Александр Прялухин – Постапокалипсис на корабле «Колонизатор». Сборник рассказов (страница 10)

Он еще раз сглотнул, заранее чувствуя, как переворачивается у него в желудке обед. Взялся руками за скобы, полез. Джин последовала за ним.

– Нам надо преодолеть чуть больше трети, там уже гравитация ослабеет, и, даже если сорвешься, падать будешь медленно. Главное, снова успеть зацепиться, пока не разгонишься.

Саня пыхтел, лез все выше и выше, ругаясь про себя на женькины разъяснения, от которых делалось только страшнее. Некоторые скобы поскрипывали, гнулись под тяжестью тел. Сашка изо всех сил старался не смотреть вниз, но в какой-то момент не выдержал, оглянулся. Они поднялись уже достаточно высоко, поэтому он увидел под собой то же самое, что и сверху – тоннель, уходящий в никуда. Словно колодец был бесконечным и они зависли где-то в его центре. Разомкни пальцы и поплывешь. Но руки, вцепившиеся в очередную скобу, чувствовали, что гравитация еще тянет вниз. От всего этого голова кружилась сильнее, чем если бы он увидел пропасть, в конце которой есть, на что падать.

– Дурак, что ты глазеешь? Ползи дальше!

Он заставил себя оторвать от железки одну руку, перенес ее выше, уцепился, потом другую – еще выше. Пополз, унимая дрожь, уговаривая себя не бояться. Одна из рукояток опасно прогнулась, он тут же оставил ее в покое, постарался перешагнуть, не ставя на нее ногу.

– Осторожнее, мне кажется, эта ломаная.

– Которая? Эта? Ох, мать…

Все случилось слишком быстро, но для Сани время будто остановилось. Он видел, как ржавый поручень ломается на три части. Две из них, кувыркаясь, полетели вниз. Видел, как Женька смотрит на него, не испуганно, удивленно. Одна ее рука не успела дотянуться до следующей скобы, а вторая сжимала оторванный кусок металла. Ноги еще упирались в ступени ниже, но равновесие уже предало ее, спина заваливалась назад. Потерять Женьку, позволить ей упасть, разбиться, было немыслимо… Лучше вместе! Он отпустил скобы, за которые держался, скользнул подошвами ботинок, срываясь вниз. Успел схватить девушку за руку, когда сама она уже ничего сделать не могла. Его пальцы инстинктивно пытались поймать мелькающие мимо железки: сорвались один раз, другой… Вдруг сустав дернуло и они повисли. В руке полыхнуло жуткой болью, до темных точек в глазах, но Сашка держался, вцепился в скобу мертвой хваткой.

– Тихо, тихо! Все хорошо, успокойся… Ты молодец.

Он вдруг понял, что уже минуту орет, что есть мочи – не то от боли, не то от страха. А скорее от того и другого вместе. Спасенная Джин стояла рядом, снова уцепившись, поднявшись до его уровня. Она успокаивала его, пока парень не замолчал.

– Болит? – кивнула на руку. – Сможешь ползти дальше?

Он сжал зубы, кивнул. Снова пополз, рассчитывая теперь на одну руку, помогая второй лишь чуть-чуть. Минут через двадцать двигаться стало легче, а через час тяжесть исчезла совсем. Они оказались в зоне невесомости. Подступила тошнота, но, как ни странно, боль в руке помогла Сашке с ней справиться. Она оттягивала на себя внимание, и сейчас он скорее любил невесомость, чем ненавидел ее. Нужно было лишь аккуратно отталкиваться от стен и лететь вперед, не прикладывая к этому никаких усилий.

В конце туннеля появилось светлое пятно. Чем ближе они к нему подлетали, тем яснее становилось, что свет поступал откуда-то сбоку. Наконец Сашка увидел большое круглое окно, которое Джин назвала иллюминатором.

– Что это? – он завороженно смотрел на открывающуюся за толстым стеклом картину.

– Это и есть наш мир, капсула номер два.

Несмотря на то, что прямо перед иллюминатором находилось хитросплетение металлических конструкций, сквозь них прекрасно был виден зеленый парк, закрытый скругленным прямоугольником невообразимо огромного прозрачного купола. Было ощущение, что смотришь на него с высокой башни.

– Мы здесь не за этим, – вернула его к реальности девушка.

Саня закрыл рот, посмотрел на конечный пункт их путешествия. Шахта заканчивалась еще одним герметичным люком – круглым, без единого намека на ручку или пульт управления. Впрочем, когда-то ручка была: Сашка заметил место слома, грубо запаянное железной кляксой.

– Нам туда?

Джин кивнула.

– А как открыть?

Она подплыла к люку, ухватилась за последнюю скобу бесконечной лестницы и несколько раз ударила кулаком по его поверхности. Удары были глухие, но с той стороны их должны были услышать.

– Там что, кто-то живет?

– Живет. Хранитель перемычки, старик Гаррон. Последний раз я была у него три года назад. Надеюсь, жив…

Ей пришлось стучать еще три раза, прежде чем с той стороны послышался лязг механизма и люк открылся. На гостей дунуло затхлым воздухом.

– Черт побери, Гарыч! Ты бы хоть иногда проветривал свою берлогу!

– Джин, солнышко! Как я рад тебя видеть! – старик ловко выплыл к ним навстречу и полез к девушке обниматься. – Думал уж не дождусь.

Сашка заметил, что худое тело хранителя было очень высоким, или, правильнее сказать, длинным. Видимо, большую часть жизни он провел в невесомости.

Старик пригласил их внутрь, собираясь закрыть люк.

– Да оставь ты его, пусти свежего воздуха, – Джин заметила, что он замер в нерешительности. – Были незваные гости? Я видела, ты убрал ручку.

– Можно и так сказать. Гости… – Гаррон все-таки закрыл круглую створку. – Эта тварь, арахноид, как-то забралась в тоннель. Мне пришлось закрыться в комнате и ждать, пока она уберется из перемычки. Ушла на ту сторону, к мертвому миру. Надеюсь, что там и сдохла.

– Давно?

– Месяца четыре назад. С тех пор оба входа держу закрытыми. Мда… – он кашлянул. – Ну что же мы висим-то, а? Добро пожаловать в задницу мира! Где-то у меня была припасена бутылочка красного…

Перемычка представляла из себя жилой модуль, рассчитанный человек на пять или шесть, не больше. Здесь был камбуз, склад с холодильником, несколько жилых комнат и пультовая, за которой прятался кабель-канал. В последнем плотно – палец не просунешь —уложены разноразмерные провода, соединяющие два мира. Если их убрать, то в канале запросто поместились бы не только Джин и Сашка, но и Гаррон встал бы в полный рост.

На парня хранитель почти не обращал внимания. Саня даже не был уверен, что тот запомнил его имя, хотя девушка представила их друг другу. Все свое внимание старик уделял девушке: постоянно спрашивал ее о чем-то, используя слова, из которых Сашка не понимал и половины.

– Значит, в рубке вы все починили?

Она кивнула.

– И теперь можно запускать?

– Да, но для синхронизации нужно активировать с той стороны.

– Понятно…

Гости и хранитель перемычки висели в помещении камбуза. Тут даже не было стола – когда Гаррон ел, он привык подвешивать продукты в воздухе, рядом с собой. Правда, аппетита у Джин и Сашки не было, они съели всего ничего. Их по-прежнему мутило, привычка к невесомости давалась непросто. Пакет с обещанным красным они тоже пригубили чисто символически, оставив большую часть удовольствия старику.

– Завтра пойдете туда?

– Пойдем. Что тянуть?

Глава 6

Он выделил им самую ухоженную, чистую комнату. В ней даже был вакуумный душ, но ни парень, ни девушка не рискнули им воспользоваться. Хранитель предлагал две комнаты, но Сашка всем своим видом дал понять, что он не желает уединяться на ночь. Джин была не против – вдвоем, так вдвоем. Здесь ведь даже кровать не нужна.

– Ты хоть что-то мне расскажешь? – спросил недовольно, когда они остались одни.

– А что рассказывать? Ты ведь не дурак, сам все понял, правда?

– Хотите запустить двигатели?

– Хотим. Хватит уже стоять на месте.

– И куда полетим?

Джин огляделась. Показала пальцем на что-то, тонкой линией выштампованное в пластике над овальной дверью.

– Смотри.

Сашка вгляделся в мелкие буквы: «Колонизатор».

– Это название корабля, – Джин провела пальцем по надписи, – Понимаешь? Мы летели на другую планету, чтобы основать там колонию. Так что курс у нас есть!

Сашка смотрел на нее и ему вдруг стало нестерпимо обидно за то, что пока эта девушка занималась настоящим делом, старалась хоть как-то изменить мир к лучшему, он ловил крыс на нижних уровнях.

– Что ты насупился? Давай-ка я посмотрю твою руку! Закатай рукав. Выше… Ну тогда сними рубашку.

Она внимательно ощупывала руку, спрашивая – где болит сильнее, а где меньше.

– Ты что, врач?

– Я знаю, что делаю… Жилистый парень! Ничего, поболит несколько дней и пройдет. Можешь одеваться.

– Зачем? Будем спать в одежде? Мы же не в парке.

Джин долго и пристально смотрела ему в глаза.

– Саша… Я знаю, о чем ты думаешь. Но… Мы не можем.

– Почему? Конечно, ты такая… Такая… А я…

– Дело не в этом.

Она разделась до пояса, повернулась к нему боком, подняла руку. Под мышкой идеально ровным шрифтом было вытатуировано: «modelJINN. vers.7.0.1».