Александр Плеханов – Hi-Fi. Hard’n’Heavy. Ностальгия (страница 6)

После того как Александров превратил в «конфетку» разбитую Audi-80 Валеры, которую, по большому счету, надо было отправлять на утилизацию, Валера, сам того не ожидавший, увидел свою машину практически в том виде, в каком она сошла с конвейера в Ингольштадте. И вместо придирок и обзывательств, чем обычно славился Валера в общении, как он говорил, с «челядью», к Александрову он проявил прямо таки братские чувства и щедро осыпал его дензнаками. Попутно разрешив звонить в любое время и по любым вопросам, то есть допустив практически в ближний круг. Но так как в дальнейшем свои машины регулярно колошматил сам Валера, умудряясь попадать в какие-то совершенно немыслимые аварии, именно Александрову пришлось отвечать на его звонки в любое время. И не только на его звонки, но и звонки других «братков», которых Валера направлял к Александрову, рекламируя его как лучшего жестянщика всея Руси.

От подобных клиентов Александров был, прямо скажем, не в восторге, но деньгами братва его никогда не обделяла, а один раз, когда он уже стал владельцем собственного автосервиса и на него наехали отморозки из одной южной республики, братва очень оперативно решила его проблемы.

Но вернемся в 1994 год на Горбушку.

Всю дорогу Александров на меня загадочно посматривал, а на мои вопросы чего он хочет приобрести, он не менее загадочно отмалчивался. Но его загадочное молчание меня мало волновало, а вот что напрягало, так это его чуть ли не ежеминутное отхлёбывание пива. При этом на его водительском мастерстве это сильно не сказывалось: Александров, при желании мог водить машину левой пяткой и, по его рассказам, один раз он ехал на свою «фазенду» с братом, играя при этом в карты. Ничего удивительного в этом не было, так как из-за руля он не вылезал с 17 лет, сделав трехгодичный перерыв лишь для службы на сторожевике и участия в китайско-вьетнамской войне.

Александров был из тех людей старой школы, кто знал что такое перегазовка, как тормозить двигателем и как запустить мотор «кочергой». Одеяло на радиаторе и паяльная лампа при минус 30 были ему очень хорошо знакомы. В общем – наш человек, таких больше не делают.

Второй «наш человек», но именно в кавычках, по имени Жора, встретился нам с Александровым в предбаннике Горбушки, где он торговал компакт-дисками и о нем я также рассказывал в своих книгах. Этот человек изображал из себя крутого бизнесмена, но вот именно, что только изображал, а не был таким. Честно признаюсь, разок я сдуру поверил в Жорины «бизнес-проекты» и потерял из-за этого немалое количество у.е.

Так вот «наш человек» Жора, будучи моим должником, не сильно рад был меня видеть, но я дал ему шанс заработать денег, сказав что Александров хочет приобрести несколько CD. Но я Александрова сильно недооценил. Он хотел в тот день приобрести не пару-тройку, а несколько десятков CD и даже представил список, каких именно. Только в предбаннике Горбушки я наконец понял, почему он на меня так загадочно посматривал всю дорогу.

Его заказ тянул больше чем на тысячу долларов, так как одних «хипов» была почти вся дискография. Казалось бы, такой клиент – подарок для любого продавца, но только не для «бизнесмена» Жоры. Да, у него не было и четверти всего того, что требовалось Александрову, но он вполне мог бы пробежаться по Горбушке со списком и собрать нужные диски у других знакомых продавцов, поимев свой процент фактически на ровном месте, но… Жора не был бы Жорой, то есть феерическим балбесом, которому бизнесом заниматься было категорически противопоказано. Жалко что я это сразу не понял, из-за чего и денег изрядно потерял и мог бы влипнуть в серьезную криминальную историю с непредсказуемым финалом. Если бы решил выбивать долг так, как это было принято в девяностые.

Александров терпеливо ждал реакции Жоры, но на рыбьем лице того читалась откровенная скука. Видимо, он считал, что делает нам одолжение глядя в бумажку, а не мы ему, раз к нему обратились. Поэтому делать одолжение не спешил, несмотря на то, что должен мне был примерно половину стоимости «Волги».

– Отойдём, – попросил меня Александров доставая сигареты. – Что-то твой друган какой-то вялый.

– Он мне не друган.

– Да пох. Ты же к нему подошёл? – Александров был абсолютно прав, озвучивая такие претензии.

– Давай в других местах поищем? – предложил я.

– Давай, – миролюбиво согласился Александров. – А другану своему скажи, чтобы смотрел на мир проще и рожу кирпичом не делал. Был у нас один такой, мы ему морду в гальюне часто рихтовали… – далее последовал краткий, но яркий рассказ о военно-морской молодости тихоокеанца Александрова.

Когда мы вернулись к Жоре, то увидели список требуемых дисков валяющимся в стороне.

– Я четыре диска вам нашел, – вяло проскрипел Жора. – Но они все японские, поэтому 100 долларей. Устроит?

Александров молча взял свой список и бросил на Жору тяжелый взгляд:

– Му… ка ищи в зеркале.

Услышав такое Жора пошел зелеными пятнами. Но взгляд Александрова был настолько тяжелым, что говорить что-то в ответ он не решился. А мне в очередной раз стало понятно, что для взрывного конфликта достаточно самой малости. Александров в тот момент был готов раздавить Жору как таракана, да и тот, видимо, испытывал к нам такие же чувства, правда, непонятно почему.

Как бы то ни было, в предбаннике Горбушки стояли три человека, которые абсолютно на ровном месте готовы были кинуться друг на друга. Все трое были, фактически, соседями, всех троих объединяла любовь к классическому хард-року, все восхищались гением Ричи Блэкмора, но достаточно было лишь дополнительной искры, чтобы полыхнул бессмысленный и беспощадный мордобой.

Я стоял и закипал потому, что Жора должен был мне денег, я привел хорошего клиента, а он смотрел на него как солдат на вошь. И про долг он, видимо, не вспоминал. Хотя один мой звонок бандиту Валере и Жора, в слезах и соплях, где нибудь в подмосковных перелесках умолял бы понять его и простить.

Сам Жора закипал потому, что он был человеком с высшим образованием, но паскуда-жизнь так повернулась, что он задолжал крупную сумму денег стоящему напротив быдлу – то есть мне. Быдло не только напоминает ему, тонкому и ранимому интеллектуалу о долге, но и привезло с собой другого такого же быдлана, который выложил список дисков на огромную сумму. Что Жору, видимо, покоробило до глубины души и в чем он увидел вопиющую несправедливость. Ведь это он, интеллектуал, должен иметь большие деньги и покупать диски пачками. И точно не выслушивать от быдла всякие неприятные слова.

Александров кипел сразу по нескольким причинам. В 18 лет он оказался на чужой войне, когда под ногами качалась ненадежная палуба сторожевика, которую засыпали градом свинца китайцы. Александров зелёным пацаном оказался в Москве, которая слезам не верит, но он в этих слезах не утонул, а стал уважаемым человеком с золотыми руками, к которому стоит очередь из автовладельцев. И вот когда Александров, и в зной и в холод, лёжа под машинами артистов, братвы и прочих непростых людей, заработал свою трудовую копейку и решил её потратить на классику британского хард-рока, то столкнулся с таким балбесом-бизнесменом как Жора. Который смотрит на него как на чёрт знает кого, а ведь ещё вчера в сервис к Александрову свою машину загонял не кто-нибудь, а сам… не буду называть громкие имена деятелей нашей эстрады, орденоносцев, творческой интеллигенции и прочих людей, которых знали во всех уголках СССР.

И я прекрасно понимал Александрова, который ещё вчера ручкался с человеком, в подчинении которого была полнокровная, кадровая дивизия, способная совершить лихой бросок до Ла-Манша, и вдруг, он приезжает на Горбушку, с хорошей пачкой дензнаков «на кармане» и хочет купить «хипов» и «пёплов». А я, к моему стыду, подвожу его к Жоре… А этот балбес ведет себя именно как балбес. Из-за чего начинают кипеть все.

Не всё, но много чего из списка Александровы мы в тот день купили. Другие продавцы оказались расторопнее Жоры и заработали в тот день хорошие деньги. А в 2023 году мне пришлось часть этой коллекции выставлять на одной известной интернет-барахолке, потому что Александров сначала шокировал меня своим диагнозом, а потом костлявая неотвратимо потащила его к себе.

– Вот такие дела Саня, – грустно говорил он, понимая, что финал не за горами. – Пахал всю жизнь как папа Карло, только собрался для себя пожить и вот такая засада.

Я должен был произнести какие-то ободряющие слова, но не знал какие и понимал насколько фальшиво они прозвучат.

– А знаешь, я ни о чем не жалею. Хорошая мне досталась жизнь, – Александров улыбнулся. – Свою женщину я встретил и не потерял. Она мне дочь родила. Дом я построил, работа всегда для меня в радость была. Эх… ещё бы лет десять…

К чему я всё это рассказал? Да к тому, что это самая малость, что я мог сделать для Александрова, для простого русского мужика-работяги. На таких как он держалась и будет держаться наша страна. Человек всегда будет живым, пока его помнят, даже если он и перешел ту черту, откуда не возвращаются. И хотя я не верю в тот, иной свет и думаю что для всех нас всё закончится с последним ударом сердца, но если я вдруг ошибаюсь, то хотелось бы, чтобы там меня встретил Александров. И сказал: