Александр Плеханов – The Metal Road. Воспоминания металлиста восьмидесятых (страница 5)
И тогда Шурик, в очередной раз продегустировав «три топора», произнес пророческую фразу:
– Да дай твоему «Круизу» волю, они тут же начнут металл лабать.
Услышав такую чудовищную ересь, Вася весело и заразительно расхохотался, даже не подозревая, насколько быстро ему придется признать, что Шурик то, оказывается, был прав. Он хоть и прихлебывал «три топора» из горлá, хоть и держал под мышкой коробку с пластинками вопиющей «серости» – Celtic Frost, однако имел может и не дар предвидения, но точно хорошее видение перспектив музыкального рынка.
И точно. Не прошло и полугода, как Вася неожиданно для себя выяснил, что «Круиз» принялись играть не просто металл, а некий гибрид спида и трэша. То есть ту самую музыку, которую он обзывал «серостью» и над которой всегда откровенно потешался. А уж когда Васе довелось послушать англоязычный альбом «Кruiz» (1988) смеяться над металлистами он перестал. Хотя к тому времени он уже и сам ничего кроме тяжелых жанров не слушал, не в последнюю очередь благодаря моим усилиям. Когда же я общался с ним последний раз в начале нулевых годов, он был большим поклонником Dream Theater.
Но всё это будет позже, а тогда, в период 1986—1989 гг, отечественный металл начал бурно развиваться и меняться буквально на глазах. Если первые впечатления от «Арии» или «Чёрного кофе» были, прямо скажем, неважные, то через несколько лет уже можно было утверждать, что у нас появились группы, которые выглядят не хуже западных. Касалось это в первую очередь трэш-металлистов «Шах», на концерт которых я как-то раз попал и был очень приятно удивлен. В каком году это произошло – точно не помню, но помню что концерт проходил в ДК «Коммуна» на Варшавском шоссе рядом с метро «Тульская». Сцена там была высотой едва ли больше метра, я сидел в первом ряду и «шахи», фактически, играли у меня под носом.
Потом я побывал на концертах «Арии», «Мастера», «Чёрного обелиска», «Металлакорда», а на репетициях группы «Див» и вовсе присутствовал неоднократно, потому что репетировали они в моем микрорайоне Северное Чертаново. Куда я перебрался из Кунцево в восьмидесятые годы. Помнится, я даже накатал «дивам» какой-то бесхитростный текст, но был отвергнут – мой поэтический дар тогда не был оценён.
Вне всякого сомнения, уровень отечественных групп рос год от года и многие коллективы научились играть не хуже западных коллег. Это если рассматривать техническую составляющую. Согласитесь, что такого гитариста как Валерий Гаина не откажется иметь в своем составе ни одна группа. Как и такого вокалиста как Валерий Кипелов. Да мало ли у нас было талантливых музыкантов и настоящих самородков?
Но вот что касается музыкальной составляющей, то в подавляющем большинстве наши коллективы так и не изжили налет местечковости и вторичности. Даже те, кто пел на английском языке. Были, конечно, редкие исключения, но именно что исключения и именно что редкие. И как не странно это звучит, по своему прав оказался Вася Корнилов, утверждавший в марте 1986 года, что металл на нашей почве не приживется. Вернее, прижиться то он прижился, но как-то неуверенно, всю жизнь оставаясь где-то не на вторых даже, а на третьих ролях, напоминая бедного пасынка. А когда он пытался заявлять о себе, нагло и настойчиво, то выглядело это отвратительно, а местами бывало что и омерзительно.
Последний концерт отечественного коллектива который я посетил и от которого долго плевался, было шоу организованное «Коррозией металла» на какой-то открытой площадке близ метро «Новослободская». Было это, кажется, году в 1989, «Коррозия» тогда была очень популярна, хотя не могу сказать, что её музыка мне хоть сколько-то нравилась. Уж не помню почему я согласился сходить на этот концерт, но лучше бы не ходил. Как я и предполагал, хорошей музыки я не услышал, зато увидел как охранники группы бьют фанатов, которые, по их мнению, пытались прорваться на сцену. Даже если у фанатов и были такие намерения, то совершенно непонятно, что мешало их просто блокировать, как это сделал бы любой профессиональный охранник на любом концерте западной группы. Попробуй там пробей пенальти кому-нибудь в голову – по судам затаскают и выкатят такие иски, что без штанов останешься и очень повезёт если не сядешь. Например, в том же 1989 году вокалист Skid Row Себастьян Бах швырнул пустую бутылку в зал, попав в голову какой-то девушке, а затем прыгнул в зал и ударил ногой зрителя. Как итог – пришлось выплатить потерпевшим полмиллиона «зелёных» и Баху очень сильно повезло, что суд ему назначил наказание всего лишь два года условно. А ведь мог бы реально отправиться в тюрьму.
«Коррозия» и её лидер Паук на тот момент, видимо, считали себя супергруппой уровня Metallica, когда они – полубоги – осчастливливают многочисленное быдло своей божественной музыкой. Вот и обращение было соответственное – полубоги бренчали на сцене нечто энергичное, а их охрана отшвыривала людей ударами рук и даже ног. Всё это создало крайне нервозную и нездоровую обстановку среди зрителей, в воздухе замелькали пустые пивные бутылки, а затем идущая с концерта толпа разбила несколько плафонов на эскалаторе «Новослободской». Интересно, а если не устраивать такой «угар» с жестким мордобоем, то может и толпа не завелась бы? Ни на одном концерте ничего подобного я не видел, если не считать знаменитое «Тушинское попоище» – 1991, где на организаторах полностью и безоговорочно лежала вина за всё произошедшее.
После этого «Коррозия» для меня попросту перестала существовать, хотя, повторюсь, я и раньше то её, практически, не замечал. Впоследствии я никогда не брал её диски на рецензию и сильно сомневаюсь в том, что она оказала заметное влияние на развитие металла в нашей стране. На развитие всяких сомнительных шоу, влияние, может и было этим коллективом оказано, но шоу не имеют отношения к эпохальной и серьезной музыке. Полностью согласен с мнением Васи Корнилова – если тебе нечего сказать как музыканту, вешай гитару на гвоздь и иди подметать улицы. Толку будет больше.
Если честно, то тогда, в 1986—1990 годах казалось и верилось, что будущее у отечественного металла будет хорошим. Я вообще всегда верил в таланты нашего народа, а тогда ещё и верилось, что с ослаблением запретов и прочих препон, наши музыканты может и не сделают в одну калитку своих немецких, американских и английских коллег, но уж точно сделают «братьев» по соцлагерю. Ну а как не сделать, мы же мощнейшая страна с огромным культурным наследием? У нас же были Чайковский, Шостакович, Рахманинов, Бородин и др. Так неужели в тяжмете мы не окажемся, может и не первыми, так уж точно не последними?!
Последними мы точно не оказались, но и не встали в один ряд с Швецией, Финляндией, Италией, Бразилией, Японией и, боюсь, даже с Грецией. Почему? На эту тему можно говорить долго и нудно. А может просто прав был Вася Корнилов утверждая, что металл у нас нормально не приживется? Может он, будучи музыкантом из семьи профессиональных музыкантов, знал что-то такое, чего не могли знать мы, простые металлисты в силу ограниченного кругозора?
Впрочем, теперь это совершенно неважно, мы имеем то, что имеем. Мир о нашем металле практически ничего не знает, мы десятилетиями находимся на периферии мирового тяжмета и редкие группы, колесящие с гастролями по другим странам, общей картины не меняют.
Но в восьмидесятые верилось, а скорее – сильно хотелось верить, что всё будет не так.
Глава 6. Gorky Park
Веру в то, что наши группы станут слушать во всем мире, сильно подогрел почти забытый ныне коллектив «Парк Горького», он же Gorky Park. Как гласит история рок-музыки, в марте 1989 года советская группа Gorky Park начала запись одноименного альбома. А спустя несколько месяцев я зашел выпить пива к знакомым «горбушечным» барыгам братьям Петровым. Вернее, к Петрову-младшему, с которым я сошелся значительно ближе, чем с его старшим братом.
И так получилось, что застал я их за любимым занятием – они записывали кассеты каким-то «васькам» или «пионерам», как они ласково называли свою клиентуру. Записывали как раз дебютный альбом Gorky Park и веселились от души, в прямом смысле ухохатываясь над данным диском. Петровы посчитали диск махровым «прогибом» под американский рынок и неуклюжей попыткой «Парка Горького» влезть в кошельки звездно-полосатых слушателей с помощью откровенно вторичного материала. Облегчить кошельки американцев должен был общемировой интерес к СССР, появившегося в годы так называемой «перестройки». Однако, по мнению Петровых, у Gorky Park это получилось из рук вон плохо, а местами просто смешно. Вот почему они и смеялись над этой пластинкой, отпуская разные колкости в адрес музыкантов, потешаясь над гитарой-балалайкой и одеждой «а-ля рюс».
Мне данный альбом сразу же показался неинтересным, да и не мог показаться никаким другим, по той простой причине, что это была абсолютно «не моя» музыка. В тот период я слушал Metallica, Megadeth, гитарных виртуозов и тд. поэтому музыка Gorky Park не вызвала у меня никакого, даже самого малейшего, интереса.
Так получилось, что через много лет мне пришлось разбирать творчество группы и в рамках статьи написать мини- рецензию на этот альбом. И в той статье я достаточно нелестно отзывался о творчестве коллектива, главным образом потому, что меня группа, точно также как и братьев Петровых, сразу же напрягла попытками выскочить из кожи вон и понравиться западной – то есть американской – публике. Причем понравиться любой ценой и такой подход не мог не навредить музыке, которая была подчеркнуто мажорной, разухабистой и, как ещё любят говорить некоторые музобозреватели – стадионной.