Александр Поворот Реки – Восставшие из ада. Том 2. Теньеды (страница 9)

Он вошёл.

Не так, как я ожидала. Не как зомби, не как монстр. Он вошёл как он — мой любимый. В том же пиджаке, что был на нём вечером. Лицо спокойное, глаза... пустые.

«Эвелин», — сказал он, и его голос звучал нормально. Только слишком ровно. Без эмоций.

«Я здесь», — ответила я.

Он подошёл ближе. Поглощённые вокруг зашевелились, выстроились в круг. Алиса замерла в тени.

«Ты знаешь, зачем пришла?» — спросил он.

«Знаю».

«И ты готова?»

Я глубоко вдохнула. «Да. Готова».

Он улыбнулся. Та же улыбка, что всегда радовала меня. Теперь она пугала.

«Покажи мне свою любовь», — сказал он. «Всю. Без остатка».

Я подняла зеркало. Направила его на него. И увидела.

Теньед внутри него разросся до невероятных размеров. Он заполнил всё его энергетическое тело, оставив лишь крошечную искру — его истинное «я», запертое где-то глубоко внутри. Искра слабо мерцала, как последняя звезда перед рассветом.

«Я люблю тебя, — начала я, и голос дрожал. — Люблю не за что-то. Просто люблю. Твою улыбку. Твой смех. Твои руки. Твою душу. Даже ту её часть, которую я никогда не понимала до конца».

Я говорила, и из меня лилось всё — каждое воспоминание, каждое чувство, каждый миг нашей любви. Я говорила о первом поцелуе под дождём. О ночах, когда мы просто лежали и смотрели в потолок, держась за руки. О его привычке напевать под нос, когда готовил. О том, как он морщил нос, когда думал.

Искра внутри него вспыхнула ярче.

«Я люблю тебя даже сейчас, — продолжала я, и слёзы текли по моему лицу. — Даже когда ты не ты. Потому что где-то там, глубоко, ты всё ещё есть. И я верю в тебя. Верю, что ты сможешь вернуться».

Теньед внутри него зашевелился. Он почуял силу моей любви. И захотел её.

«Отдай мне её, — сказал он голосом, который уже не был полностью его. В нём звучали обертоны чего-то древнего, холодного. — Отдай свою любовь. И я отпущу его».

«Обещаешь?» — спросила я.

«Обещаю».

Я закрыла глаза. Сосредоточилась на той искре внутри себя — на любви, которая горела ярче всего остального. На той любви, что готова была на жертву.

«Забери», — прошептала я.

И почувствовала, как что-то отрывается от меня. Не физически. Глубиннее. Часть моей души. Моей сущности. Моей любви.

Оно потекло к нему. Серебристый поток света, направленный из моего сердца в его.

Теньед внутри него встретил этот поток. Обвил его. Начал впитывать.

И в этот момент всё пошло не так, как планировалось.

Потому что любовь, которую я отдавала, была не чистой жертвой. В ней была примесь. Крошечная, почти незаметная. Страх. Страх потерять его. Страх остаться одной. Страх, что даже если он освободится, мы никогда не будем прежними.

И теньед почувствовал это. Воспользовался этим.

Вместо того чтобы переключиться на меня полностью, он... разделился. Часть его осталась в нём, продолжая удерживать его искру. Другая часть устремилась ко мне, по тому самому потоку любви.

Я почувствовала, как холод проникает в меня. Не физический. Душевный. Как будто что-то тёмное, липкое заполняет пространство, которое только что занимала любовь.

«Нет!» — закричала Алиса из тени. «Он обманул! Он берёт обоих!»

Я попыталась прервать поток, но было поздно. Связь установлена. Теньед теперь был в нас обоих.

Он упал на колени. Его тело сотрясали конвульсии. Из его рта вырвался крик — не его голос, а смесь многих голосов, древних и ужасных.

А я стояла и чувствовала, как холод расползается по моей душе. Как эмоции притупляются. Как любовь, ещё секунду назад такая яркая, становится... далёкой. Как воспоминания о наших счастливых моментах теряют краски, становятся чёрно-белыми.

«Что... что происходит?» — прошептала я.

Алиса вышла из тени. Её лицо было искажено ужасом. «Он сильнее, чем я думала. Он научился брать, не отпуская. Теперь он в вас обоих. Вы... связаны. Навсегда».

Я посмотрела на него. Он поднял голову. Его глаза... в одном ещё мелькала искра его истинного «я». В другом уже была пустота.

«Эвелин... — прошептал он его голосом, настоящим. — Прости...»

И его голос прервался. Глаза стали одинаково пустыми.

Он поднялся. Улыбнулся. Та же улыбка, но теперь полностью безжизненная.

«Спасибо, — сказал он тем смешанным голосом. — Теперь у меня есть двое. И ваша связь... ваша любовь... сделает меня ещё сильнее».

Он повернулся к картине. Поднял руку. Поглощённые вокруг зашевелились, загудели низким, монотонным звуком.

Картина ожила полностью. Тени вырвались из полотна, заполнили зал. Деревья на картине изогнулись, образовав арку. И в центре этой арки начало открываться что-то... тёмное, бездонное, пульсирующее.

Портал.

«Нет!» — закричала Алиса. Она бросилась вперёд, доставая что-то из кармана — маленький серебряный кинжал.

Но один из поглощённых двинулся, перегородил ей путь. Другой схватил её сзади.

Я стояла и смотрела, как портал открывается. Чувствовала, как холод внутри меня реагирует на него. Как теньед во мне тянется к тому, что находится по ту сторону.

И в этот момент я поняла. Я проиграла. Но не полностью.

Потому что теньед взял мою любовь. Но не всю. Самую глубокую часть — ту, что была чистой жертвой, — он не смог взять. Потому что она была защищена чем-то, что сильнее его.

Надеждой.

Надеждой на то, что даже в самом тёмном месте есть свет. Что даже в самой безнадёжной ситуации есть шанс.

Я посмотрела на него. На пустую оболочку, которая когда-то была моей любовью. И прошептала то, что, как я знала, он уже не услышит:

«Я всё ещё люблю тебя. И я найду способ вернуть тебя. Даже если на это уйдёт вечность».

Портал открылся полностью. Из него хлынула тьма. И в этой тьме что-то шевелилось. Что-то огромное, древнее, голодное.

Оно смотрело на меня. И я чувствовала его взгляд на своей душе.

«Приходи, — прошептало оно голосом, который был шелестом сухих листьев, скрипом старых костей, эхом забытых слов. — Приходи домой».

И я сделала шаг вперёд. Не потому, что меня тянуло. Потому что я решила.

Если я не могу спасти его снаружи, я спасу его изнутри. Из самого сердца тьмы.

Я вошла в портал. Холод обнял меня. Тьма поглотила.

Последнее, что я увидела перед тем, как всё исчезло, — лицо Алисы, искажённое ужасом и... восхищением.

А потом — ничего.

Только холод. Только тьма. Только любовь, которая теперь была моим единственным светом в вечной ночи.

И где-то там, в глубине тьмы, его искра. Слабая, почти угасшая, но всё ещё живая.

И я шла к ней. Потому что обещала вернуться. И я всегда держу свои обещания.