Александр Романовский – Моё счастье (страница 2)

– Батюшко, миленький, забери ты этих бандюганов отседова!

Оказывается, накануне лесники в конторе получили командировочные и отправились к месту работ. При этом взяли с собой вина. Точнее, коньяка, даже не водки. И при этом, много. Этим (потом мне рассказали в откровении) они, как истинные лесники, хотели отметить начало лесокультурного периода. И отмечали, пока я не приехал, с размахом.

Хозяева дома поселили лесников на втором этаже. И вот вечером квартирантам захотелось чая. Надо сказать, что в тех деревнях (на отшибе) свет отключали нередко и жители обходились керосиновыми лампами. И в этот раз погас свет. Один из постояльцев спустился вниз, нащупал впотьмах ведро с водой и заправил самовар. Вскипятили. Сидят пьют чай. И, к изумлению своему, кипяток быстро закончился, хотя в самовар было вылито почти ведро воды. Когда об этом узнали хозяева, то был скандал. Оказывается, внизу на лавке стояло ведро для отходов, и мужики потом выковыривали из самовара картофельную шелуху, скорлупу от яиц и прочее…

Хозяева самовар отобрали, а лесники (это надо додуматься) в знак протеста на втором этаже на подтопочном листе у печки развели костёр, чем ввергли хозяев в ужас. У меня с детства уважение к взрослым и учителям, а лесники по возрасту мне в отцы годились. И мне, начинающему специалисту, пришлось себя перебарывать. Без крика и ругани все-таки ввёл их в колею. А хозяев упросил оставить работников до окончания лесопосадочной компании.

Конечно, с лесниками (а мне иногда приходилось подменять лесничих) было непросто: среди них попадались хитроватые люди с ленцой к работе. Но в целом междуреченские лесники – это деревенские трудяги, знающие лесное дело. И у меня воспоминания о них тёплые.

Пусть пошает

Как-то у лесников работа на день отменилась. Вместо того, чтобы разойтись по домам, они отправились к коллеге. У того жена (учительница) была на работе, а в кладовой хранились две бутылки водки. Хозяин достал из русской печи чугун со щами. Рядом был выставлен ещё чугун с водой. На улице стоял мороз и принесённые в дом бутылки были соответственно холодные. Хозяин потрогал пальцем воду в чугуне, она показалась не горячей. И, чтобы немного подогреть водку, сунул обе бутылки в чугун с водой. Те, к сильному расстройству присутствующих, лопнули. А чугун-то ведёрный… Сидели, сидели лесники, вдруг один из них и говорит:

– Мужики, а ведь там литра водки, жаль пропадать-то!

Все взяли кружки и не торопясь все вычерпали, т.е. выпили. При этом напиток заедали щами, есть-то хотелось. А сам хозяин дома, больше всех расстроившийся, не ел. И на вопрос товарищей почему, отвечал:

– Пусть поша́ет!

Ещё посидели, а в нос, как говорят, попало… Пошли к другому леснику, у того была брага. Правда, тот лесник предупредил, что его жена скоро может вернуться. Тогда они, чтобы не накалять домашнюю обстановку, поставили на стол самовар, чайные чашки с блюдцами. А самовар заправили брагой. Сидят за столом, пьют. Вернулась хозяйка. Заглянула в комнату, увидела компанию, сидящую за столом и пьющую из чашек чай. Поздоровалась и сказала: «Молодцы-то какие», и прошла на кухню. Через некоторое время, правда, она заметила, что мужики стали говорить все громче и громче…

А лесник, от которого заявилась вся бригада, и здесь ничего не ел, хотя и пил. И на вопрос, почему опять не закусывает, отвечал, как и прежде: «Пусть пошает». В общем, к концу дня он так набрался, что его домой привезли и сгрузили, по словам очевидцев, как чемодан. И жители поселка потом долго со смехом вспоминали выражение «Пусть пошает».

На особом счету

Среди междуреченской лесной охраны особенно запомнился один мужчина. От остальных лесников его отличал не только высокий рост. Была в нем какая-то внутренняя культура. Даже в рабочей одежде – фуфайке и сапогах или, скажем, будучи иной раз «под шафе», он всегда держал себя прямо, с достоинством. Раньше, оказывается, он работал дипломатом. В каких странах, не помню. В совершенстве знал английский язык и его диалекты. Но слабость к вину привела его в Шуйское.

Периодически он ездил в областной город Вологду к родственникам. И, как правило, всегда «набирался» и, конечно, попадал в милицию (это ещё было советское время). Очевидцы рассказывали, что там в отделении, он начинал говорить по-английски. Работники МВД в растерянности обращались в КГБ с вопросом: что делать? Работник комитета госбезопасности, уточнив паспортные данные клиента, советовал, куда пожелает, туда его и отвезите. Такие люди всё-таки на особом счету!

Рыжая

Я уже упоминал, что после окончания лесного заведения меня с женой Ниной направили в село Шуйское. Домик, в котором мы поселились, состоял из кухонки и комнаты. По середине его находилась русская печь с плитой.

Русская печь, – это особый разговор: на ней можно было погреться в стужу, высушить сырую одежду, сварить в чугуне наваристые щи или борщ, и, конечно, испечь к празднику пышные пироги. Или просто сидеть зимним вечером и смотреть, как потрескивая горят в печи дрова.

К осени нас одолели мыши. Стал ставить на них пол-литровые банки со сторожком. С наступлением зимы шорох за обоями прекратился, но в подвале кто-то стал подгрызать морковь. Поставил туда ловушку. Попалась ласка. Такой гость нам был на руку, т.к., где обитает ласка, там мышей нет. Выпустил её. Стал ставить в подвал блюдечко с молоком и немного еды для неё.

Т.к. лес подступал близко к нашему домику, то по утренним следам на снегу можно было узнать, кто ночью из лесных обитателей подходил. Стал замечать, что к компостной яме повадилась ходить лиса. Дело в том, что домашних животных мы тогда ещё не держали и все пищевые отходы складывали на компост. Поселок располагался на берегу реки Сухона и в магазинах постоянно была свежая рыба, её мы покупали часто, и я заметил, что лисе больше нравились рыбьи остатки. На отходы находились и другие желающие, например вороны, сороки, сойки. От них я стал прикрывать «еду» для лисы фанеркой. Та стаскивала фанерку и съедала оставленное. Приходила в сумерках ежедневно. Стал караулить её. И к весне она ко мне привыкла, прибегала на свист. Конечно, в руки не давалась, но в ожидании подачки подходила близко и садилась. При этом смотрела так, будто спрашивала: – а что ты принес на этот раз?

Как-то решил её сфотографировать. Попросил в местной редакции вспышку к фотоаппарату. Дождался вечера, посвистел, Рыжая, так мы её назвали, прибежала. Я навел фотоаппарат, но лиса вдруг отскочила. Испугалась желтой контрольной лампочки на вспышке. Так и не удалось её запечатлеть.

Лиса, судя по всему, была молодая. Прошло лето. На мой свист она могла появиться даже ещё засветло. Однажды к нам в дом прибежал запыхавшийся сосед:

– У вас лиса под боком бегает, а у тебя ружье есть…

Я спокойно объяснил, что лиса к нам ходит давно и она почти ручная. Сосед смотрел на меня недоверчиво. Когда мы вышли во двор я посвистел, Рыжая выбежала из-за дома и остановилась. У соседа было такое изумление, что он даже заикаться стал. С наступлением холодов Рыжая стала просто красавица: вся огненно-рыжая, а по спине – чёрный чепрак.

Той зимой нам с женой дали отпуск. Мы сразу уехали из посёлка. Сначала ко мне домой, затем на родину жены. В Шуйском нас не было месяц. О Рыжей вспоминал постоянно и при этом было какое-то чувство беспокойства. Когда вернулись обратно, лиса не пришла ни в первый вечер, ни в последующие дни. Я периодически выходил с едой для неё и призывно свистел. Рыжая так и не появилась. Только спустя время знакомые рассказали, что она стала заходить дальше в поселок и какой- то охотник застрелил её…

Встречи с хозяином

Посещая лес можешь встретить его обитателей: то зайца вспугнешь, или лиса дорогу перебежит. Но чаще никого из животных не видишь, прячутся от людских глаз. Знаешь, что они за тобой наблюдают, но ты их не видишь.

Как-то с работником дорожной службы пришлось искать гравийный карьер. Состояние лесных дорог не позволило близко подъехать на машине к месту, и мы пошли пешком. Благодаря карте нашли этот участок. До границы двух областей оставалось немного, и я предложил дойти до туда и там перекусить.

Шли лесной, местами зарастающей кустами, дороге. Стали попадаться развешенные на деревьях скворечники. Значит соседи проводили биотехнию. Увидели птичий домик, лежащий на земле. К нему была прикреплена поперечная планка. Нашел раздвоенную на уровне груди березу и укрепил скворечник. Покачал его рукой, сидел крепко, ветром не опрокинуть. Дошли с товарищем до границы области, сделали свою работу по изысканию карьера, перекусили и отправились в обратный путь.

Когда поравнялись с местом, где мною был повешен скворечник, то были сильно удивлены: домик валялся на земле в стороне от дерева. Стали приглядываться и обнаружили на песке, что наши следы притоптаны медвежьими… Значит мы вторглись на территорию хозяина леса и он провожал нас. Из оружия с собой были ножи и топорик. Я проявил настырность: опять водворил скворечник на прежнее место. И мы продолжили движение негромко переговариваясь между собой. Но через каждые три-четыре шага наши головы непроизвольно поворачивались назад.

При этом вспомнились печальные случаи встреч людей с медведем. Один из них. Женщина шла из деревни Завод, что в Бабаевском районе, (в старину там отливали ядра) в соседнюю деревню. И вдруг к ней под ноги выкатил медвежонок. Вместо того, чтобы испугаться и ретироваться, она с умилением заговорила с ним и решила погладить этот пушистый комочек. В это время из леса выскочила медведица и ударила женщину. После этого инцидента пострадавшая долго поправлялась в районной больнице.