Александр Петровский – Не надо оборачиваться (страница 8)

Добравшись до жилища тётки, Лита, как только смогла, залезла под душ. Та хотела немедленно узнать всё в мельчайших подробностях, но Лита рявкнула «Подождёшь!», и Агата не стала настаивать. Она была одной из мудрейших Рода, входила в Совет, имела полное право приказывать, но прекрасно понимала, когда свою немалую власть лучше не использовать — вредно для здоровья. Лита сейчас выглядела злой на весь мир, и вполне могла применить силу, не задумываясь о последствиях. На самом деле Лита больше изображала злость, чем злилась по-настоящему. Очень уж хотела сначала смыть с себя всё, что на неё налипло при бегстве из квартиры Бонифация.

Пока мылась, а потом вытиралась полотенцем Агаты, изо всех сил старалась не смотреть на грязную воду, и особенно на то, что плавало на поверхности. В самом конце не удержалась, взглянула и содрогнулась от отвращения. Уже не раз такое видела, но привыкнуть так и не смогла. Тем не менее, из ванной Лита вышла разомлевшей и умиротворённой.

— Рассказывай, — потребовала Агата.

— Сперва дай одежду и чашку кофе, — взамен потребовала Лита.

Тётка взглянула на её обнажённое тело тяжёлым взглядом, и застыла на месте, тяжело дыша. Лита прекрасно знала, что это за симптомы — Агата возбудилась, и теперь, забыв обо всём, жаждет затащить племянницу в постель. Близкое родство никого в Роду не останавливало — слишком мало их выжило в войне с Врагами, причём в схватках гибли в основном мужчины.

Конечно, Лита была давно знакома и с девичьими, и с женскими ласками. Когда она родилась, женщин в Роду оставалось около сотни, а мужчин — четверо. Около десяти лет назад Враги прикончили предпоследнего из них, а сегодня настал черёд последнего, Бонифация. И что остаётся девушкам, если на секс с животными наложено строжайшее табу, нарушение наказывается смертью, а люди не из Рода тоже считаются животными?

— Какая же ты красивая, Кармелита! — сдавленным голосом произнесла Агата.

— Тётя, с тебя одежда и кофе, — напомнила Лита. — А о сексе со мной и не мечтай. Бонифаций убит, Ритуал не завершён, и если Совет не прячет где-то ещё одного мужчину или мальчика, с Родом Враги покончили. Так что оргазм меня сейчас не интересует от слова «совсем». А если будешь приставать, я тебя порву на клочки, будь ты хоть сто раз мудрейшая и член Совета Рода. Дошло?

Нет, не дошло. Несмотря на предупреждение, Агата запела приворотную песню. Откликаясь на мелодию, внутри Литы зашевелились щупальца звериной похоти. Она шагнула вперёд и отвесила тётке оплеуху. Та зарычала и рванулась к ней, Лита выдала короткий удар справа в солнечное сплетение. Она была стражем, обученным и тренированным защитником Рода, и уж не мудрейшая Агата бы стать для неё серьёзным противником. Тётка охнула и свалилась на пол, задыхаясь и корчась от боли.

— Одежда. Кофе, — снова напомнила Лита. — Потом расскажу, как погиб Бонифаций. Или, если хочешь, позвоню какой-нибудь другой мудрейшей, у которой не так сильно играют гормоны. Например, маме. Вставай, и даже не пытайся ещё раз применить приворот.

— За что ты меня так ненавидишь? — плаксивым голосом спросила Агата, с трудом поднимаясь на ноги. — Совсем недавно ты моих ласк не отвергала!

Лита промолчала, и Агата, осуждающе качая головой, пошла к шифоньеру. Швырнула племяннице свой поношенный халат, на несколько размеров больший, чем нужно, и стала рыться в груде огромных тапок.

— Не ищи, тётя, — посоветовала Лита. — В твоих тапочках я буду как на лыжах. Похожу тут босиком, надеюсь, битое стекло у тебя на полу не валяется. Завари лучше кофе. Мне чёрный и без сахара.

Всё ещё взвинченная Агата принесла кофе и приготовилась слушать. Лита, отхлебывая напиток, тянула время из чистого хулиганства. Наконец, она сжалилась над тёткой.

— Общую картину, тётя, ты и так знаешь, — сказала она. — Бонифаций убит Врагами, Врагов я прикончила из его пистолета. Стреляла на слух, не глядя, но все три пули положила им между глаз. Ритуал мы не завершили. Теперь задавай вопросы.

— Уверена, что это были Враги?

— У них были Знаки. Это или Враги, или кто-то изображает Врагов. Но я о таких имитаторах никогда не слышала.

— Я тоже. Когда они напали?

— Минут через пять-десять после того, как начался Ритуал.

— Но ты уверена, что Ритуал сорван?

— Какая тут может быть уверенность, тётя? Но мне кажется, что сорван.

— Значит, Роду конец.

— Насколько понимаю, да, если у Совета нет запасного мужчины.

— Это ужасно, Кармелита!

— Тётя, Бонифаций мог и без Врагов умереть. Пока я там была, он несколько раз жаловался на сердце, да и вообще, ему же за восемьдесят! Неужели у Совета нет плана на такой случай?

— Не знаю. Может, и есть какой-то план, но мне, рядовому члену, не положено о нём знать. А тебе-то уж точно не положено.

— Хорошо, тётя, проблемы Рода оставим Совету. Но я бы хотела разобраться со своими. Переночую я тут, а завтра утром позвоню маме, она мне привезёт одежду и сапоги. И тогда я спокойно вернусь домой, а ты занимайся своими важными делами.

— Нет, Кармелита, это исключено. Я не против, чтобы ты переночевала у меня, но тогда нам придётся спать в одной кровати, у меня второй нет. А тебе это, как я поняла, отвратительно. Так что отвезу я тебя домой, и делай там всё, что хочешь.

— Не буду я с тобой спорить, тётушка, — улыбка Литы не предвещала ничего хорошего. — Незачем. Ты у нас умница, зато я моложе и сильнее, и к тому же у меня подготовка стража. Так что с тобой я справлюсь, и очень легко.

Лита вскочила на ноги и приняла боевую стойку. Перепуганная Агата рванулась не то к входной двери, не то к ванной или туалету. Лита не стала ей мешать, просто последовала за ней. И хотя тётя неслась изо всех сил, а племянница шла едва-едва ускоренным шагом, расстояние между ними оставалось меньше вытянутой руки.

Агата влетела в ванную и попыталась там запереться, но Лита не дала ей даже закрыть дверь. Тогда тётка, изображая обморок, рухнула на кафельный пол, а её рука, как бы случайно, протянулась под ванну. Лита, не раздумывая, прыгнула на неё и прижала к полу. Она была не только сильнее, но и быстрее, так что смогла без труда отнять пистолет.

— Хватит притворяться, тётя, — со злостью приказала она. — Вставай. Ты же хотела, чтобы я на тебя легла, вот твоя мечта и исполнилась. Теперь мы можем спокойно идти спать. Постелишь мне в прихожей.

— Но я живу одна, у меня нет запасного матраса, — неуверенно возразила Агата.

— Ничего, у тебя есть два одеяла. Одно постелишь мне, а укроюсь я простынёй, тут тепло, не замёрзну. И подушку мне дашь, себе под голову найдёшь, что положить. И ещё. Если хочешь жить, не суйся ко мне. Застрелю без предупреждения.

Агата заплакала, но Лите на тёткины слёзы было глубоко наплевать.

Этой ночью Лита спать не собиралась. Тётка Агата была одной из мудрейших Рода, а она — страж. В незапамятные времена стражами Рода были одни мужчины, но очень уж большие потери нёс Род в схватках с Врагами, а рождались почти что одни девочки. Так и появились стражи-женщины, а вскоре мужчин вообще отстранили от схваток, слишком мало их осталось.

Лита училась драться и стрелять, а ещё — надолго подавлять потребности в еде, сне и сексе. Лучшей она не стала, но перебиться без сна одну-две ночи могла запросто. Сейчас она ожидала нового нападения Врагов, и готовилась его отразить. Они хотели убить Бонифация, потому что он — последний мужчина Рода. Убили бы и её, но она их опередила. Казалось бы, Враги могут торжествовать, мужчин в Роду больше не осталось, и Род вымрет. Но ведь если бы Ритуал был завершён, у неё под сердцем вполне мог оказаться ребёнок, и если вдруг это мальчик, Род ещё может выжить. Просто для собственного спокойствия Враги непременно попытаются её прикончить.

Стражей не обучали логике, их ум вообще никак не пытались развивать, для битв с Врагами этого не нужно. Но Лита была дочерью мудрейшей, и мать готовила её в мудрейшие, только подростком девушка решила сперва научиться самообороне, а потом и пройти полную подготовку стража. На тренировках мозги ей не отшибли, и теперь, после нападения Врагов, она смогла кое-что сообразить.

Ритуал требовал незапертой двери, это так, но откуда Враги узнали, когда и где именно он будет происходить? Уже много лет они нападали на стражей и мудрейших только в других городах, вдали от последнего мужчины. Как они его нашли? Как угадали время Ритуала, чтобы беспрепятственно войти в квартиру Бонифация?

Проще всего было предположить, что им кто-то подсказал. А подсказать могла только та, которая знала. А знали только члены Совета, да и то не все. Даже Бонифация заранее не предупреждали, когда ему ждать очередную девушку. Агата, ответственная за Ритуалы, лучше всего подходила на роль предателя. Её саму Лита не боялась, страж уж как-нибудь справится с мудрейшей, но если тётка заодно с Врагами, всё может кончиться гораздо хуже.

Какую выгоду от предательства получила Агата или кто-то другой из Совета, Лита не понимала, да особо и не думала над этим. Думать — обязанность мудрейших, а не стражей. Ей будет достаточно выжить и добраться до безопасного места, если, конечно, для неё ещё остались безопасные места. А для начала — уйти целой из тёткиной квартиры. Где будут ждать Враги? На лестнице, у входной двери? Или у подъезда? Вот так шагнёшь, и тебя тут же нашпигуют серебряными пулями. Интересно, почему они стреляют серебром, хотя свинец убивает людей Рода ничуть не хуже, притом гораздо дешевле? Наверно, у Врагов тоже есть какие-то идиотские традиции.