Александр Пересвет – Русские до истории (страница 35)

Реконструкция облика человека из захоронения Костёнки-14

Ну и кто кого оцивилизовал?

А вот интересно а были меж тогдашними людьми расовые трения? То есть вот этих папуасов из Костёнок не беспокоили по поводу их необычного облика? Или на стоянке Костёнки-14 все такими были, и лишь потом сюда пришли люди уже кроманьоидного облика?

Впрочем,

Г.Ф. Дебец считал, что черепа из Костёнок относятся к трём расам – собственно кроманьонской (Костёнки-2 и Костёнки-18), брно-пршедмостской (Костёнки-15) и гримальдийской (Костёнки-14) и что эти находки отражают участие в формировании верхнепалеолитического населения Русской равнины древних форм современных рас. /182/

Оговоримся ещё раз: Костёнки тут названы не потому, что представляют собой некий заповедник людей с гаплогруппой I. Как раз наоборот. Нет, просто все жили тогда примерно одинаково, ровненько, а Костёнки – просто хорошо изученная стоянка. Хотя, впрочем, одно время господствовала здесь виллендорф-костёнковская культура, которая считается восточной частью граветтской культуры. А граветт – это, как уже говорилось, часть позднего ориньяка, то есть культура сапиенсов-кроманьонцев, в том числе и носивших гаплогруппу I.

А сами «люди I» потихоньку распространялись с Балкан во все стороны, куда позволяли перемещаться льды и горы, покрытые льдом. Причём холод, как можно установить по находкам, особой помехой не был: люди уже умели великолепно утепляться, да и климат в общем вёл себя волнообразно – то теплел, то снова ударялся в морозы.

Разумеется, распространялись не одни эти люди. Ещё раз: гаплогруппа – не племя, всего лишь биологический признак, вроде характерной формы ушей. В тех же граветтских пещерах находят останки людей, принадлежавших к Y-хромосомным гаплогруппам CT, BT, F, IJK[5], I, C1a2 и т. д. Притом это были люди действительно одной культуры – нездоровое пристрастие к эротике у них было настолько развито, что громадное количество палеолитических венер с объёмными попками считается в науке характерным признаком граветтской культуры.

Граветт занял период примерно с 28–30 тысяч лет назад до 20, а в восточном варианте – до 16 тысяч лет назад. Всё это время пришлось на оледенение Вюрм III, довольно суровое. И есть соблазн связать закат граветта с интерстадиалом Вюрм III/IV. Есть соблазн также связать этот процесс с вторжением в Европу каких-то новых групп населения. Но ничего подобного уловить не удаётся.

Но как бы то ни было, граветт у нас сменился на востоке эпиграветтской культурой, а на западе в основном мадленской культурой и культурой солютре. Они вполне сосуществовали друг с другом в период 21–17–12–8 тысяч лет назад, не очень, по всем признакам, завися от климата. Относительно, конечно. Это всё культуры со всё более тонкой обработкой камня и, что важно, со всё более широким и качественным развитием искусства. Знаменитые, очень реалистичные изображения лошадей и прочих зверей – это в этих культурах. А вот толстозадые венеры как-то уходят, становятся более по-современному женственными.

И вообще, –

– мадленское население оставило великолепное пещерное искусство и предметы из кости, среди которых перфорированные «начальнические жезлы», украшенные художественной резьбой, объёмные фигуры людей и животных, остроконечники с тонкой отделкой, личные украшения в виде перфорированных морских раковин и зубов животных (вероятно, бусы). Стены пещер, в которых обитали носители мадленской культуры, например пещер Ласко и Альтамира, украшены живописными картинами. /356/

Что отсюда можно заключить? То, что население этих культур одновременно и всё шире социализируется и всё глубже индивидуализируется. В общество, похоже, приходит принятая профессиональная и элитарная стратиграфия, но в то же время в разных стратах у людей всё больше находится времени и желания уделить себе, любимому, – и своей женщине.

Вот на этом фоне и развивался наш с дедушкой Хёгни род. Судя по наследственной склонности к женскому полу, к своим современницам толстозадым венерам наши предки прикладывали все силы. Баловались охотой на мамонтов, быков, лошадей, волков и зайцев. Вернее, на всё, что несло на себе мясо и было в пределах досягаемости. Крупных войн между людьми не отслеживается – скорее всего, в силу недостаточности наших возможностей отследить на расстоянии 20 тысяч лет назад.

А что за разброс дат мы тут учинили: 21–17–12–8 тысяч лет назад?

Очень просто. 20–22 тысячи лет назад произошло выделение субклада I1 из гаплогруппы I. Тогда же, как видим, происходит замена граветта на мадлен и солютре. Связаны ли эти два события? А чёрт его знает!

С одной стороны, мы уже видели, как мутации заметно меняют не только биологический, но и культурный портрет человеческих обществ. И в принципе, носители гаплогруппы С в целом, по природным своим склонностям, развивались в несколько ином направлении, нежели, скажем, носители I, J или R. Ну, скажем, первые больше традиционалисты и «природники-экологи», нежели вторые и третьи, и потому вплоть до времён всеобщего человеческого объединения под эгидой современной «технологической» цивилизации предпочитали больше пользоваться милостями природы, нежели выламывать их из неё. И остались папуасами, австралийскими аборигенами, индейцами.

А носители I, в какое-то время основное население Европы, под воздействием неандертальцев пошло как раз по пути технологическому, по пути выделения из природы и промышленного её освоения. Ну, разумеется, в рамках той цивилизации, которая имелась в наличии. И всё же выгон целых лошадиных и оленьих стад на обрыв, с которого те падали и убивались тысячами, никак не вяжется с единением с природой. Это, извините, жёсткая эксплуатация. А потом именно отчуждённая, интеллигентская, если угодно, рефлексия, когда художник из людей предельно реалистичным, берущим за душу способом изображает голову страдающей и умирающей лошади…

Изображение лошадиной головы в мадленской культуре

А ребята с гаплогруппой J, похоже, первыми начали осваивать земледелие и выделились из природы вообще паки и паки…

Вот в условиях по-своему уютных Костёнок говорящие на праиврите кроманьонцы с гаплогруппой I жили себе, не особенно тужа, в окружении любвеобильных дам с большими попками и с не менее завораживающими… впрочем, замнём, чтобы этой работе не присвоили гриф 18+.

Глава 12. Жизнь, быт и смерть прадедушек и прабабушек

Есть знаменитая статуэтка из того рода, о которых говорилось в предыдущей главе, – так называемая Венера Виллендорфская:

Исследования этой знаменитой статуэтки периода граветта (22–30 тысяч лет назад), проведённые Музеем естественной истории в Вене, выявили 3 новых аспекта, которые позволили пролить свет на тайную историю фигурки и её создателей:

– известняк, из которого сделана Венера, почти наверняка был добыт вблизи моравского города Брно, в 136 км к северо-востоку от Виллендорфа;

– кремний, из которого изготовлены найденные со статуэткой ножи, принадлежит землям Северной Моравии, что в 150 км к северу от места находки;

– Венера Виллендорфская когда-то была полностью окрашена красной охрой, что, учитывая ритуальное использование этого материала, позволяет сделать вывод, что фигурка, скорее всего, была культовым предметом. /377/

«Венера Миллендорфская»

Где-то здесь, в похожих условиях, прижился и мой прадедушка Хёгни-I. Как же он жил?

Да, так, как жили люди в Вестонице. Ибо только через это место – и географически, и культурно – могли люди с гаплогруппой I проследовать туда, где их много, – на север Европы.

А люди в Вестонице жили, очень похоже, кочевым образом. И на это намекают как раз наши развратные венеры. Дело в том, что виллендорфская скульптурка сделана из известняка Странской Скалы в районе чешского Брно. Из северных же областей Моравии происходит до трети кремниевых ножей, что найдены в Виллендорфе. Отчего появляется не непреложный, но весьма вероятный вывод: община Вестонице попросту кочевала между Вестонице и Виллендорфом. А то и по более широкому кругу.

Они вообще были очень подвижны, эти люди технологии граветта, – недаром и культура их названа виллендорф-костёнковской. Технические решения на пространстве от Австрии до Воронежа слишком сходны, чтобы не сделать вывод о миграции если не одних и тех же общин, то общин в потомстве. А что? На дворе, как мы помним, средневалдайски теплело (для тех, кто в Европе, – теплело донекампски). Полюбившиеся людям мамонты стали частью заканчиваться, частью уходить в Сибирь – так почему бы охотникам не потянуться за ними?

Это ведь факт, что в культурном слое стоянки в Вестонице среди огромного количества костей животных подавляющую часть составляют кости мамонтов. А в Костёнках жилища строили из мамонтовых костей – тоже не дураки, видать, были добыть волосатого слоника.

А между тем мамонты, имевшие несчастье жить возле людей, стали заканчиваться реально: оказывается, ни по одному из просчитанных исследователями сценариев «антропогенного изъятия» этих животных, даже по самому для них благоприятному, не получается даже простого воспроизводства мамонтовой фауны. В самом лучшем случае получается прирост популяции в размере –4 % в год, в худшем – 31 %. В этом смысле эти звери не то чтобы физически уходили по следам Ермака, но просто в Сибири они не так быстро заканчивались.