Александр Путинцев – Заблудший Герой Путь воина (страница 2)

– Что ты ломаешься? – донеслось снизу до меня.

Нетерпеливый мужской голос заставил вернуться в реальность. Я нехорошо усмехнулся и заострил свое внимание на происходящем. Перегнувшись через ограждение, я заметил девушку. Рядом с ней стоял здоровенный квадратный тип, обтянутый темным костюмом, он грубо и бесцеремонно лапал прижатую к ограждению жертву. Девушка явно сопротивлялась.

– Слушай, дура! – грозно ревел пьяный детина. – Будешь ломаться – выкину за борт! Думаешь, я шучу!

И он в самом деле потащил ее к борту. Девушка, испуганно присев, вскрикнула и начала упираться.

– Витя, не надо! – плаксиво умоляла девушка. – Я не могу сейчас! В другой раз лучше!

– Или сейчас, или я не знаю, что с тобой сделаю! – зло отрезал решительный Витек.

На палубе началась возня. Детина легко подхватил девушку и прижал к переборке. В ней я узнал стюардессу, приветствующую туристов, а Витька не припоминал, возможно, это кто-то из корабельной команды.

Я нащупал бутылку с оставшимся пивом, захваченную в каюте, отпил глоток и, презрительно улыбаясь, стал поливать сверху квадратную голову разъяренного Витька. Тот от неожиданности замер, соображая, что произошло, и, не отпуская девушку, задрал глаза вверх. Я отпрянул назад и тихо засмеялся.

Витек недоуменно провел рукой по мокрой голове и ощутил запах пива. Забыв про свою жертву, он отошел к краю борта и задрал голову к верху. Моя нагло смеющая рожа ему явно не понравилась, и он с ревом бросился к трапу, ведущему на верхнюю палубу.

Я дождался, когда разгневанный Витек исчезнет за поворотом. Опершись рукой на ограждение палубы, спокойно прыгнул вниз и очутился около испуганной девушки, та лишь вскрикнула.

– Привет! – как ни в чем не бывало, сказал я, задорно улыбнувшись. – Странный у тебя какой-то кавалер, так быстро убежал куда-то! Приспичило что ли?

Сверху послышался тяжелый топот и страшный рев.

– Витек, ты что там забыл? – весело крикнул я и по-приятельски помахал рукой.

– Ты что делаешь? – вдруг спохватилась девушка. – Он же убьет тебя! Ты же не знаешь, кто это!

– Тогда бежим! – как будто даже радостно вскрикнул я.

Я схватил девушку за руку, и мы, поспешно спустившись вниз, побежали по длинному коридору. Проскочив еще один отсек, мы проворно спрятались в каюту и быстро закрылись на защелку. Девушка, едва переводя дыхание, подбежала к иллюминатору, захлопнула его и задернула занавеску. Я молча включил бра, висевшее над письменным столом. Тусклый желтый свет лишь только успел выхватить испуганное растрепанное лицо девушки, как она тут же его выключила.

– Не надо! Не включай! – еле слышно прошептала она. – Не дай Бог, найдет нас! – голос ее дрогнул, и скоро девушка начала тихонько всхлипывать.

Я чувствовал себя неловко. Вначале меня забавляла эта сцена, и я, просто дурачась, сам стал невольным ее участником, а сейчас, когда, казалось, все позади, я ощутил вдруг какую-то опустошенность. Но рядом стояла приятная девушка, и она очень нуждалась в помощи и сочувствии. Я подошел к ней и осторожно притянул ее голову к своей груди, прикоснувшись ладонью к длинным шелковистым волосам. Девушка доверчиво прижалась ко мне и тихо зарыдала, нервно дрожа всем своим гибким телом.

– Успокойся! Успокойся! – горячо утешал я. – Не плачь, пожалуйста! Никто тебя больше не обидит!

Я ласково гладил голову и плечи расстроенной девушки, нежно целуя ее мокрые глаза. Она встрепенулась и, отстранившись, вдруг выдавила:

– Все вы одинаковы! Так и норовите, куда бы пристроить!

– Да что ты, глупенькая! – искренне рассмеялся я. – Просто мне жалко было отдавать такую хорошенькую девочку на съедение такому ужасному злому волку. Только и всего! Поэтому я и помог тебе! Да меня, ты же сама говорила, могут убить! Можешь идти, если хочешь, я тебя не держу.

И я направился к двери, чтобы открыть ее.

– Нет-нет, что ты! – испугалась девушка. – Не надо, не открывай! Я не могу сейчас уйти, он ищет меня везде! Мне придется, наверное, остаться до утра.

Она виновато замолчала и опустила голову, спрятавшись от проблесков палубного прожектора за ширмой волос.

– Да, ради Бога, оставайся! Меня можешь не бояться! Как тебя хоть зовут? – спросил я, вернувшись на прежнее место.

– Наташа… меня зовут, – чуть слышно прошептала девушка.

Я включил бра и набросил на него полотенце.

– Так ничего? Пойдет? – спросил я.

Наташа грустно улыбнулась и красивым движением рук и головы отбросила спутавшиеся волосы за плечи, открыв свое милое, еще детское лицо.

– А как тебя зовут? – осмелев, спросила она.

Я представился и опустился на заправленную кровать. Предложил присесть и Наташе. Девушка робко села рядом и с вызовом окинула меня горящими глазами. Я боялся ее обидеть каким-нибудь неосторожным движением и, чтобы как-то разрядить обстановку, непроизвольно, по-свойски попросил ее:

– Наташа, расскажи о себе! Как ты сюда попала? Чем занимаешься?

Девушке явно хотелось побыть с каким-нибудь близким человеком, чтобы ее внимательно выслушали, посочувствовали и пожалели. И не важно, что она меня еще не знала. Произошедшее несколько минут назад сблизило нас настолько, что Наташе невольно захотелось высказать именно мне все то, что так наболело на душе за последнее неспокойное время. Я своим доброжелательным участием вызывал её на неподдельное откровение, и Наташа сначала неуверенно, потом, увлекаясь, всё смелее и смелее стала рассказывать о себе.

Я на протяжении всего рассказа молчал и внимательно слушал. В моем сердце зарождались теплые чувства по отношению к этой одинокой уставшей девушке. Она, благодарная за искреннее дружеское участие, облегчала свою душу, словно исповедовалась передо мной, как перед духовным отцом. Становясь уверенней и спокойней, девушка, казалось, забыла о тех неприятностях, которые недавно так оскорбили и унизили ее. Однако во время паузы я своим неосторожным вопросом невольно напомнил ей о произошедшем случае.

– Наташа, а кто этот Витек, которого ты так боишься? Да и меня так напугала, что поджилки трясутся! Еле ноги с тобой унесли!

Я пытался задать вопрос в виде шутки, но видно было, как она снова встревожилась, однако, пересилив себя, приглушенно сказала:

– Это… я не знаю, как это, – вдруг замялась Наташа и потом совсем тихо, почти шепотом, выдавила из себя трудно произносимые слова, – в общем, Виктор мой… сутенер.

Сказав это, она стыдливо опустила голову и прикрыла лицо руками. Я молчал, соображая, как вести себя дальше. Первой прервала молчание Наташа.

– Ты теперь меня презираешь, – обреченно сказала она. – Мне самой это противно. Я давно хотела бросить заниматься этим, но он не дает. Я так от всего устала и не знаю, что делать.

Она опять замолчала и погрузилась в свои мысли. Мне стало жалко девушку, и я ласково сказал:

– Наташа, успокойся и не мучай себя. Не надо ничего говорить. Я знаю, как заманивают таких молоденьких красивых девочек.

Наташа доверчиво прижалась ко мне, и я ощутил, как она беззвучно заплакала. Потом, вдруг вздрогнув, резко встала.

– Мне пора! – решительно сказала она. – Я пойду! – и, задержавшись на мгновение у двери, добавила. – Спасибо тебе за все.

Наташа открыла дверь и, пугливо озираясь по сторонам, заспешила по коридору. Все произошло так неожиданно и быстро, что я не успел даже встать, а только недоуменно проводил ее взглядом, застыв в немом оцепенении. Почему-то запала в сердце эта по-своему несчастная девушка. Я закрыл дверь, выключил свет и, не раздеваясь, устало повалился на кровать. Долго мучили разные мысли. Уснул уже перед рассветом.

Проснулся от сильных толчков судна. Протянув руку, на столике нашарил часы. Было шесть часов вечера. Скоро ужин. Вспомнил Наташу, ее решительность в уставшем взгляде и стремительный уход. Потянувшись, я сладостно напряг свои упругие мышцы, затем рывком приподнялся и сел. Судно, слегка покачиваясь, набирало обороты. Я встал, облился прохладной водой и обтерся махровым полотенцем. Приведя себя в порядок, вышел из каюты и поднялся на верхнюю палубу.

Ударил корабельный колокол, и в тот же миг по радиотрансляции грубый мужской голос пригласил туристов на вечернюю трапезу.

Я глубоко вздохнул и расслабился. Постояв несколько минут у самого борта, спустился вниз и направился по длинному проходу на камбуз.

– Привет, земляк! – неожиданно раздался хрипящий голос.

Я резко повернул голову и увидел наглую рожу Виктора, тот улыбался мне, как близкому другу.

– А я все соображаю, куда это ты подевался?! – веселясь, продолжал Виктор. – Я даже растревожился, не случилось ли что с тобой, как и с твоей подружкой! Иди ко мне, лапочка моя!

Он подошел вплотную и протянул правую руку, пытаясь схватить за грудки, я машинально перехватил кисть левой рукой и отступил на шаг назад.

– О-о, это же ты, Витюня! Какая радостная встреча! – тем же тоном продолжил игру я. – Фу, однако, как от тебя пивом несет, прямо как из бочки? Перепил что ли?

Я сочувственно посмотрел в маленькие глазки грозного квадрата. Маленькие глазки округлились и стали еще меньше. Я прежде догадался, чем увидел, как мощный кулак со страшной звериной ненавистью полетел в область моего солнечного сплетения. Я сделал шаг в сторону и очутился сбоку у нападающего. И тут же загудела железная переборка. Виктор крякнул от боли и яростно затряс ушибленным кулаком.