реклама
Бургер менюБургер меню

Александр Поуп – Поэмы (страница 16)

18
(К закату тень становится длинней), Дыханье бога шею нимфе жжет. Беглянку кто теперь убережет? Напрасно Темзу призывала дочь, Диана тоже не могла помочь; И вырвалась у загнанной мольба: "О Цинтия![31] Ты видишь: я слаба; Меня к моим родным теням верни, Чтоб лепетать и плакать мне в тени". Сказала дева и в слезах спаслась, Потоком серебристым разлилась, Чья девственно прохладная вода Лепечет, плачет и бежит всегда, Нося прозванье нимфы, чья краса Очаровала здешние леса, И прибавляет Цинтия к волнам Небесную слезу по временам; И в этом зеркале находит взор Небесный свод и склоны ближних гор; Лесная даль в том зеркале жива, Трепещут, расплываясь, дерева; Сливаются стада с голубизной, Поток раскрашен зеленью лесной; Так, отразив леса и облака, Впадает в Темзу тихая река. О Темза, матерь всех британских рек, Была горда лесами ты весь век; Твои дубы — надежный наш оплот; Распознается в них британский флот. Тобою одарен, к тебе щедрей Нептун, суровый властелин морей. Нет в мире чище и светлее рек, Прекрасен тот, прекрасен этот брег; Пускай небес чарующих своих Достойна По, где нежный слышен стих, Ты тоже не стыдишься берегов, Где Виндзор твой — приют земных богов: И звездам в небесах не заблистать Земным твоим красавицам под стать; И, кажется, Юпитер был бы прав, Твой холм, а не Олимп седой избрав. Тот счастлив, кто в краю своем родном Возлюблен государем и двором; И счастлив тот, кто Музою любим И может любоваться краем сим, Кто, радостей домашних скромный друг, Занятья чередует и досуг. Он знает в травах толк, и он здоров От полевых и от лесных даров; Использует целебный дух цветка И минерал, таинственный пока; Он изучает бег небесных тел, Пытается постигнуть их предел, Листает книги древних мудрецов, Внимательный к совету мертвецов; Обдумывает он в лесной тиши Долг мудрой, добродетельной души Перед несчастными, перед собой, Перед природой и перед судьбой; Он пристально глядит на небосвод, Свой звездный устанавливая род; Как бы бессмертным верит он глазам: Жилище наше истинное там. Отчизне мудрый Трамбел послужил; Счастливый, на покое так он жил.