Александр Поуп – Поэмы (страница 27)

Те лизоблюды, что нелепый суд К ушам владыки своего несут. Не жалок разве был бы мадригал, Когда б его бедняк рифмач слагал? Но если то хозяина строка — Как остроумна! Как она тонка! Все совершенно в опусе его, И в каждом слове видно мастерство! Так, подражая, неуч вздор несет. Иной ученый муж не меньше лжет; Кичась оригинальностью своей, Он чернь клянет и судит в пику ей, Хотя толпа иной раз и права; Поистине дурная голова! Иной все хвалит, что вчера бранил; Он, видишь ли, умнее стал, чем был; Ему бы быть немного поскромней — Нет, завтра станет он еще умней. Он с Музой как с любовницей живет: То носит на руках, а то побьет; Нетвердый ум, мятущийся всегда, И суд его — не суд, а чехарда. Мы так умны, что собственных отцов Сегодня принимаем за глупцов; А наших сыновей наступит час — Что думать им прикажете о нас? Когда-то наш прекрасный Альбион Схоластами был густо населен; Влиятельным считался тот из них, Кто больше всех цитировал из книг; Все обсуждалось: вера и Завет, Шел спор о том, в чем, право, смысла нет. А ныне лишь в Дак-Лейне сыщем мы Адептов этих Скота и Фомы,[57] Средь хлама в Лету канувших годин И столь родных их сердцу паутин. Меняла даже вера свой костюм; Не платит разве моде дань и ум? Иной, желая умником прослыть, Согласен все приличья преступить И славу тем снискать себе готов, Что вызывает смех у дураков. Иной же мнит, что всех достиг вершин, И мерит всех людей на свой аршин; Такой, свои достоинства любя, В лице другого хвалит лишь себя. Вражда умов сопутствует всегда Раздорам в государстве; в том беда, Что распри партий и борьба идей Удваивают ненависть людей. Как Драйдена неистово бранят, Как атакуют — пастор, критик, фат! Но здравый смысл, конечно, верх возьмет, Пройдет пора злословии и острот, И неминуем воздаянья час. Приди он вновь, чтоб радовать наш глаз, Найдутся Блэкмор, Мильбурн и средь нас;[58] И если б кто Гомера воскресил, Из мертвых вновь поднялся бы Зоил. Но зависть, словно тень, лишь оттенит Величье тех, кого она чернит. И Солнце тоже застилает мгла, Сгустившаяся от его тепла, И гаснет в тьме его слепящий луч; Но вот светило вырвется из туч —