Александр Пономарёв – Тяжелый пепел (страница 23)

– Сама напросилась.

«Может, грохнуть его сейчас, и дело с концом? – подумал Бурбон, когда рыжий оказался почти на одной линии с ним. – Потом перестреляю остальных, заберу все ценное, что есть в доме, и дам деру отсюда. С препаратом Какаду я быстро рассчитаюсь по долгам и заживу как прежде».

Он уже хотел вскинуть дробовик и разнести выстрелом голову Купрума, как вдруг за стеной стукнула дверь, раздались тяжелые шаги и низкий тягучий голос произнес:

– Масса Лекарь, я слышал выстрелы. С вами все в порядке?

– Со мной все хорошо, Мугабе, иди спать! – крикнул Болотный Лекарь, не сводя глаз с приемыша, столь сильно изменившегося характером за прошедшее с последней встречи время.

– А ты быстро учишься, старик, – шепотом сказал тот, вплотную приставляя дульный срез пистолетного ствола к Настиному лбу.

– Хорошо, Хозяин, – послышался тот же голос.

Снова затопали шаги, скрипнула и громко захлопнулась дверь.

Купрум выждал пару секунд, не сводя глаз с Настиного лица. Та несколько побледнела, но сохраняла спокойствие.

– Ее судьба зависит от тебя, старик, – он повернул голову и посмотрел в глаза Лекарю. Тот выдержал направленный на него тяжелый взгляд, но на его лице еще резче проявились морщины. Соломенного цвета усы изогнулись, повторяя скорбный изгиб губ.

– Забирай все, что хочешь, только оставь ее в покое, – глухо сказал Лекарь.

– Мне ничего не нужно из твоего хлама. Я всего лишь хочу знать, как попасть к затерянному среди болот порталу в другую реальность.

Лекарь, как мог, постарался изобразить удивление:

– Сколько здесь живу, никогда о таком не слыхивал.

Купрум зацокал языком.

– Ай-яй-яй, пожилой человек, а все туда же. Разве тебя мама в детстве не учила, что врать незнакомым людям нехорошо?

– Какой же ты незнакомый? – хмыкнул Лекарь. – Я знал тебя, когда ты еще пешком под стол ходил.

Купрум скривил губы и помотал головой:

– Заблуждаешься, старик. Ты знал не меня, а того, в чьем теле я сейчас нахожусь. Со мной ты до этого дня не встречался и лучше бы тебе меня не расстраивать. Я, знаешь ли, в гневе ох как страшен.

– А ты меня не стращай. Чай, пуганый уже. Говорю ж тебе, я никогда не слыхал о таком портале.

Слегка склонив голову набок, Купрум несколько долгих секунд сверлил взглядом хозяина дома, потом с щелчком взвел курок и выбрал указательным пальцем правой руки слабину спускового крючка.

– Даю тебе последний шанс, старик, или ее кровь будет на твоей совести.

Мускулы на лице Лекаря дрогнули, губы беззвучно зашевелились, как будто он в уме просчитывал варианты того или иного решения. Лекарь кинул взгляд в сторону Насти, словно та могла ему помочь в нравственном выборе.

– Не говори ему ничего! – крикнула Настя и тут же дернулась от сильного удара по лицу. Это Купрум наотмашь врезал ей рукой с зажатым в ней пистолетом. Настя ахнула и прижала ладошку к щеке, где мгновенно от подбородка до уха расплылось пунцовое пятно с глубокой ссадиной посередине. Тонкая алая струйка просочилась сквозь ее пальцы и медленно потекла по тыльной стороне ладони.

– Может, я пробовать его убедить? – Арина сделала шаг и почти встала на одну линию с Купрумом.

– Заткнись! Тебе слова не давали! – рявкнул тот, не поворачивая головы в ее сторону, и опять посмотрел на Лекаря: – Решай быстрее, старик. Ты все равно скажешь, где находится портал. Цена вопроса упирается в количество заплаченных за это знание жизней: одна, две или вообще ни одной. Продолжишь упрямиться, я убью твою подружку, а потом буду пытать тебя, пока ты мне все не расскажешь. Сдохнуть раньше, чем я узнаю правду, у тебя не получится. Поверь мне, я успею вытянуть нужную информацию из твоего мозга до того, как он окончательно угаснет. Итак, выбор за тобой. Считаю до трех. Два уже было.

Бурбон решил, что выстрелит сразу, как только рыжий вышибет девке мозги. Так он хотел сэкономить время и патроны. Кто знает, сколько их осталось в магазине дробовика? Может, их там всего ничего и на всех, приговоренных им к смерти, не хватит.

Он уже пожалел, что сжег один патрон впустую, и лихорадочно соображал, кого ему убить следующим выстрелом. По всему выходило, что лучше пришить блондинку. Она была с оружием, пусть и держала его пока за спиной, тогда как старик стоял с пустыми руками. Опять же, тот мог поднять с пола пистолет Купрума. Вдруг он был когда-то непревзойденным стрелком и этот навык остался с ним, невзирая на возраст?

Покусывая нижнюю губу, Бурбон замер в ожидании выстрела. Он так и не определился, кто станет его следующей мишенью, а потому заметно нервничал. Лежащий на спусковом крючке указательный палец подрагивал от напряжения. На лбу и на круглом лице сталкера выступили крупные капли пота.

«Чего тянешь?!» – едва не выкрикнул он, как вдруг стекло одного из окон в большой комнате с треском разлетелось на осколки и в проеме показалась лысая голова с кривыми шрамами на темном лице.

– Я здесь, Хозяин! – проревел зомби-негр, залезая в дом сквозь разбитое окно.

Мугабе никогда не слышал, чтобы Хозяин велел ему идти спать. Обычно он говорил: «отдохни, Мугабе» или «иди к друзьям, мне надо поспать». Зомби привык беспрекословно подчиняться Хозяину, а потому не сразу понял, что тот хотел его о чем-то предупредить. Когда же до него это дошло, он решил обогнуть дом и заглянуть в одно из трех уютно светящихся окон фасада. Так он точно узнает, что там происходит, и нуждается ли Хозяин в его помощи.

По пути зомби наткнулся на тело Грома. И хотя «надкусанная» луна опять надолго скрылась за облаками, а падающий из окна длинный прямоугольник желтого света не доставал до этого места, он увидел, что мертвый зверь лежит на боку с неестественно подогнутой под себя правой передней лапой. В широкой груди и в голове волкособа темнели две маленькие дырочки.

Мугабе торопливо поковылял к сараю, где остальные зомби неподвижно стояли, рассредоточась по углам, и тупо пялились кто в стены, кто в пол, кто в потолок, что-то несвязно бормоча, вздыхая и фыркая, как лошади.

– Хозяин в опасности, – сказал Мугабе, заходя внутрь. Зомби заволновались, если так можно назвать заметно возросшее бормотание и покачивание из стороны в сторону. – Ему нужна помощь. Все за мной!

Не дожидаясь, когда зомби развернутся и потопают за ним, Мугабе поспешил обратно к дому. Он все-таки заглянул в одно из светящихся окон фасада. Неприглядное зрелище сильно потрясло Мугабе. Он никак не ожидал, что его старый приятель масса Купрум когда-нибудь сподобится приставить пистолет к голове женщины. Причем не абы какой, а той самой, что недавно приходила с ним в дом на болоте. Его губы шевелились, он что-то говорил, не сводя глаз с массы Лекаря.

По вполне понятным причинам Мугабе не слышал ни слова. Читать по губам он не умел, но это было и ни к чему. Искаженное гримасой злобы лицо Купрума говорило само за себя.

Остальные зомби уже выбрались из сарая и теперь взволнованно бормотали, ковыляя к дому. Часть из них направилась сразу к крыльцу, остальные двигались к стоящему возле окна Мугабе.

Зомби не стал ждать, когда его соплеменники подойдут к дому. С оглушающим рыком он ринулся к окну, разбил кулаками стекло и с криком: «Я здесь, Хозяин!» полез в комнату.

– Мугабе, нет! – крикнул Лекарь, когда Купрум среагировал на внезапное появление зомби и выстрелил тому в голову. Пуля попала мертвяку в глаз, и на простенок из гладкого, как яйцо, черного затылка с влажным чавканьем вырвался багряный фонтан вперемешку с выбитыми мозгами и костными обломками.

Сквозь разбитое окно в дом ворвалось грозное рычание приближающихся зомбарей. Бурбон увидел, как из ночного мрака показались темные руки и схватили чернокожего умруна. Тело уже окончательно сдохшего мертвохода исчезло во тьме, с треском оставляя на торчащих из рамы осколках стекла клочки холщовой рубахи. Он забыл, что еще недавно хотел разобраться с Купрумом, и выстрелил в показавшуюся в соседнем окне страшную рожу с приплюснутым широким носом и толстыми мясистыми губами. Зомби, с разнесенной осколками стекла и зарядом дроби головой, шумно упал на землю перед домом, но его место тут же занял другой мертвяк. Снова грохнул выстрел дробовика. В доме добавилось едкого запаха пороховой гари и облаков серого дыма.

После стрельбы по Мугабе Купрум на время выпал из реальности. Он завис на долю секунды, но Насте хватило и этого мгновения. Она закричала и кинулась на подчиненного чужой воле сына в надежде обезоружить его. Отдающая безумием храбрая затея с треском провалилась. Купрум резко ткнул ей кулаком в лицо, как только она схватилась за пистолет.

Кровь потоком хлынула из Настиного носа. Лишенная чувств женщина еще не успела осесть на пол, а Купрум уже прыгнул к Лекарю. Его глаза налились чернильной мутью, на руках и лице проступили черные реки вен. Купрум зарычал, как зверь, и так сильно толкнул хозяина дома обеими руками в грудь, что тот пролетел несколько метров, упал спиной на стол и больно ударился затылком о бревенчатую стену.

Из глаз Лекаря сыпанули искры. Зубы клацнули. Сбитые его рукой заварочный чайник и вазочка с конфетами грохнулись на пол. Осколки стекла и фарфора брызнули в стороны. Свежая заварка расплылась бесформенной темной лужей по крашенным коричневой краской половицам, подтекая под хаотично разбросанные конфеты в красочных обертках.