Александр Пономарёв – Территория призраков (страница 23)

– Заткнись, я сказал! – рявкнул Купрум, закидывая автомат за спину. Он подобрал одной рукой копье, другой схватил мертвого охранника за шиворот и потащил к входу в магазин.

– А дохляк-то тебе зачем? От мертвых мало толку, если ты их оживлять не умеешь.

– Да заткнешься ты или нет?! Все ноешь и ноешь! Не можешь ничем помочь, сиди и помалкивай! – вызверился сталкер, затащил труп дикаря в помещение и разжал пальцы. Мертвое тело глухо шлепнулось на широкий приступок возле дверей. Купрум сделал шаг, сходя с небольшого возвышения, глянул на примитивное оружие в руке и отшвырнул его. Копье с деревянным стуком упало на пол и, шкрябая по нему каменным наконечником, откатилось в сторону.

Серый свет раннего утра с трудом проникал внутрь здания сквозь пыльные стекла. Положение отчасти спасало то самое разбитое окно, что послужило причиной краха первоначального плана. Благодаря ему в магазине царил легкий сумрак. Кроме разбитых прилавков и мусора, в торговом зале больше ничего не было.

– Настя! – позвал Купрум и прислушался. Сдавленное мычание и глухие стуки донеслись откуда-то из-за стены.

Сталкер бросился к прилавку с бугристыми пятнами ржавчины на металлических боках. Обогнул его, мельком заметив под грязной стеклянной крышкой заросшие плесенью коробки. Пробежал вдоль затянутых пылью и паутиной железных стеллажей и, сквозь широкий проем в стене, заскочил в темный коридор.

Купрум щелкнул кнопкой тактического фонарика. Тонкий луч яркого света пронзил темноту, зашарил по стенам с лопухами отслаивающейся синей краски и белыми прямоугольниками дверей.

– Настя! – снова позвал сталкер. В ответ опять раздались мычание и стук. На этот раз они звучали более отчетливо.

Купрум шагнул к ближайшей двери, толкнул ее и посветил фонариком внутрь подсобки. Белый круг света запрыгал по широким полкам из ДСП, скользнул по шершавым от ржавчины стойкам, зашарил по квадратикам напольной плитки цвета сырой глины и наткнулся на связанную по рукам и ногам пленницу.

Настя зажмурилась, замычала, изгибаясь всем телом. Она затрясла головой, пытаясь освободиться от кляпа.

– Потерпи, милая!

Держа автомат так, чтобы свет не бил Насте в глаза, сталкер присел перед ней на колено, положил рядом с собой «калаш» и выдернул кляп.

– Уо-о-ах! – громко вдохнула девушка. – Сынок, родненький, как ты меня нашел?

– Сынок?! – удивлению Симбы не было предела. – Так эта красавица – твоя мать?! Как такое возможно?! Она же твоя ровесница, ну, может, чуть старше.

– Не твое дело! – шикнул Купрум. – Мы об этом потом поговорим, а пока помолчи, ладно?

– Хорошо, Максим, как скажешь, – кивнула Настя, с недоумением глядя на сына. – Только развяжи меня, пожалуйста.

– Все в порядке, мам, это я не тебе сказал. – Купрум вытащил нож и заелозил клинком, перерезая толстые волокна веревок.

– А кому? – Настя удивленно посмотрела по сторонам, массируя посиневшие кисти рук и растирая глубокие следы на запястьях. Кровь прихлынула к частично онемевшим конечностям. Девушка зашипела, втягивая воздух сквозь зубы. – Здесь вроде никого больше нет.

– Долго объяснять, – буркнул Купрум, сбрасывая перерезанные путы с ее ног. – Будет время, все тебе расскажу. Сейчас надо выбираться, пока не поздно.

Он подобрал с пола автомат, выпрямился. Протянул Насте руку:

– Вставай!

Девушка благодарно кивнула, встала на все еще ватные ноги, сделала шаг и покачнулась. Сталкер подхватил ее за талию, помог дойти до двери.

– Ну, ты как, дальше сама идти сможешь?

– Смогу, Максим. Все нормально. Отпусти меня, не бойся.

– А я и не боюсь, – фыркнул Купрум, убирая руку. – И, это, не зови меня больше по имени. Ладно?

– Почему? Оно тебе не нравится?

– Не в этом дело, – поморщился сталкер. – Просто я не помню того времени, когда меня так звали. Как будто ты к чужому человеку обращаешься, а не ко мне. И вот еще что… насчет нашего родства. Ты сама посуди: если кто со стороны услышит это твое «сынок», так ведь не поймет. Ну какой я тебе сын – с такой-то мизерной разницей в возрасте?

– Но мы же в этом не виноваты! Я так искала тебя, боялась навсегда потерять. Хотела видеть, как ты растешь, как с каждым годом взрослеешь, становясь все больше похожим на своего отца. – Настя шмыгнула носом, в глазах заблестели слезы.

– Ну хватит… мам, – пробормотал Купрум, чувствуя себя не в своей тарелке. – Мне, может, тоже тебя не хватало все эти годы, так что теперь, слезы лить по этому поводу, что ли? Будет время, обо всем поговорим, обещаю, но впредь больше так не обращайся ко мне. Просто зови меня – Купрум, и все, а я буду звать тебя по имени. Договорились?

– Да, – прошептала Настя.

– Вот и хорошо, – кивнул сталкер. – А теперь пойдем отсюда и поскорее, а то как бы дикари по наши души не пожаловали. Патронов у меня не густо, а нам еще отца искать. Ты бы хоть мне сказала, как его зовут. Даст Зона, свидимся, а я и не знаю, как к нему обратиться. Говорить «отец» – несерьезно, я недавно тебе это объяснял.

– Я знала его под прозвищем Колдун.

– Ишь ты… Колдун, – хмыкнул Купрум и спросил, первым выходя в коридор: – А он и в самом деле умел что-то особенное или так просто это прозвище себе выбрал?

– Умел, можешь не сомневаться, – ответила Настя, идя следом за парнем. – Он чувствовал и понимал Зону как никто другой. Ходил по ней, как по родному городу, не боясь ни мутантов, ни аномалий. И те, и другие как будто слушались его. А еще, как мне кажется, он читал мои мысли.

– Во как! – вставил свои пять копеек Симба. – Слышь, партнер, а он часом не с симбионтом дружил, а? Уж больно все сходится, если верить словам твоей матери.

Купрум скрипнул зубами, но промолчал, не желая еще сильнее расстраивать Настю. «Она и так, наверное, думает, что я тронулся умом, раз говорю непонятно с кем. Еще неизвестно, как она отреагирует на новость, что внутри ее сына сидит симбионт. Особенно, если ей уже доводилось с ними встречаться».

В памяти сталкера неожиданно всплыл фрагмент их прошлого визита в инозону. Вот он с Ариной идет по военному городку, внимательно глядя по сторонам и прислушиваясь к каждому звуку. Вот из окна столовой с треском выбитых рам и звоном разбитого стекла вываливается мутант. Вдвоем с Ариной они изрешетили его дружным огнем…

Купрум тряхнул головой, гоня прочь воспоминания и концентрируясь на текущем моменте.

– Э-э, ты чего?! – возмутился симбионт. – Верни девчонку немедленно!

– Хорош по бабам сопли пускать, – еле слышно прошептал Купрум. – Сейчас не до пустяков, нам бы живыми отсюда выбраться.

Опасения его были не напрасны. За те несколько минут, что он провел в магазине, освобождая Настю, дикари подтянулись к площади. Они не стали сразу лезть напролом, не зная, что их ждет в пустующей бетонной коробке. Часть из них спряталась за кустами живой изгороди, другие жались к стенам выходящих фасадом к магазину домов.

Купрум увидел аборигенов сразу, как только выбрался из коридора в торговый зал. Он тут же присел и короткой перебежкой добрался до прилавка с плесневелыми коробками под изогнутой волной стеклянной крышкой.

– Они уже здесь? – спросила Настя, в точности повторяя его маневр.

– Угу! – кивнул сталкер.

К тому времени совсем рассвело, туман полностью рассеялся. Даже сквозь пыльные окна торговый зал неплохо просматривался с улицы. Туземцы увидели темные силуэты сталкера и освобожденной им пленницы, хоть те и поспешили сразу спрятаться, и оживленно загомонили, показывая друг другу на здание магазина.

Среди прочих дикарей Купрум разглядел шамана с вождем. Те стояли бок о бок, не проявляя вражды. Видимо, сумели за ночь договориться. Сталкер подумал, что ценой такого союза вполне могла быть дочь вождя, вернее, ее согласие стать женой заклинателя духов.

Шаман тоже заметил Купрума и что-то закричал, гремя привязанными к посоху жестянками. Дикари ответили ему возбужденными воплями и, потрясая копьями, бросились к магазину.

Купрум вскинул автомат. Оглушительные хлопки одиночных выстрелов, звон разбитого стекла и вопли подстреленных туземцев быстро охладили пыл наступающих. Аборигены отступили на прежние позиции. Прячущиеся за кустами вождь и шаман подбадривали воинов криками, но бойцы нерешительно жались к стенам выходящих на площадь домов.

– Вроде угомонились пока, – пробормотал Купрум, отсоединил тактический фонарик от автомата и протянул Насте: – Здесь должен быть еще один выход. Проверь, сможем ли мы уйти через него.

– Хорошо, – кивнула та, взяла фонарик и на коленках уползла в проход за стеллажами.

Оказавшись в коридоре, она встала на ноги, щелкнула кнопкой фонарика. Узкий луч света распорол темноту ярким клинком. В торговом зале опять загремел автомат Купрума. Похоже, шаману с вождем удалось воодушевить дикарей на повторную атаку. Настя торопливо проскочила мимо подсобки, где она связанная пролежала всю ночь, заглянула в соседнюю комнату.

Светлое пятно упало на заваленные бумагами и прочим хламом письменные столы с тумбочками. Прыгнуло на платяной шкаф с висящей на одной петле полураскрытой створкой (вторая дверца валялась на полу рядом с опрокинутыми набок простенькими стульями), с него перескочило на оклеенную дешевыми обоями стену. Скользнуло по запыленному зеркалу, прошлось по приколотому кнопками календарю на 1986 год с нарисованной мордой тигра над столбиками цифр.