Александр Прокопович – Корпорация (страница 3)

Свою будущую помощницу Тамару Александровну Игорь Княжевич нашел в школе. В школе своего сына. Учительница английского языка вызвала родителя на разговор. Ничего особенного, на её памяти таких мальчиков со способностями, но без всякого старания, было множество, о том, кто такой Княжевич, она могла только догадываться, тогда его фамилия говорила в этой стране мало что и далеко не каждому.

Княжевич слушал англичанку и удивлялся. Раньше у него так не бывало – эта женщина его восхищала, но никаких постельных фантазий не вызывала. Она восхищала его как-то очень отдельно. Ему просто хотелось, чтобы эта женщина встречалась в его жизни каждый день. Рабочий день.

Пока Тамара Александровна излагала, что именно Княжевич должен сделать, дабы наставить сына на путь истинный, Игорь прикидывал, насколько это большая потеря – минус хороший учитель английского языка. Учитель сына – это важно. В Тамаре не было ничего выдающегося. Её тридцать лет были при ней во всей красе, блондинка, но кого сейчас удивишь цветом, сухонькая, явно от природы, а не благодаря фитнесу, но именно такие женщины с возрастом становятся интереснее. Появление новых морщин не сделает её привлекательнее, но и не оттолкнет, только проинформирует: да, многое видела, кое-что знает.

– Давайте так, – перебил ее Княжевич. – Не знаю, сколько вы зарабатываете здесь, я буду вам платить столько же за индивидуальные занятия с моим оболтусом. И у меня только что появилась вакансия помощника. Очень важно знание английского. Справитесь?

Тамара Александровна согласилась через полгода. Княжевич был сдержан, но настойчив.

Через двадцать лет он все так же обращался к ней по имени-отчеству – к женщине вечно неопределенного возраста, предпочитавшей, чтобы её называли Томой. Все, кроме Игоря Княжевича. Она вполне могла бы войти в правление, если бы Княжевич рискнул найти нового помощника. Княжевич не рискнул.

Единственное, чего не мог предвидеть ни он, ни она, – Тамара Александровна была хорошим учителем, но её английский оказался несколько далек от стандартов серьезной международной корпорации. Впрочем, хороших переводчиков хватало.

Водителя Княжевич нашел вообще странно. Вышел прогуляться рядом с гостиницей, где проходил форум. Одно из тех мероприятий, названия которых пишут с большой буквы и ради их участников перекрывают движение в городе. Возвращаться в гостиницу не хотелось. Суть форума была проста – показать себя всем, кто что-то значил. Игорю все время мерещилось, что вот-вот на сцену поднимется какой-нибудь фээсбэшник и объявит: всё, всех пересчитали, можете расходиться.

Рядом с гостиницей пристроился маленький книжный магазин. Княжевич долго стоял на входе – он не собирался ничего покупать, ему понравился запах. Что-то из детства – так пахло в ночь с тридцать первого августа на первое сентября: новенький портфель, тетради, учебники, пенал с заточенными карандашами и две перьевые ручки.

Продавец, невысокий крепыш с характерными расплющенными ушными раковинами и так же специфически деформированным носом, посмотрел на Княжевича и тут же исчез, чтобы появиться через пару секунд с увесистым томом в руках:

– Вам понравится. Дорого, но вы человек не бедный.

Игорь открыл книгу просто от неожиданности, он уже довольно давно не читал ничего, кроме докладов. И утонул в романе минут на пятнадцать. Очнулся из-за осторожного кашля продавца:

– Брать будете?

– Буду, – решительно ответил Княжевич. – Кем раньше работал? – Угадать в парне с явно спортивным прошлым потомственного книгопродавца было трудно.

– Не работал. Соревновался. Автоспорт. А до этого греко-римская. И…

– Конечно, немного служил, в спецуре…

– Всё так. – Продавец внимательно смотрел на Княжевича – так умеют мерить взглядом большие серьезные собаки, пытаясь решить, кто из вас двоих альфа? – Меня Сергей зовут.

– Игорь. Посчитай мне книгу, и пошли.

– В смысле?

– Сергей, ты больше тут не работаешь, ты у меня работаешь.

С тех пор у Княжевича был водитель и по совместительству телохранитель, к тому же еще и эксперт по книгам. Теперь по пятницам Княжевич после работы ездил в тот самый магазинчик, и Сергей непременно вытаскивал ему что-нибудь этакое. За книги платил Сергей, так сложилось.

Две проверки.

Тест Сергеем Артем прошел легко. Водитель-книжник видел, как Артем пришел, как ждал, как уничтожал чай, прочувствовал рукопожатие… Этого было достаточно.

С Тамарой Александровной было сложнее. С ней знакомили уже после беседы с Княжевичем.

– Есть просьба, – в улыбке помощницы светилась доброта матери Терезы и её же сочувствие, в глазах не было ничего, они просто отражали – два холодных голубых зеркала. – Передашь это?

«Этим» оказалась коробочка, завернутая в золотую бумагу, с бантиками на каждом боку. В такую запросто можно было запаковать черевички для любимой или небольшое взрывное устройство – такой многообещающий размер.

– Кому?

– Все написано.

На открытке, незаметно вплетенной в бесчисленные ленты-банты, имелся и адрес и адресат.

– Легко. Почему я? – Артем еще не оправился от встречи с Княжевичем.

– Понимаешь, то, о чем тебя просит Игорь, ты должен выполнять быстро и с творческой инициативой, он это любит. То, о чем прошу тебя я, ты должен просто выполнять.

Сергей наслаждался. Сценка с участием Томы и очередным новеньким с потенциалом разыгрывалась не впервые. Он уже знал, чем грозит Артему это поручение.

Квартал от Тверской, дома, построенные уже вдалеке от СССР, – дорого для богатых. Домофон откликнулся неожиданным женским – низким и бархатным. Лифт остановился на последнем этаже. Еще один домофон в бронированной двери, ведущей на лестницу вверх. Крыша? Котову стало интересно. Лестница – еще немного, и быть ей винтовой, деревянная, с выпукло-впуклыми балясинами – сделала оборот и вывела на мансарду. Где-то рядом, наверное, жил Карлсон, а сюда абсолютно точно не пускали малышей.

Артем представлял себе мансарды иначе. Меньше. Без кожаных диванов, камина, бара… Женщин. Брюнетки, блондинки, тоненькие, пышные, молоденькие и в возрасте… Одежда ни одной из них не служила ни для обогрева, ни для того, чтобы что-то скрыть… Если заявят в розыск – все особые приметы на любой части тела будут на виду.

И та, которая встречала его. С голосом из домофона. Как бы в платье. Единственное, чему могло служить это платье, это дать право своей хозяйке на вопрос: «Ты голая?» – гордо ответить: «Я в платье!»

– Подождите, к вам выйдут… – Котов мужественно пытался сосредоточиться на глазах

встречающей его мадам. – Меня зовут Карина, а ты Артем, – она не спрашивала, она почти пела, при этом успевая одновременно покачивать бедрами, усиленно дышать, будто только что свернула с марафонской дистанции, её руки десяток раз сняли с костюма Артема несуществующие пылинки, поправили галстук… – Если вдруг что-то не так, просто позови меня – в этом «что-то не так» был совершенно конкретный намек на то, что до встречи с Кариной в жизни Артема Котова совершенно всё было не так.

Артем был усажен на диван, такой специальный, на который можно упасть, а чтобы встать, надо серьезно постараться. Легко – только скатиться…

Его не оставили одного. Спасала Артема коробка – вцепившись в ее банты и ленты, он стоически делал вид, что вокруг ничего не происходит. В конце концов, все эти прекрасные женщины – просто профессионалки, и восхищаться мужчинами – часть их квалификации. И все-таки. Есть вещи, в которые хочет верить каждый мужчина.

Оторопь проходила. И как-то становился понятен зеркальный взгляд Тамары Александровны. Артему стало смешно.

Карина вернулась через точно рассчитанный промежуток: чтобы пройти все фазы от удивления до отключения головного мозга, времени Артему было предоставлено вполне достаточно. Видела Карина многое, такого – никогда.

Девочки смотрели на Артема неправильно. В их взглядах была любовь, но совершенно не та, которая тренировалась и планировалась. Так дети смотрят на любимого дядюшку, который приезжает редко, но ему рады, даже если он не захватил подарки.

– Это ж как надо любить деньги! – Артем закончил анекдот, девочки смеялись в режиме «если не остановите – зарыдаю». Этот парень, пятнадцать минут назад появившийся в салоне, уже был своим. Настолько, что без него будет тоскливо, а ведь не вернется. Это они тоже понимали, такому здесь делать совершенно нечего, у него всё хорошо.

– Артем, можете передать посылку мне.

Карине стало грустно. Перед ней был мужчина, с которым хорошо просто посмотреть телевизор. Канал «Дискавери» – что-нибудь про китов, и чтобы две бутылки пива и никакого секса. То есть секс с ним был бы очень кстати, но о пиве помечтать можно, об остальном – без шансов.

– Вы просто сделали паузу? – поинтересовался Артем.

– Да. А какое пиво вы любите?.. Вам нравятся киты?.. – смех наконец закончился. Девочки смотрели на Карину во все глаза: киты и Карина – это было что-то явно новое.

– Посылка? – Артем протянул Карине ящик и легко встал с дивана, будто и не был тот таким специальным невставательным.

Карина одним движением сдернула ленточно-бантовую конструкцию и открыла коробку. На внушительном ложементе лежала всего-то карточка – то ли кредитка, то ли визитка.

– Подарочный сертификат, – озвучила хозяйка, – на 100 часов. Подарок от Корпорации.