Александр Плеханов – Военная контрразведка НКВД СССР. Тайный фронт войны 1941–1942 (страница 125)

Помимо постановки общих задач руководством УОО НКВД, ОО фронтов и армий с учетом оперативной обстановки каждой из переброшенных групп ставились конкретные задания. Так, на Западном фронте они должны были вести разведку мест сосредоточения, передвижения сил противника, их вооружения, расположение штабов, баз, складов с боеприпасами, горючим и продовольствием и др.; совершать диверсионные акты: уничтожать средства связи противника, организовывать крушения воинских поездов, перехватывать отдельных связистов и курьеров противника с захватом их документов, уничтожать путем поджога баз горючего, складов с имуществом и боеприпасами противника, скирды хлеба.

В зафронтовой работе активно участвовали истребительные батальоны. Например, еще до оккупации противником территории Московской области был создан специальный институт зам. командиров истребительных батальонов по разведке с расчетом перехода их в дальнейшем для агентурно-разведывательной работы в партизанские отряды. На этой работе были использованы 37 лучших оперативных сотрудников. Зам. командиров истребительных батальонов по разведке были обязаны наладить агентурную и войсковую разведки в районах будущей оперативной деятельности формируемых партизанских отрядов; организовать и поддерживать связи партизанских отрядов с местным населением; разработать систему по поддержанию связи партизанских отрядов с управлениями НКВД области. В их составе были созданы мелкие (по 10–15 человек) боевые истребительные группы и переброшены в тыл противника. В Ленинградской области в тылу врага боролись с оккупантами 1490 бойцов в 10 истребительных батальонах. Помимо этого, только в ноябре 1941 г. в немецкий тыл было переброшено 2026 человек с задачей истребления фашистов, уничтожения их техники, разгрома штабов, сжигания населенных пунктов и дезорганизации тыла. В зоне действий Волховского фронта было подготовлено и направлено в тыл противника более 40 диверсионно-разведывательных групп. Всего же с августа 1941 г. по март 1942 г. из числа бойцов истребительных батальонов было направлено в тыл противника 1573 партизанских отрядов численностью 49,3 тыс. человек, 623 истребительных группы численностью 7,8 тыс. человек, 1263 РДГ и 4,1 тыс. разведчиков[1034].

8 марта 1942 г. Управлением пограничных войск НКВД Калининского фронта для разработки деятельности разведывательных органов немецкой разведки, выявления и задержания забрасываемой агентуры противника в тылы Красной армии были рекомендованы мероприятия, которые заключались в следующем: из числа выявленных ставленников и пособников немцев на освобожденной территории провести подбор и вербовку агентов с соответствующими легендами, переправить через линию фронта в тылы вермахта, где они должны оседать и устраиваться на работу при немецких штабах и созданных немцами органах управления.

Перед РДГ ставилась задача вскрывать формы и методы работы германской разведки, внедрять свою агентуру в выявленные филиалы разведки противника для разработки активных руководителей и их агентов[1035]. Но из-за линии фронта возвращались не все. 18 ноября 1941 г. к подпольщику Иманту Судмалису в Ригу были посланы два радиста с рацией, но они попали в руки врага, и рация уже с 24 октября начала вести передачи по диктовку гестапо[1036].

В январе 1942 г. на имя члена Военного совета Западного фронта Н.А. Булганина от нач. разведотдела штаба Западного фронта, полковника Корнеева и др. поступило сообщение о гибели РДГ, состоявшей из комсомольцев г. Москвы. К.Ф. Пахомова, П.В. Кирьякова, Н.А. Галочкина, В.В. Оринарцева, И.А. Маленкова, А.В. Луконина-Грибкова, Е.Я. Полтавская и Н.С. Каган, направленные с задачами активной разведки, при выполнении задания попали в окружение и после ранения многие из них оказались захваченными немцами. Все, кроме Кагана, на допросах и во время казни вели себя геройски и погибли смертью храбрых с лозунгами «Да здравствует Сталин!», «Да здравствует Родина!». 6 ноября группа была расстреляна, а затем повешена немцами на Солдатской площади в г. Волоколамске[1037].

Бывший участник националистической банды Труфан при явке с повинной рассказал об одном из преступлений бандитов – убийстве в селе Космаче Яблоневского района семи советских военных разведчиков, заброшенных в глубокий тыл противника. Расправу над ними организовал фашистский прихвостень по кличке Чумак. Благодаря усилиям чекистов, бандит был пойман и осужден[1038].

Зафронтовая работа ОО НКВД по линии совершения диверсий была направлена на нарушение работы железнодорожного и автомобильного транспорта, вывод из строя военных и промышленных объектов, воинских штабов, уничтожение складов и баз с вооружением, боеприпасами, продовольствием и военным имуществом, разрушение линий и узлов связи, электростанций и других объектов, имевших военное значение. В докладной записке НКГБ БССР в НКВД и НКГБ СССР от 5 июля 1941 г. указывалось, что для проведения диверсионно-террористической работы в местах, которые могли быть захваченными противником, подготовлен ряд резидентур из штатного нелегального состава 3-х отделов НКГБ БССР и УНКГБ по Витебской области, в том числе резиденты С.И. Азаров, М.Е. Иванов, К.А. Кабанов и другие. С Азаровым были связаны три человека, которые имели конспиративную квартиру для подпольной работы в Витебске. Резиденту и осведомителям были выданы фиктивные документы, установлен пароль для связи с курьером, выдано 40 гранат, 16 кг аммонала, 100 м бикфордова шнура. О месте нахождения этих материалов знал только Азаров. С резидентом Ивановым были связаны два человека. Он находился на конспиративной квартире, все были снабжены фиктивными документами, для связи с курьером был установлен пароль. Группа также была снабжена материалом в том же объеме, что и группа Азарова. В резидентуру Кабанова входили три осведомителя. Все они имели фиктивные документы, для связи с ними был установлен пароль. Всего было подготовлено восемь резидентур, которые не были связаны с партийными подпольными организациями во избежание провала и должны были действовать в тылу противника самостоятельно[1039].

Боевой группе ОО НКВД 27 армии было поручено проводить диверсионные акты в военных объектах противника против линии фронта армии, уничтожать предателей, выдающих советско-партийный актив, действующий в тылу врага, и расправляться над немецкими ставленниками-бургомистрами в занятых немцами районах. Кроме того, группа должна разгромить отдельные штабные объекты противника, захватить живым и доставить в ОО НКВД армии немецкого офицера. Отправляясь 7 декабря 1941 г. из Фировского района Калининской области в Молвотицкий и Деманский районы, занятые немецкими войсками, группа должна была подорвать здания, в которых размещены подразделения немецкого армейского штаба, связками гранат разрушить дом, где проживал немецкий генерал интендантской службы и, если будет возможность, взять его живым и доставить в ОО НКВД; на обратном пути из г. Молвотицы в д. Теплынька взять в плен и доставить немецкого офицера, появляющегося там у местной жительницы Смирновой. При невозможности взять немецкого офицера живым, убить, захватив его документы; уничтожить предателей – немецких ставленников в д. Шишково и д. Ользи. Из заброшенных групп к 18 сентября 1941 г. после выполнения заданий из-за линии фронта прибыли две группы: первая вблизи д. Горки уничтожила гранатами одну грузовую автомашину с боеприпасами и восемь немецких солдат; вторая группа в деревнях Вернебасово, Лонино и Ломейкино Кардымовского района подожгла 12 скирд необмолоченного хлеба, составлявших 4 тыс. пудов зерна, два трактора и две молотилки[1040].

Диверсионная группа в г. Орле в ночь с 22 на 23 октября 1941 г. подожгла и забросала гранатами гостиницу «Коммуналъ», в то время, когда в ней был устроен бал для офицеров гарнизона. Были уничтожены более 100 человек. Другая РДГ в марте 1942 г. несколько раз перебрасывалась в тыл противника и за это время произвела порчу телефонно-телеграфной сети, забросала квартиры германских офицеров гранатами, а во время одной из ходок совершила террористический акт над одним из немецких офицеров.

Из разноречивых данных следует, что целями терактов были в основном представители гражданской оккупационной администрации, высшие офицеры вермахта и СС, а также наиболее значимые политэмигранты и советские коллаборационисты. Так, 12 ноября 1941 г. от нач. ОО НКВД 33-й армии, капитана ГБ Комбурга поступило сообщение о том, что «председатель колхоза Павлович по приходу немцев в деревню встречал их гостинцами, а заходивших к нему красноармейцев, идущих из окружения, передавал немцам. Нач. ОО НКВД 113 сд было дано задание о ликвидации предателя».

Если в конце 1941 г. органы безопасности вынуждены были свои основные усилия в борьбе с врагом сосредоточить преимущественно в частях действующей армии и советском тылу, то в 1942 г. в результате наступательных операций и освобождения от врага ранее оккупированной территории расширились возможности для организации контрразведывательной деятельности за линией фронта. Активизация работы ОО НКВД по-прежнему заключалась в установлении мест дислокации вражеских разведывательно-диверсионных органов и школ, их инструкторов и численного состава, системы обучения агентов, путей их проникновения в части и соединения действующей армии и советский тыл, в партизанские отряды, в разложении формирований противника из перешедших на его сторону военнослужащих Красной армии, военнопленных и насильственно мобилизованных жителей оккупированных областей. Агентуре также поручалась организация явочных квартир в прифронтовой полосе и в глубоком тылу у немцев и людей для организации приемо-передаточных радиостанций.