Александр Пономарёв – Территория призраков (страница 24)
Настя не стала здесь задерживаться, прошла чуть дальше и завернула за угол. Пучок света выхватил из темноты распахнутые двери в санузел. Внутри сверкнули белым разбитый унитаз и край расколотой раковины.
Дверь в дебаркадер обнаружилась в десяти шагах налево от туалета. Настя взялась за ручку задвижки, резко дернула. Толстый штырь с противным лязгом выскочил из паза. Толчок рукой – и дверь с отвратительным скрипом повернулась на ржавых петлях.
Свет фонаря пронзил тьму дебаркадера. Насте хватило одного взгляда, чтобы понять: этот путь для них закрыт. На потолке возле ворот пузырилась отливающая антрацитовым блеском гадость. Она тягучими волнами медленно стекала по широким створкам в огромную лужу, из которой по бетонному полу во все стороны расползались черные, похожие на кровеносные сосуды, извилины.
Пока Настя искала другой выход, Купрум расстрелял почти весь магазин. Парень старался не жечь понапрасну патроны, но часть их все равно ушла в «молоко». И дело тут было не в том, что он не умел стрелять как следует. Просто в ответ на его огонь дикари начали забрасывать сталкера камнями из пращи и обстреливать из луков.
Большинство метательных снарядов пропало впустую, отскакивая от стен и оконных решеток и со звоном разбивая стекла, но часть из них почти достигла цели. Примерно дюжина стрел со свистом пролетела в опасной близости от сталкера, с треском ломаясь о стеллаж и стену за его спиной. Несколько метко выпущенных камней сильно разбили прилавок, за которым прятался Купрум, а один чуть не расшиб ему лоб. Парень едва успел пригнуться, когда увесистый булыжник просвистел у него над ухом и с грохотом врезался в железную стойку торгового оборудования.
– Симба, ты сможешь помочь, если дойдет до рукопашной? – спросил Купрум и в очередной раз нырнул за прилавок: над головой опять просвистела стрела. Сзади раздался сухой треск, с каким она сломалась о кирпичи простенка.
–
– Фигня! – Купрум поднялся над разбитой камнями витриной, поймал в прицел бегущего к магазину дикаря, спустил курок. Автомат плюнул огнем. Красный пунктир трассеров перечеркнул пространство, оповещая о пустом магазине. Туземец споткнулся, его ноги подломились, и он рухнул лицом в маленький островок пыльной травы. Похоже, пуля пронзила декарю сердце, или же он потерял сознание от болевого шока.
Сталкер вытащил из кармашка разгрузки полупустой магазин и перезарядился в тот момент, когда подле него оказалась Настя.
– Ну как? – бросил Купрум, не оборачиваясь. Он снова попытался убить гремящего жестянками шамана (тот прятался за домом, иногда на несколько секунд выглядывая из-за угла и подгоняя дикарей визгливыми криками), но пулю словил не вовремя выскочивший из кустов охотник.
– Выхода нет, – прокричала Настя.
Вместе с вождем шаману удалось поднять охотников в очередную атаку и те, с дикими воплями, побежали на штурм магазина.
– Значит, будем пробиваться здесь! – рявкнул Купрум и бросил Насте автомат: – Держи, прикроешь!
– Ты куда?! – крикнула она, но сталкер уже перемахнул через прилавок. Парень подхватил с пола копье незадачливого часового, чей труп все еще лежал на приступке у двери, и со звериным ревом проткнул им первого из заскочивших внутрь их пристанища аборигенов.
Пронзенный насквозь дикарь схватился за торчащее из живота древко. Глядя тускнеющим взглядом на странного человека, чьи глаза быстро наливались чернильной мглой, а под кожей на лице и руках проступали черные шевелящиеся извилины, он с хрипом стал заваливаться набок.
Купрум толкнул уже мертвого дикаря на троих из полудюжины воинов и выхватил нож. Торговый зал наполнился криками дерущихся и лязгом металла о каменные лепестки ножей и наконечники копий.
Настя тоже не сидела сложа руки. Она разнесла выстрелом голову дикарю, что хотел наброситься на ее сына со спины, и ранила еще двоих. Купрум добил их ударами ножа в сердце, когда с остальными противниками было покончено.
В этот момент о решетку окна разбился глиняный горшок с торчащей из узкого горлышка горящей тряпкой. Пылающее масло брызнуло в стороны. Следом за первым огненным снарядом полетели десятки других.
Вождь давно уже понял, что чужака с освобожденной им пленницей просто так не взять, и решил выкурить их оттуда. Пока шаман визгливыми криками гнал охотников на штурм, он распорядился притащить наполненные маслом горшки и теперь привел план в исполнение. Он не боялся сжечь чужаков заживо. Этот вариант вполне устраивал его, ведь в таком случае их смерть можно было бы истолковать как состоявшееся жертвоприношение.
Огненные реки потекли по засыпанному осколками стекла и кусками отбитой штукатурки полу. Волосы и одежда на трупах загорелись. Сильно запахло паленым мясом.
Настя закашлялась. От едкого дыма сильно першило в горле, и слезились глаза.
– Выкурить решили, ур-роды! – прорычал Купрум и повернулся к Насте: – Ты как? Не обожглась?
Та хотела ответить, что с ней все в порядке, но глянула на сына и вскрикнула, прикрыв губы ладошкой:
– Что с тобой? Твои глаза!
– А что с ними не так? – удивился Купрум.
– Их как будто наполнили нефтью. Ни белков, ни радужки, один чернильный глянец от века до века. И лицо… у тебя вены набухли под кожей. Только они какие-то узловатые, черные и… они шевелятся! – взвизгнула Настя.
– Ах, это, – отмахнулся Купрум. – Ерунда, потом объясню. Сейчас надо выбраться отсюда, пока нас заживо не сожгли. Как выскочим на крыльцо, стреляй по дикарям и сразу беги за угол. Встретимся в лесу за деревней.
Он подобрал с пола копье одного из убитых им воинов, размахнулся и швырнул прямо в окно. Длинная палка с каменным наконечником пролетела между охваченными огнем прутьями решетки и, судя по переходящему в протяжный хрип громкому крику, достигла цели.
– Давай за мной! – Сталкер подхватил с пола нетронутое пламенем тело аборигена и, прикрываясь им, как щитом, с воинственным криком выскочил на крыльцо.
Настя тоже закричала и выбежала следом. «Калаш» в ее руках сухо залаял, сжигая последние патроны. Пули прошили кусты, застучали по стенам домов, с треском расщепляя доски обшивки. Кое-кому из дикарей не повезло, и они с воплями повалились на землю.
Звонко захлопала тетива луков. Стрелы с гудением рассекли воздух. Сталкер и не знал, что схватил еще живого человека. Он понял это, когда тело дикаря в его руках задергалось от вонзившихся в него стрел.
Купрум швырнул ощетинившийся стрелами труп с такой силой, что тот перелетел через всю площадь и упал в кусты, за которыми прятались лучники. По раздосадованным крикам сталкер понял: кому-то из дикарей опять не повезло, – и со всех ног кинулся догонять Настю.
Вождь увидел, как обреченные на заклание выскочили из объятого пламенем здания, и мысленно похвалил себя за прозорливость. Он предполагал, что чужеземцы попробуют вырваться из огненной ловушки и попытаются скрыться в лесу. Прежде чем бросать в окна глиняные бомбы, он отправил к околице четырех воинов и теперь наблюдал, как его люди выскочили из засады и, растянувшись в цепь, принялись крутить над головой боласы и пращу.
Настя первой заметила опасность. Девушка вскинула автомат, нажала на спусковой крючок, но выстрела не последовало. С полным ярости и отчаяния криком она прыгнула в сторону. Связанные веревкой каменные шары врезались в землю в считаных сантиметрах от ее ног. Ей удалось увернуться от еще одного ловчего приспособления, но третьему охотнику улыбнулась удача.
Веревка мигом оплела лодыжки беглянки, камни на концах аркана звонко стукнулись друг о друга. Девушка по инерции полетела вперед, хлопнулась на землю и так сильно прикусила язык, что аж слезы брызнули из глаз.
– Настя! – Купрум подбежал к матери, присел перед ней на колено, подхватил на руки. Он уже хотел вместе с ней рвануть к лесу, но тут в воздухе что-то свистнуло, и голова сталкера дернулась от сильного удара в висок.
Купрум вырубился мгновенно. Симбионт попробовал взять бесчувственное тело под контроль, заставил сделать на подгибающихся ногах несколько шагов, но еще один метко пущенный из пращи камень оборвал его потуги.
Настя даже пискнуть не успела, так быстро она опять оказалась на земле. Сверху ее придавило всей массой теперь уже лишенного второго сознания тела. Она испугалась, начала задыхаться, как вдруг ей снова стало легко дышать. Это подоспевшие к ней дикари скинули с нее Купрума.
Аборигены подхватили обезоруженных пленников под руки. С криками и воплями потащили их к околице. Недалеко от огораживающего деревню плетня из огромного пятна выжженной земли торчали темные от копоти бетонные столбы. Когда-то давным-давно на связывающей их площадке стоял трансформатор. Теперь его ржавая коробка валялась в стороне. Сквозь проеденные коррозией дыры в железных стенках поднимались молодые побеги бузины, а сами кипящие листвой заросли кустарника жались к подпирающим их развалинам старого гаража.
Настя сразу догадалась, для чего их сюда притащили. Она закричала, попыталась вырваться из крепкой хватки дикарей, но ее чем-то сильно стукнули сзади по затылку. На какое-то время девушка провалилась в беспамятство.