Александр Пономарёв – Тяжелый пепел (страница 57)

– С Купрумом все будет в порядке, – твердо сказал я, но оптимизма в Настином взгляде не прибавилось. Тогда я подошел к ней и взял за руки. – Я уничтожу альтер эго в ментальном поединке. Вот увидишь, все получится, – пообещал я и тут же поймал себя на мысли, что не верю ни одному своему слову.

Я не сомневался, что рискну и воспользуюсь возможностями моего частично измененного мутациями мозга сразу, как только наступит подходящий момент. Только вот у меня не было стопроцентной уверенности в успехе. Альтер эго не из тех противников, с кем можно легко разделаться одной левой. Настя это прекрасно понимала, как и то, что риск органических повреждений мозга нашего сына был очень высок. Вполне могло выйти и так, что победа одновременно стала бы моим поражением. Вряд ли я долго смогу прожить с мыслью, что собственноручно превратил родного мне человека в пускающего слюни идиота.

Настя высвободилась из моих рук и отвернулась, пряча выступившие на глазах слезы. Я так и не понял, поверила она мне или нет, но сейчас это было не так и важно. На текущий момент задачей номер один для нас было как можно раньше прийти на помощь Болотному Лекарю.

Я развернулся, шагнул в направлении оставленной рядом с гаражным боксом машины и только сейчас понял, что, пока нас тут не было, на площади перед бункером что-то изменилось.

– А где дирижер и его свита? – спросил я, глядя по сторонам. Только сейчас до меня дошло, с чего вдруг Настя крутила головой, когда мы с Дантистом со всех ног бежали к выходу из зараженного здания.

– Может, он почувствовал исходящую от «грибницы» опасность и ушел? – предположил Индус.

– Или понял, что ему тут ничего не светит, и свалил от греха подальше, – проворчал Дантист. – Ну так мы едем на болота или как?

Глава 20. Рождение твари

Альтер эго мог гордиться собой. Пока Колдун искал способы справиться с ним, он распечатал портал в тоннеле и теперь накачивал его энергией, чтоб тот не схлопнулся в самый неподходящий момент. Созданная им из мутантов и отбросов общества армия, по самым скромным оценкам, достигла почти полтысячи голов. Переправить на болота такую ораву за один раз не выйдет, хоть ты тресни, а потому портал должен работать до тех пор, пока последний из наймитов темной сущности Колдуна не окажется посреди топких владений Лекаря.

Времени на сборы армии и подготовку безопасного маршрута ушло намного больше, чем первоначально рассчитывал альтер эго. Он планировал справиться с поставленными задачами менее чем за сутки, но подавление сознания Купрума, в чьем теле он сейчас находился, отнимало много сил.

И ладно бы только Купрум мешал ему добиваться цели. Чем больше отморозков вливалось в его армию, тем труднее становилось Бурбону и Арине контролировать ситуацию. Как волны несут на своих гребнях пену и всякий мусор, так и каждый приток бандитского отребья выталкивал на поверхность желающих взять власть в свои руки.

Дошло до того, что трое утырков из недавнего пополнения надавали тумаков Бурбону и попытались надругаться над Ариной. Так-то альтер эго было плевать, что станется с его помощниками. Поглощенный лютой жаждой мести Колдуну, он не испытывал к ним никаких чувств, считая их не более чем инструментами для достижения поставленной цели. Но тут ему пришлось вмешаться и показать недоноскам, кто в депо хозяин. Оставлять безнаказанным любое поползновение на власть – значит на самом деле лишиться ее.

Альтер эго испытал нечто вроде сексуального удовлетворения, когда часть его расщепленного сознания вселилась в Арину, и он ее глазами увидел выражение жуткого страха на лицах несостоявшихся насильников. Еще бы, ведь они тогда узрели не перепуганную насмерть блондинку, а жуткого монстра с истекающей слюной острозубой пастью и суставчатыми конечностями по бокам покрытого костяной броней тела.

На самом деле с Ариной ничего такого не произошло. Просто альтер эго внушил ублюдкам облик многократно клонированной монстрессы из инозоны, в чье тело внедрялась копия психоэмоциональной матрицы девушки. Каждая такая пересадка оставляла неизгладимый след на душе Арины, постепенно превращая ее в послушную марионетку в руках альтер эго. Со временем она окончательно утратила стремление к самостоятельности и стала полностью эмоционально зависимой от своего хозяина. Теперь для нее важным стало только его одобрение, и она лезла из кожи вон, лишь бы заслужить похвалу.

Бурбон не мог себе позволить, чтобы его авторитет среди подонков подвергся сомнениям, а потому, как только увидел, что недоноски побелели от страха и попятились от лежащей на асфальте Арины, вытащил из-за пояса нож. Он вонзил сверкнувшее в воздухе лезвие по самую рукоять в область левой почки одному из своих обидчиков, чуть провернул по часовой стрелке и вытащил окровавленный клинок из раны.

Бандюг вскрикнул, прижимая руку к пояснице, и медленно осел на асфальт рядом с ведущим к закрытой двери вагона дощатым пандусом. Его пальцы мгновенно окрасились красным, а на комбинезоне появилось быстро растущее в размерах темное пятно.

Кривая дорожка стекающих с кончика ножа рубиновых капель протянулась за Бурбоном, когда тот подскочил со спины к другому ублюдку и, схватив того за волосы, резким движением перерезал ему горло. Хмырь упал на колени и повалился набок, захлебываясь хлещущей из глубокого пореза кровью.

Спустя секунду третий недоносок тоже получил по заслугам. Этот замертво рухнул под ноги убийце с торчащей из груди рукояткой ножа.

Бурбон обвел притихших бандитов налитым кровью взглядом.

– Кто-нибудь хочет еще испытать судьбу и бросить мне вызов? – проревел он, складывая в «козу» липкие от чужой крови пальцы.

Мародеры попятились, что-то бормоча и мотая головами.

– То-то же. Я здесь главный. И мое слово для вас закон!

– Полегче на поворотах, – грубым мужским голосом сказала Арина. Пока Бурбон разбирался с несостоявшимися насильниками, она поднялась с асфальта и теперь приближалась к нему вихляющейся дерганой походкой, сверкая белками неестественно закатившихся под верхнее веко глаз. – Главный здесь – я! И это мое слово для всех закон!

По рядам стоящих поодаль бандитов прошелся тревожный шепоток. Большинство из них недавно пришли в депо и не видели, как частичка сознания альтер эго уже вселялась в Арину. Пятеро из огромной толпы мародеров оказались слабы духом. Они с воплями выскочили за ворота и побежали прочь от проклятого, если верить их крикам, места.

Бурбон побелел лицом и попятился от шагающей, словно деревянная кукла, женщины. Внезапно глаза Арины выкатились из-под верхнего века. Она сфокусировала взгляд на Бурбоне, протянула вперед руку со скрюченными, как орлиные когти, пальцами и с утробным ревом рванулась к нему, подобно прыгающей из засады тигрице.

Не по-женски сильные пальцы стальной хваткой вцепились в горло Бурбону. Он захрипел, схватился обеими руками за тонкое запястье женщины в надежде оторвать ее руку от своей шеи, но вскоре понял бесплодность этой затеи. Держащая его за горло конечность как будто окаменела.

– Ты допустил ошибку, но сам же и исправил ее. За это я дам тебе еще один шанс.

Пальцы Арины разжались, глаза снова закатились, и на Бурбона уставились отливающие легкой синевой белки. Ее рука безвольно упала вдоль неожиданно обмякшего тела, словно невидимый кукловод ослабил натяжение управляющих марионеткой нитей.

На шее Бурбона остались быстро наливающиеся краснотой отпечатки пальцев Арины. Он снова захрипел, но теперь уже втягивая в себя воздух, и просипел на выдохе:

– Благодарю, Повелитель.

Губы Арины снова зашевелились, но на этот раз она заговорила настолько растянутым и глухим голосом, словно внутри нее стоял механизм воспроизведения записи на низких оборотах:

– Больше пощады от меня не жди.

И она без чувств рухнула под ноги трясущемуся от пережитого страха и унижения Бурбону.

Ровно через полчаса двери товарного вагона распахнулись. Стуча подошвами берцев по доскам пандуса, послушное чужой воле тело Купрума сошло на асфальт. После недавней демонстрации силы и мощи собравшимся на его зов бандитам альтер эго сосредоточился на окончательном уничтожении сознания своего носителя. Теперь он стал полноправным владельцем этого тела и мог по праву считать его своим.

Стоя перед вагоном, альтер эго окинул взглядом алчущих чужого добра бандитов. Разосланные Трюфелем сообщения привлекли немало отморозков, и теперь те коротали время в ожидании легкой добычи. Одни сидели на корточках, поигрывая четками или складными ножами-бабочками. Другие толпились кучками возле стоящих под навесом грузовых контейнеров, о чем-то беседуя или занимаясь своими делами. Третьи подпирали собой забор и растущие вдоль него деревья.

Помимо бандитов, альтер эго активно зазывал к себе мутантов. В окрестностях кладбища техники и депо бродило немало слепых псов, пучеглазок, мутохряков и нюхачей. Они и составили костяк рычащей и воющей орды. Более сильных мутантов вроде тех же церберов, сушильщиков и большеногов в сборном отряде порождений Зоны насчитывалось не больше пары десятков, но альтер эго это не сильно волновало. Его больше интересовало не качество собранного им под свои знамена сброда, а количество. С этим как раз все было в порядке.