трассу, усыпанную щебнем. Поднимая столб пыли в небо, Сергей вдавил педаль газа в пол.
Методике быстрого чтения он научился несколько лет назад. В одной из газет еще советского издательства, найденной им среди прочего хлама в гараже одного знакомого, была статья. "Семь основных правил быстрого чтения", гласил заголовок неприметной статьи, запрятавшейся на одной из последних страниц. В пример приводился Максим Горький, который, якобы, читал четыре тысячи слов в минуту. Сергей, убежденный, что при такой скорости, понять что-нибудь совершенно невозможно, и не мыслил добиться подобных результатов. Но статья его заинтересовала. С разрешения хозяина он забрал газету домой.
Овладеть каждой из семи "заповедей" быстрого чтения он, к сожалению не смог. Но научился, во-первых, не возвращаться к прочитанному в каждой строке; во-вторых, не бубнить себе под нос; в-третьих, не "бубнить" мысленно. Заниматься этим ежедневно, чтобы развить навыки, он не мог. Ему просто-напросто не хватало времени на это. Тем не менее, сто - сто пятьдесят страниц за вечер уже не были проблемой.
В конце концов, он остался доволен результатами. Он мог осилить по роману в неделю, даже в перегруженные работой дни. Это и было его целью. Смотреть телевизор он не любил. Да и нечего смотреть. Два канала, один из которых показывает с горем пополам. "Жестокий ангел", "Санта Барбара" и прочие мыльные эпопеи. Телевизор включался лишь во время трансляции выпусков новостей. А книги нужно читать быстро. Иначе нить повествования теряется и становится неинтересной.
Окончательно решив, что работать завтра не будет и вернется домой сразу после того, как отдаст ключи от "Волги", он набрал целую стопку книг в библиотеке районного центра. Библиотекарь, молодая симпатичная девушка с избытком веса, но очень приятной улыбкой посмотрела на него с подозрением, когда он задал ей свой вопрос. Ее глаза за стеклами очков без оправы были настолько огромными, что на лице ее, похоже, навечно застыл удивленный взгляд. Девушка провела его к стеллажам с публицистикой и эзотерикой. Сама ушла в раздел беллетристики и вскоре вернулась с тремя книжицами: "Дракула" Стокера, "Вампиры" некого Олшеври и совершенно новую книгу (полученную с последними поступлениями, вам крупно повезло!) в красочной обложке и с бульварным названием "Раб своей жажды". В публицистике он нашел увесистый том, содержащий два опуса под впечатляющими названиями "Дьявол" и "История сношений человека с дьяволом". В стопке оказались сборник славянских мифов с картинками; что-то о привидениях, практически свежее издание, сборник вырезок из желтой газеты; "Славянские мифические существа" и еще несколько книг той же тематики. Библиотекарь поначалу не хотела давать столько книг разом, но Сергей честно признался, что "пишет книгу, и литература ему просто необходима, как источник достоверной информации". Ему даже каким-то образом удалось выдавить улыбку. Последней атаки девушка не выдержала и книги выдала.
После библиотеки он забежал в магазин. Раскошелился и купил невероятно дорогую банку растворимого кофе "Nescafe". Здесь же, в отделе лекарств, взял снотворное по рецепту, выписанному доктором матери.
Все. Теперь можно и домой. Солнце уже окончательно перекочевало на запад, окрасив окружающую среду в яркие оранжевые тона. Воздух стал чуть свежее и можно было вздохнуть свободней.
Мать лежала в том же положении, в котором Сергей ее оставил. Он подошел к ней и присел на краешек кровати. В глазах старушки были страх и отчаяние. Видимо к ней вновь вернулось сознание. Сергей бережно убрал пучок седых волос с ее лба. Дал ей попить.
- Я хочу спросить у тебя кое-что. Постарайся кивнуть в ответ или покачать головой. Хорошо?
Лицо ее не изменилось, хотя Сергей был уверен, что она поняла вопрос.
- Это очень важно. Ну просто моргни, чтобы я понял. Ты слышишь меня?
Она моргнула, оставив глаза закрытыми на секунду. Понимает.
- Вот и чудно, - он улыбнулся. - Скажи мне, к тебе приходит кто-то по ночам?
Старушка замерла. Глаза ее расширились. Немая сцена продлилась несколько секунд. Ну, вот, теперь ты ее еще больше напугал, проворчал здравый смысл в голове. Теперь она думает, что ты настоящий псих. Знаешь почему? Потому что никто сюда не заходил.
- Мам, это очень важно. Скажи, кто-то приходил к тебе по ночам?
Она вдруг закивала в ответ. Сергей мгновенно покрылся холодным потом. Значит, правда. Он взял мать за руку и сжал ее ладонь. Не нужно больше ее пытать. Ей и так пришлось многое пережить за последние недели.
- Он тебе больше ничего не сделает, мам, - сказал он сквозь зубы, почему-то уверенный, что все так и будет.
Она вдруг беззвучно зарыдала.
- Ну что ты, мам? Все будет хорошо. Обещаю тебе.
Если бы он знал, что прощается с ней, то, наверное, обнял бы ее. В сознании и абсолютно все понимающую он видел ее последний раз.
Добавив в суп снотворного, он накормил мать. Отнес ее к себе в комнату и уложил на кровать. Вышел на улицу. В дровнике нашел подходящий тонкий черенок осины. Схватил топор и остервенело обтесал с одной стороны. Бросил топор и пошел в дом.
- Тоже мне, Ван Хельзинг, - пробормотал он, посмотрев на свое отражение в зеркале.
Закрыл окна во всем доме. Плотно запер дверь. Схватил распятие. Вспомнил слова Аля Капоне о голом добром слове и о добром слове с пистолетом в довесок. Взял с собой еще и ружье, растолкав по карманам патроны.
Мать спала, как убитая, когда он вошел в комнату, полностью экипированный. Он отодвинул стол от окна, но оставил себе достаточно места для возможного отступления. (