Александр Прялухин – Постапокалипсис на корабле «Колонизатор». Сборник рассказов (страница 12)
– Потому что я всего лишь человек.
«Тогда я помогу тебе, человек. Я хочу помочь. Давно хочу. Ведь это я виноват, что у вас случилась катастрофа».
Сашка удивленно посмотрел на пришельца.
– Ты? Каким образом?
«Мой корабль врезался в ваш, много-много периодов назад. Простите. Я не хотел».
Парень встал, несколько раз прошелся вдоль пультовой.
– Ты можешь разобраться в наших компах?
«Наверное. Я постараюсь».
– Нужно включить системы жизнеобеспечения в этой капсуле. Запустить двигатели корабля. Направить его к планете прежним курсом. И… убить бортового искина. Справимся?
Через неделю не получилось. Прошло около двадцати дней, прежде чем он смог выйти в парк капсулы номер один. К счастью, почва не сильно пострадала, зонды-сеятели уже смогли вырастить первые побеги травы, а вслед за ними потянулись и саженцы деревьев, кустов. Был очищен купол от сажи, восстановлена циркуляция воды в почве и атмосфере. Здесь уже можно было жить!
Но Сашка долго не позволял никому пройти в этот мир. Много дней он просидел у каменного кургана, который возвел собственными руками. На вершине лежала плита, с выбитой в камне надписью: «Женьке – лучшему человеку».
Добавьте радости, пожалуйста!
– Дорогая, я хочу зайти в эмоциональный салон!
– Милый, ты был там в прошлом месяце. Неужели все так растрепалось?
– Но почему бы и не зайти? Как раз нет очереди, видишь? Когда еще найду время?
– Ну хорошо, хорошо. Я подожду тебя в кафе.
За стеклянной перегородкой стояло несколько кресел. Девушка приятной наружности обернулась, когда звякнул колокольчик, задетый открывшейся дверью.
– Здравствуйте!
– Добрый день.
– Присаживайтесь.
– Спасибо.
– Как будем укладывать?
Напротив, на матовой поверхности стены, загорелся экран: схематичное изображение мозга, цветные столбики, диаграммы.
– Я бы хотел уменьшить тревожность.
– Ясно. Вот так?
– Еще. Еще. Да, так достаточно. Уф-ф, хорошо! Теперь добавьте, пожалуйста, немного немотивированной радости.
– Секундочку… Нравится?
– Пожалуй, это даже многовато. Поменьше. Вот-вот! В самый раз!
– Повышенную деловую активность не желаете? На нее в пятницу скидка.
– Ни в коем случае! А вот… Хм… – он замялся, слегка покраснел. – Активность другого плана… Понимаете?
– О, понимаю. Я буду добавлять потихоньку, а вы скажите, когда хватит.
– Так… Так… Еще немножко.
– Осторожнее, не увлекайтесь, – девушка улыбнулась, заметив, как скользнул по ней его взгляд.
– Извините, – он отвернулся, прокашлялся. – Вы правы, на несколько процентов меньше. Спасибо.
– Здоровый сон подравнять не желаете?
– Угу. Хорошо. И вот еще что: можно как-то отрегулировать юмор? Сделать его, ну, потоньше, что ли.
– Я попробую. С восприятием иронии есть проблемы, но ничего, сейчас пригладим. Готово!
– Спасибо большое! Сколько с меня?
– Пятьсот.
– Пожалуйста.
– Спасибо.
В шумном, просторном кафе нелегко было отыскать супругу. И пока он был занят поисками, в душе нарастало неприятное чувство, что о чем-то забыл.
– Дорогая, вот ты где! Я уже обыскался. Что ж, я готов. Едем домой?
– Подожди, милый. Зайдем еще в обувной. И да, мне надо посмотреть новую юбку, это обязательно! Конечно, неплохо бы и шляпку на лето…
Он хлопнул себя по затылку.
– Вспомнил, черт подери! Я же не прибавил терпение!
Чай с лимоном
– Чем занимаетесь, Андрей Вячеславович?
– Чай пью, с лимоном.
– Сходили бы в столовую, пообедали, как нормальный человек.
– Не могу, Олег Борисович. На диете я, пузо хочу к лету убрать.
На другом конце провода засмеялись.
– Понятно. А я как раз о лимонах… Хотел спросить: груз фруктов, который у нас транзитом проходит с Эпсилона Эридана на семьдесят вторую Геркулеса, вы оформляли?
– Так точно, я.
– Что там за странная записка прилагалась? Мне только сейчас доложили.
– Да ерунда, честное слово. Пошутил, наверное, кто-то.
– И все же? Я, как-никак, служба безопасности. А то вот мне стало известно, что якобы предостережение там, чуть ли не карантин требуется.
– Да вы уж лучше меня все знаете! – теперь засмеялся и сам Андрей Вячеславович. – Ну шутка, ей богу, Олег Борисович! Кто же о таких вещах на клочке бумаги сообщать будет, да нацарапав от руки?
– Однако грузчик, который ее обнаружил, говорит, что там написано о какой-то странной жизненной форме в этих лимонах-апельсинах.
– Не помню. Я ее, записку, выкинул.
– Напрасно, напрасно… Память у грузчика хорошая, он мне ее чуть ли не дословно пересказал. Говорит, на Эпсилон Эридана эти фруктоморфы над несколькими людьми контроль установили.
– Не хотите ли вы сказать, что и мной кто-то командует? – Андрей Вячеславович снова засмеялся, но уже натянуто, с нервинкой в голосе.
– Давайте так сделаем. Я к вам сейчас пришлю сотрудников, вы их проводите к трюму корабля, а дальше они сами разберутся, хорошо? Ну и вас заодно осмотрят.
Корпус телефонной трубки едва слышно хрустнул, сжимаемый пухлыми пальцами, но выдержал, не развалился. Андрей Вячеславович поднял кружку, отпил чаю.
– Зачем же людей зря гонять? Нет, присылать никого не надо. Я вам так скажу. Память у грузчика, может, и хорошая, да только в записке все равно не было указано, каким способом эти, как вы их назвали, фруктоморфы, устанавливают контроль над людьми.