Александр Путятин – Соратник Орлеанской девы. Триумф и трагедия Жиля де Рэ (страница 19)

Дева совершила ещё одно чудо! Теперь уже никто не сомневается, что она приведёт армию в Реймс и коронует там дофина. В считаные дни от англичан очищен весь бассейн Луары. Большинство городов добровольно открыли ворота перед Жанной. В некоторых случаях пришлось пригрозить осадой, пару раз армия демонстративно начинала готовиться к штурму… Но идти на приступ не понадобилось и там. Английские отряды капитулировали. Меньше чем через месяц французская армия прибыла в Реймс. Горожане встретили её ликующими криками. От британского гарнизона они к тому времени избавились сами.

Чтобы совершить обряд помазания, нужно было привезти в Реймсский собор стеклянницу – сосуд со священным миром, хранящийся в аббатстве Сен-Реми. Согласно древней легенде, его доставил с неба ангел в облике голубя. Это миро использовали ещё на коронации Хлодвига, первого французского монарха, принявшего христианскую веру. Первоначально реликвия представляла собой небольшую бутылочку из белого стекла. В XII веке для неё была сделана оправа в форме золотой голубки с коралловыми клювом и лапками. Стеклянница помещалась в выемке на птичьем брюшке. Голубка в свою очередь хранилась внутри второй оправы из позолоченного серебра, украшенного россыпью драгоценных камней.

Окрестности Реймса в тот момент ещё не были очищены от англичан. Существовала опасность, что враги попытаются устроить засаду и захватить стеклянницу. В аббатство из города выехал конный отряд, который возглавляли четверо военачальников дофина: маршал де Буссак, адмирал де Кюлан, глава королевских арбалетчиков де Гравилль и… молодой рыцарь Жиль де Рэ. Обратно они вернулись, сопровождая аббата Жана Канара – хранителя священной реликвии.

У кафедрального собора процессию встречал архиепископ Реймсский Реньо де Шартр, которому предстояло совершить обряд. Во время коронации рядом с Карлом стояла Жанна. По воспоминаниям современников, Дева плакала от счастья. После окончания церемонии король, в соответствии с традицией, посвятил нескольких человек в рыцари, подписал приказы о превращении в графства бывших баронств Лаваль и Сюлли, а также присвоил Жилю де Рэ звание маршала Франции. Кроме этого, в знак особой монаршей милости Карл VII разрешил ему и Жанне поместить на своих гербах золотые лилии на лазурном фоне – символ принадлежности к королевскому дому.

Лаваль – наследственное владение, доставшееся Жилю от отца. И это значит, что в день коронации барон де Рэ получил сразу три высших награды! Жанна – одну. Заслуги Рыцаря перед Францией Карл VII оценил выше, чем деяния Девы… Но почему? Рассмотрим ситуацию повнимательнее.

Во-первых, при королевском дворе идёт постоянная борьба группировок. Жоржу де Ла Тремойлю и его ставленникам противостоят приверженцы Иоланды Арагонской. Жанна для всех – тёмная лошадка. Непонятная, а значит опасная. Жиль – наоборот. Жорж де Ла Тремойль считает его своим ставленником. Но и для Иоланды Арагонской барон де Рэ – пока ещё не чужой человек. Он – внук её наместника в Анжу, Жана де Краона. Так что подчеркнуть военные заслуги Жиля в противовес Жанне было выгодно в тот момент для обеих придворных партий.

Во-вторых, не стоит забывать и о самих заслугах. Конечно, выстраивать верную стратегию у Жиля де Рэ самостоятельно не получалось. От Орлеана и до Реймса этим занималась Жанна д’Арк. Но все задачи, требующие тактического мастерства, барон решал на отлично. Во время анжуйской кампании его коньком стала не только артиллерия, но и войсковая разведка. С учётом того, как неуклюжи были в те времена пушки и бомбарды, сколько времени требовалось на их перемещение, – хорошо объяснимое сочетание…

В сражениях орлеанского периода тоже прослеживается интересная закономерность: каждый следующий бой французская армия ведёт против более сильной вражеской группировки, чем раньше. И всякий раз это делается так, чтобы соседние отряды англичан не успели прийти на выручку. Случайность? Вряд ли… Особенно если учитывать, как старательно в хрониках и исторических трудах подчёркиваются высокие затраты Жиля де Рэ на «многочисленных шпионов».

Присмотримся к весенне-летней кампании в целом: бои под Орлеаном идут чуть больше недели. Что дальше? Месяц затишья. Зачем? Нужно дать англичанам успокоиться. Они должны поверить: противник в наступление не пойдёт. Но стоит только Суффолку рассредоточить войска и расслабиться… И тут же следует молниеносный рывок на север! Гениальное решение… Что характерно, маршрут движения выверен буквально по часам! Последний из гарнизонов Суффолка – Божанси – капитулирует 17 июня, а уже на следующий день Жанна и Жиль громят войска Толбота и Фастольфа в битве при Пате.

Оба удара по британским армиям стремительны и внезапны. Гарнизоны Суффолка атаки уже не ждут, а войска Толбота и Фастольфа – ещё не ждут. Результат – полнейший разгром обеих вражеских армий! В стратегическом плане отлично задумано. В тактическом – гениально исполнено. Заслуга Жиля де Рэ в обоих сражениях несомненна. А значение побед бесценно. После коронации в Реймсе Карл для всей Франции – уже не «буржский король», а помазанник Божий!

Бедфорду остаётся только кусать локти. После казни Жанны д’Арк он постарается переиграть историю, короновав юного Генриха в главном соборе Парижа. Однако это событие не произведёт впечатления на французов. Из пэров на церемонию явятся считаные единицы. Не приедет даже «верный союзник» англичан – герцог Бургундский. Впрочем, это случится ещё не скоро – 16 декабря 1431 года.

А пока войска Карла VII выбирают направление для нового удара. Жанна считает, что армии следует двигаться к столице. Король должен торжественно въехать в Париж, как того требует обычай: под музыку и радостные крики народа. В городе царят растерянность и страх. Англичан и бургундцев здесь не любят, но терпят, считая меньшим из зол. Сторонники Карла VII всё ещё ассоциируются с Бернаром д’Арманьяком и бесчинствами разнузданной солдатни. Париж спешно готовится к обороне.

Между тем в окружении Карла VII активизировалась партия мира. Старые советники требуют остановить наступление на Париж, чтобы договориться с Филиппом Добрым. После неудачи англичан под Орлеаном герцог Бедфорд «восстановил справедливость» и разделил регентские обязанности. За собой он оставил управление Англией, британскими владениями на континенте и Нормандией. Остальная территория страны до совершеннолетия Генриха VI поручалась заботам герцога Бургундского, отныне именуемого регентом Франции.

За мирные предложения выступал и Жорж де Ла Тремойль. Его беспокоило усиление Девы. В случае взятия Парижа оно могло стать угрожающим. Иоланду Арагонскую тоже тревожили успехи Жанны. Тёща требует от Карла, чтобы французскую армию возглавил Артур де Ришмон. Это его законное право коннетабля. Дальнейшее наступление против англичан Иоланда Арагонская предлагает вести в Нормандии. Территорию, контролируемую герцогом Бургундским, лучше пока оставить в покое, ведь с ним есть шанс договориться…

Тремойль соглашается с этими доводами. Мир и союз с Филиппом Добрым – его заветная мечта. Кроме того королевский фаворит боится потерять влияние на Жиля де Рэ, ведь кузен – его денежный мешок, из которого ещё черпать и черпать…

На первый взгляд, переговоры с бургундцами прошли успешно. Филипп Добрый пообещал Карлу VII сдать Париж через 15 дней. Отсрочка была использована для укрепления стен, подхода подкреплений и доставки боеприпасов. После чего герцог, словно в насмешку, предложил Карлу VII взять Париж самому, уточнив, что будет оборонять город.

Удачливый интриган уверен: пока армия в Нормандии, Дева будет тише воды ниже травы. Он заблуждается… Не медля ни минуты, Жанна и Жиль идут к стенам столицы. С ними движутся отряды герцога Алансонского и Рауля де Гокура. 8 сентября французы захватывают форт, прикрывающий ворота Сент-Оноре. Штурм назначен на следующий день. Жители Парижа уверены, что город не устоит… Но курьер привозит приказ короля: отступить в Сен-Дени.

Это – инициатива Тремойля. Его резоны ясны как день, но ведь и Карл VII – не пешка. Чтобы его убедить, нужны весомые доводы! Скорее всего, главную роль сыграл текст ультиматума, в котором Жанна обещала повесить парижан как предателей, а сам город срыть. Карл VII хотел стать королём ВСЕХ французов. А значит, истреблять следует только оккупантов – англичан. Их местных сторонников лучше перетянуть на свою сторону. Как политик, Карл VII, бесспорно, прав! Но ведь и Жанну можно понять… Она – простая селянка. А крестьянам всё равно, на каком языке говорят враги, если они одинаково грабят и убивают.

Солдаты согласны с Девой. Никому не хочется отступать. Однако французская армия уже не та, что при Пуатье и Азенкуре. Анархия и вольница остались в прошлом. Приказам короля здесь повинуются без обсуждений… В Сен-Дени дороги Жиля и Жанны разойдутся. Дева вместе с королём отправится ко двору. Рыцарь со своим отрядом вернётся в крепость Сабле, куда назначен комендантом.

Охлаждение Карла VII к Жанне д’Арк Тремойль использует по максимуму. Чтобы оторвать Рыцаря от Девы, его продолжают осыпать милостями. Наградное оружие, орден Золотой лилии, место в королевском совете, должность камергера… Указы об этом Карл VII подписывает в Сюлли-сюр-Луар, резиденции своего фаворита. Жиль должен знать, кто хлопочет о нём при дворе… Ну а дальше происходит то, на чём всегда ловят благородных рыцарей. Вражда Жоржа де Ла Тремойля и Иоланды Арагонской перерастает в феодальную войну. Жиль де Рэ ввязывается в бои в Анжу, чтобы помочь кузену…