Александр Прокудин – Большое изменение – Книга 2. Перед рассветом (страница 9)

Теренс несколько раз глубоко вздохнул, стараясь успокоится – волна тревоги едва не вызвала у него слезы – расплакаться в присутствии брутального, преисполненного мужскими качествами агенте совсем не хотелось.

– Это ужасно… Похищена…

Агент молчал, тактично дожидаясь, когда Теренс справится с собой.

– Но почему вы пришли ко мне? Почему не обратитесь к своим коллегам? – задал Теренс справедливый вопрос. – Я всего лишь учитель – причём даже не физкультуры. Чем я могу помочь?

– Всё не так просто, – ответил Райли, приняв от Теренса кружку с горячим чаем. – Меня отстранили от расследования.

– Так, – протянул Теренс. – И почему?

– Полковник Маклиннер, мой непосредственный начальник, – сообщил агент, – на данный момент арестован по подозрению в организации покушения на президента. Его же обвиняют в похищении участников эксперимента и профессора Лаймса. Соответственно, моему слову сейчас никто не поверит. Удивительно, что я вообще на свободе.

– И в чём ваш план? – спросил Теренс. – Я всё равно не могу понять, почему вы пришли ко мне. Хоть и весьма благодарен за это. Всё, что от меня зависит для спасения Оливии я сделаю, но…

– Обратиться к своим я не могу и по той причине, что просто не знаю кому доверять, – сказал Райли. – Под подозрением действительно все. В предательство Маклиннера я, правда, не верю. Думаю, предатель до сих пор на свободе.

Теренс слушал со вниманием – агент говорил с болью, он явно переживал за то, что случилось, до глубины души.

– Если я обращусь официально со своими подозрениями… – продолжал агент. – Я знаю процедуру: сначала пойдут бумажные оформления, запросы на высшие уровни. И каждый кабинет, в котором будет поставлена очередная печать, – это риск нарваться на шпиона.

Агент Райли поставил на стол кружку, не сделав ни одного глотка, и пристально посмотрел Теренсу в глаза.

– А также – это ещё и время. Как это ни парадоксально, сейчас мне легче действовать в одиночку. На этой стадии – точно. Сейчас, когда все думают, что я вышел из игры, – тем более.

Вопросов у Фаулза всё ещё было много.

– Почему вы это делаете? Строите карьеру? – спросил учитель прямо, не отводя взгляда.

– Нет, – агент вздохнул. – Для меня это личное. На «Розе» убили моего напарника. А рядом с его телом обнаружили дистанционный пульт от взрывателя. Я думаю, Майкл предотвратил покушение на президента ценой своей жизни. Но его тут же убили – снял неизвестный снайпер. Впрочем, насколько неизвестный… – он горько усмехнулся. – У меня есть кое-какие подозрения. Расскажу о них позже.

– Сожалею о вашем напарнике, – сказал Теренс. – Но всё-таки… Чем я могу быть полезен? Может, всё же лучше обратиться к спецслужбам? Вы сказали, что собираетесь справиться один, но это…

– Я сказал «в одиночку», а не «один», – поправил Райли.

Агент встал с кресла. Фаулз тоже поднялся. Райли положил свою огромную ладонь на щуплое плечо школьного учителя и вновь заглянул ему в глаза – доставая взглядом до самого сердца.

– Мне нужна твоя помощь, Теренс, – негромко, но весьма убедительно произнёс агент. – На кону девять жизней. И одна из них – твоей Оливии.

– Конечно… – сглотнув комок в горле, выговорил Теренс. – Вы можете на меня рассчитывать. Я сделаю всё, что нужно.

– Спасибо, – агент крепко пожал ему руку. – Я был уверен, что ты не откажешься. Оказаться правым – всегда приятно.

Учитель скромно улыбнулся, слова агента ему польстили.

– С чего мы начнём, мистер Райли, сэр?

– Раз уж на то пошло, – сказал Райли, – начнем с того, что зови меня, как напарника, Теренс. Просто Том.

– Разумеется. Только Теренс – это моё второе имя. Первое – Джеральд, – сказал Фаулз. – Если хотите, называйте меня Джерри.

Том на секунду завис.

– Лучше оставить как есть, Теренс, – произнёс агент с вернувшейся на лицо то ли существующей, то ли нет улыбкой.

Глава 7. Чёрный доктор

Предтечи, подавленные судьбой Фрэнка, послушно следовали всем указаниям Бутча и его головорезов, которые вытолкали их из главного зала лаборатории в застеклённое помещение – по всей видимости, предназначенное для рабочих собраний и пауз на кратковременный отдых. Там был большой, человек на пятнадцать, конференц-стол, с десяток простеньких стульев, белая доска на высокой треноге для презентаций и разборов полётов (в этом Кэссиди скопировал условия «Розы» тоже) и пара компьютеров. Отдельно, через проход, но в том же помещении, располагалось нечто вроде мини-кухни, оснащённой небольшой кофе-машиной, микроволновкой, двухкамерным холодильником, шкафчиками с посудой и другой кухонной утварью. От остальной территории лаборатории всё это было отделяла невысокая, не выше полутора метров, стена, переходящая в прозрачные стеклянные секции до самого потолка.

– Садитесь, – приказал Кэссиди.

Предтечи расселись за столом, опустив взгляды. Проявленная их похитителем животная жестокость сработала – лишила их сил к сопротивлению. К тому же сквозь стеклянную перегородку Предтечи видели, как оставшиеся в центральном зале лаборатории охранники занялись телом Фрэнка: сейчас они деловито обшаривали карманы уже снятой с него одежды. Смотреть на это было невозможно.

Вместе с Кэссиди в «аквариум» зашли и загадочный чёрнокожий мужчина со своим странным ассистентом. Несмотря на то, что одеты эти двое были в лабораторные халаты – словно учёные, к которым Предтечи привыкли на «Розе», – всем своим видом и поведением они излучали опасность, учёным совершенно не свойственную. Очевидно, этому способствовали пистолетные кобуры, выглядывавшие из подмышек каждого из них: халаты они носили, в противоречие правилам безопасности, расстёгнутыми – то ли, чтобы иметь возможность быстро выхватить оружие, то ли просто потому, что такая одежда была для них непривычна.

Кэссиди представил странную пару Предтечам.

– Я не такой доверчивый, как вы, профессор, или ваш дурак Маклиннер, – начал Бутч издалека. – Вы проспали сразу нескольких агентов в собственной лаборатории. У меня такого не будет. Вот, познакомьтесь со своим «научным руководителем».

Кэссиди указал на темнокожего мужчину.

– Его имя Сэмюель, но мы зовём его Чёрным доктором или Чёрным Сэмом, – продолжил он. – Его вы будете видеть гораздо чаще, чем меня. Он ваш коллега, профессор. Разбирается во всей этой мути. Так что назначается тут самым старшим.

Темнокожий мужчина стоял, не шелохнувшись, взирая на Предтеч холодным непроницаемым взглядом. Глаза его, застывшие в полусонном состоянии, выдавали в нём Ника – впрочем, вряд ли высокой категории. Одновременно в них была заметна и некая живость ума – он явно не был у Кэссиди рядовым подручным.

– Хотите знать, почему Сэма зовут Чёрным доктором? – спросил Бутч Кэссиди. – Не потому, что его кожа такого цвета. Его душа, поверьте, куда чернее всей Африки вместе взятой. Возможно, даже – такая же чёрная как у меня! Не советую это проверять – будете жалеть потом всю оставшуюся жизнь.

Кэссиди хлопнул по плечу представленного помощника и перешёл к его вертлявому, крашеному напарнику:

– Следующий, кого вы должны будете слушать, – это Морис. Сэм представит его лично, вместе со всем остальным, что захочет вам сказать. Прошу!

Чёрный доктор заговорил, не меняя бесстрастного выражения лица и холодности взгляда.

– Я не буду изображать с вами ни друзей, ни коллег, – голос у него оказался под стать внешности: такой же холодный и такой же опасный. – Помните об этом. Моё слово тут – закон. Если вам что-то нужно, составляете список и передаёте мне. Если вы делаете что-то, что создаёт проблему для меня или для мистера Кэссиди – я говорю об этом Морису. И, поверьте мне на слово: вы не захотите ни видеть, ни слышать, ни даже знать, как Морис решает проблемы мистера Кэссиди.

Крашеный Морис на этих словах хищно улыбнулся, а глаза его затуманила поволока – словно он только и мечтал, как бы добраться до кого-нибудь из провинившихся и применить на них свои умения «решать проблемы». Психопат – определил бы его любой медик, знакомый с введением в начальный курс по психическим патологиям.

Затем Чёрный доктор обратился лично к Лаймсу:

– Предупреждаю вас, профессор, и надеюсь, мне не придётся это повторять. Я прекрасно владею теоретическими знаниями. Не стоит даже пробовать. Допустим, вам удастся сделать облако фенила или какого-нибудь другого яда. Допустим, вы даже убьёте меня и других охранников – и каким-то образом не погибнете сами. Дверь в лабораторию будет всегда заперта, вам не выйти. Дверь дальше по коридору заперта тоже, а за ней – пост вооружённой охраны. Они видят вас по камерам и будут тут спустя минуту. Советую никому из вас даже не думать об этом. Просто делайте свою работу. Сосредоточьтесь на этом – мой вам совет.

Речь Чёрного доктора повергла Предтеч и Лаймса в окончательное уныние – всё, что было сказано, было сказано так, что лишало последних сил не то что к сопротивлению, но к самой надежде на него.

– Вопросы? – спросил Чёрный Сэм, подытоживая

– Мы здесь навсегда? – спросил Артур.

– Спросите профессора, – ответил за Чёрного доктора Кэссиди. – Если у него получится сварганить рецепт, который даст мне то, что нужно – можем поговорить.

– Что, отпустите нас по домам? Не особенно верится, – мрачно произнесла Саманта.

– Зависит от многих вещей, – согласился Кэссиди. – Но кто знает? Сами видите – я человек настроения!