Александр Поуп – Поэмы (страница 25)

Иному дела нет до смысла книг, Такого восхищает лишь язык; Расхваливает книжки этот фат, Как дамы кавалеров, — за наряд; Он упоен: о, как роскошна речь! А остальным способен пренебречь. Слова как листья; где обилье слов, Там зрелых мыслей не найдешь плодов. Витийство, будто преломленный свет, Все в радужный окрашивает цвет; Все в равной мере ярко, все горит, А лик Природы совершенно скрыт. Но верный слог, как солнца ясный свет, Сумеет просветлить любой предмет, Отделать и позолотить его, Не исказив при этом ничего. Слова — лишь платье мысли; право, ей Тем более подходят, чем скромней. Как царский пурпур не к лицу шуту, Так слог не скроет мысли пустоту; И как имеешь много платьев ты: Для дома, бала, верховой езды, Так стили различаются, затем Что нужен разный стиль для разных тем. Дабы лавровый заслужить венок, Иные воскрешают древний слог; Старинный слог, а смысл по сути нов — Что толку от подобных пустяков? Лишь неуча он удивить бы мог, И только усмехается знаток. Мечтая, как Фунгосо, лишь о том,[51] Чтоб только не ударить в грязь лицом, Тем хвастаются щеголи пера, Что дворянин носил еще вчера. Тот глуп, кто лучше дела не нашел, Чем наряжаться в дедовский камзол. Для слов ли, мод ли — правило одно: Старье или новинка — все чудно; Новинки восхвалять остерегись, А за старье подавно не держись. Но чаще песни хвалят иль хулят За строй созвучий, музыкальный лад; Дарует Муза тысячу красот, А слышат только, как она поет; И как иные, приходя в собор, Не Слову внемлют, слушают лишь хор, Так дурачки стремятся на Парнас, Чтоб там ласкал их слух прекрасный глас. Иной настолько педантично строг, Что требует лишь равносложных строк, Хотя известно: зачастую глух К открытым гласным наш английский слух;[52] Не велика и помощь слов вставных; Затертые слова вползают в стих, Уныл их монотонный перезвон, И строй привычных рифм рождает он; Слова "Зефир прохладою дышал" Родят строку "он листьями шуршал", А если "заиграл, журча, ручей", Наверняка последует "Морфей". Так за куплетом тянется куплет, Поется песня, в коей мысли нет, Свой долгий слог влачит едва-едва Александрийская нескладная строфа. Пусть, если хочет, носится такой