Александр Пятаков – ТЬМА: НАСЛЕДИЕ (страница 5)
– А конкретнее?
– Я помогаю людям решать вопросы, обеспечиваю безопасность, отстаиваю их интересы за проценты.
Он встал, подошёл к шкафу и достал бутылку коньяка, налив по рюмке, он сказал:
– Ты приехал не просто так.
– Нет.
– Говори.
Олег замолчал, присев напротив, он вынул из кармана потрёпанное письмо – то самое, что писал в Уссурийске, но так и не успел отправить его.
– Прочитай.
Дима читал – медленно, без эмоций.
Только в конце – пальцы слегка дрогнули, он отложил лист и посмотрел на Олега.
– «Пуховские»…
– Да.
– Из Владивостока?
– Да.
– И они…
– Сожгли «Уголок». Убили бармена. Избили официантку. Она умерла через неделю, а менты сдали меня им. Я лежал в снегу с пулей в спине. Две недели в коме. А когда вышел – мир уже забыл, что я существовал.
Дима молча встал и подошёл к окну.
– Ты хочешь мести.
– Я хочу, чтобы они перестали существовать.
– Ты не сможешь.
– Почему?
– Потому что ты один. А они – часть чего-то большего.
– Ты можешь помочь.
– Могу. Но не так, как ты думаешь. Сейчас нам не нужна война с другими бригадами, да и вдвоём сейчас мало что сможем сделать.
Олег встал.
– Ты отказываешься?
– Нет.
– Тогда что?
– Для начала, тебе нужно отдохнуть.
Так что располагайся, еда и алкоголь в холодильнике, а мне надо съездить кое-куда по делам, приеду и обо всём поговорим подробнее. Меня не будет до завтра, так что квартира в твоём полном распоряжении, только двери никому не открывай и к телефону не подходи. Так будет лучше нам обоим.
Первые дни в квартире Димы прошли в тишине. Олег спал много – как будто пытался наверстать те две недели комы, когда его тело дышало, а душа блуждала между пламенем и льдом. Он много ел и тренировался, ведь физическая форма играла огромную роль в это время. Он много читал газеты, которые тот приносил с собой, изучал новостные и криминальные сводки. Смотрел в окно на серые дворы, где дети играли без смеха, а взрослые ходили так, будто они уже давно мертвы.
Но в его глазах появилось нечто новое – не ярость, не отчаяние.
А ожидание.
Он ждал – но не чуда, не справедливости.
Он ждал начала действий, направления, хотел понять суть того, что же будет дальше.
Дима вернулся на третий день поздно ночью. В квартиру вошёл с запахом сигаретного дыма, дорогого одеколона и чего-то металлического – того самого, что Олег почувствовал сразу, но не стал спрашивать. Дима снял пальто, бросил ключи на стол и сел напротив.
– Ты готов? – спросил он без предисловий.
– К чему?
– К тому, чтобы перестать быть жертвой и начать новую жизнь.
Олег не ответил. Просто кивнул.
Первый выезд был не боевой, даже не угрожающий.
Дима повёз его в район Чертаново, к одному из рынков, где торговали бытовой техникой. Там, среди контейнеров и торговых палаток, стоял мужик лет сорока – среднего роста, с перекошенным взглядом и дрожащими пальцами. Он должен был отдать долг, но своевременно не отдал. Говорил, что «время тяжёлое», «семья», «дети».
Дима подошёл к нему спокойно, без крика, без угроз. Просто сказал:
– Сегодня последний день. Завтра – не будет твоего ларька, ни ларька, ни здоровья. Так что выбирай, это крайний срок.
Мужик побледнел, начал что-то бормотать, но Дима уже отвернулся.
– Поехали, – сказал он Олегу, стоявшему в стороне, у машины.
В машине Олег спросил:
– Почему ты не ударил его?
– Потому что страх сильнее боли, – ответил Дима, не глядя на дорогу. – Боль забывается, а страх работает. Ведь мы не мясники, мы – система. И система требует порядка, а не хаоса.
Олег молчал. Но впервые за долгое время почувствовал… уважение. Не к жестокости, а к контролю.
Следующие недели Дима брал его с собой всё чаще.
Сначала – просто стоять рядом, наблюдать и запоминать, кто как ведёт себя, как нужно разговаривать с людьми, чтобы его тоже видели и знали.
Ведь потом ему самому придётся вести такие разговоры, включать в работу.
– Ты спокойный, – говорил Дима. – В тебе нет паники и страха. Люди это чувствуют. Им легче признать, что они проиграли, если им говорит уверенный в себе человек.
Олег начал понимать логику этой жизни.
Здесь не было закона – была иерархия, понятия.
Не было суда – был холодный расчёт и разборки.
Не было милосердия – была выгода.
Однажды Дима отправил его одного к владельцу небольшого автосервиса в Люберцах. Тот задолжал за «крышу» и пытался уйти от обязательств, ссылаясь на «новых партнёров».
– Просто скажи ему, что завтра вечером мы приедем, забей ему и новой «крыше» стрелку на 9 вечера, – сказал Дима. – И не повышай голос. Пусть услышит – не угрозу, а факт.
Олег сделал всё в точности, как и было сказано. Было немного не по себе оказаться по ту сторону, но он понимал, что это необходимо.
Вернувшись, Дима сказал ему, что теперь необходимо подготовиться к встрече, нужно съездить с ним в одно место и кое-что забрать.
– Сегодня ты поведёшь машину, – кинул он ключи Олегу с ухмылкой. – Не все же мне тебя возить.
Они вышли во двор, сели в его серебристый «Вольво» и направились в кафе «Восток», там уже ждала его братва.