КП [командный пункт] – лес Карпово, Дворянок.
Граница слева – Михайловка, Коровники, Скрушево, (иск.) Рыблово.
5. 69-й ск [стрелковый корпус] (144-я, 153-я сд [стрелковые дивизии]) с 4.003.8 частью сил прочно удерживать р. Хмость и, применяя подвижную оборону на рубежах рек Нодво, Орлея, пробиться к переправам по р. Днепр на участке (иск.) Зоборье, устье реки Устром и к 5.004.8 занять оборону по р. Днепр на указанном участке.
Тыловые учреждения сосредоточить в районе Новоселки, Боровка, Балакирева, Запрудье.
КП [командный пункт] – совхоз Вачково.
Граница слева – граница с 16-й армией.
6. 73-й сд [стрелковой дивизии] в 22.002.8 выступить из занимаемого района и к 4.003.8 захватить переправы через р. Днепр на участке от Заборье до Сарой (4 км южн. Заборье), выслав сильные передовые отряды для захвата района Колодези, Милеево с тем, чтобы обеспечить переправы частей армии по дорогам на восток.
Тыловые учреждения сосредоточить в районе Плещеев, Смородинка, Красный Холм.
КП [командный пункт] – роща южнее Ляхово.
7. 16-й армии частью сил прочно удерживать реку Бол. Вопец, основные усилия сосредоточить на захвате и удержании переправ Головино, Воронцы и к 5.004.8 занять и оборонять р. Днепр на указанном участке.
Граница между армиями 20-й и 16-й – Красный Холм, Болокирево, Нов. Плотовец, Колиновко, Головино, Бабаево, Слотов, Коптев (все – 20-й армии).
8. При отходе за р. Днепр командирам и комиссарам частей под личную ответственность перед своей Родиной и правительством вывести всю материальную часть за р. Днепр.
9. Для устройство и организации переправ использовать все имеющиеся в войсковых соединениях переправочные средство, инженерные части и местное население, обратив особое внимание:
а) но устройство скрытности переправ от воздушного противника, для чего переправы с понтонными средствами использовать только в ночное время, разводя их к утру. Устроить постоянные мосты с поверхностью 15–20 см под водой, а также использовать плоты, лодки, паромы и др. переправочные средство;
б) на отыскание бродов. Конные транспорты, конные части, артиллерию на конной тяге переправлять вброд, обеспечив их предварительно подъездными путями.
10. Командирам соединений все зенитные средство сосредоточить в районе переправ.
11. Рубеж р. Хмость и Бол. Вопец во что бы то ни стало удерживать до исхода 3.8.
Рубеж р. Орлея, Надва удерживать до исхода 4.8».
Москва, спецархив ФСБ, наши дни
Третий час я сидела в полностью изолированном от внешнего мира неприступными сейфовыми дверями помещении спецархива ФСБ и при тусклом свете настольной лампы с круглым зеленым абажуром с трепетом листала пожелтевшие страницы. В сумраке комнаты передо мной проплывали непростые человеческие судьбы, которые жестоко гнула, а порой с хрустом ломала и перемалывала война:
«…После оккупации фашистскими войсками в августе 1941 года Смоленской области на ее территории оказалось большое количество военнопленных и разрозненных групп советских войск. Именно они стали основой многочисленных партизанских отрядов, которые стихийно возникали в Смоленской области. Для борьбы с партизанами, которые наносили немецко-фашистским захватчикам довольно ощутимый урон в живой силе и технике, немцы создали специальную зондеркоманду, выполнявшую в первую очередь карательные функции. Возглавил ее некто Вольдемар Шварц. Как показывают свидетели, Шварц добровольно приехал из Гермонии и вызвался участвовать в наведении ток называемого нового порядка на оккупированных территориях.
Из материалов судебного процесса 1986 года над фашистскими пособниками:
…Шварц и его пособники создали на территории области довольно широкую агентурную сеть. Провокаторы были успешно внедрены и в наиболее крупные партизанские соединения. Всей агентурой подразделения руководило любовница Шварца, Елена (по рассказам очевидцев, невероятная красавица), предположительно уроженка г. Вязьмы, ориентировочно 1919 года рождения. В задачу немецких агентов входил сбор информации о местах дислокации партизанских отрядов, расположении мест закладки партизанами оружия, медикаментов, продовольствия, а также проведения карательных и диверсионных операций.
…Из показаний Тимченко Людмилы, жительницы деревни Овраги:
– Вольдемар Шварц, впервые появившийся в нашем доме сразу после оккупации Смоленска немцами, очень интересовался событиями начало лета 1941 года. Особенно его интересовало деревня Богданово Колодези, хотя также он много и настойчиво расспрашивал о сотрудниках городских музеев и работниках госбанка, по каким-либо причинам не успевших эвакуироваться и оставшихся на оккупированной территории.
– Вы лично передавали господину Шварцу какую-либо информацию по интересующим его вопросам?
– До, я рассказало ему о трех кованых сундуках и двух больших металлических ящиках, найденных в июне 1941 года…
– Вам известно, что находилось в сундуках и ящиках?
– Нет. Ни сундуки, ни ящики при мне не открывали, а утром следующего дня из города прибыл отряд НКВД и на двух машинах все вывез…
…Борисов Алексей Васильевич, 1919 года рождения, уроженец Смоленской области, русский. Осенью 1941 года, находясь на фронте в должности командира взвода в звании лейтенанта Красной армии, Борисов добровольно сдался в плен. Затем, проживая на временно оккупированной немецкими войсками территории в Смоленской области, поступил на службу в карательную зондеркоманду Шварца. Принял присягу на верность фашистской Германии. Начав службу рядовым, за активную карательную деятельность получил звание капитана немецкой армии, был награжден двумя медалями «ОСТ» второй и третьей степени. В карательных операциях с участием Борисово расстреляно более 3500 советских граждан. Выполнял особые поручения Шварца. А именно: разыскивал с помощью своей агентуры лиц, участвовавших в эвакуации ценностей и по каким-либо причинам оставшихся на территории, оккупированной немцами. Так, Борисов по приказу Шварца подготовил и успешно осуществил операцию, в результате которой был пленен лейтенант НКВД Козлов Илья Тимофеевич, участвовавший в перевозке ценностей, обнаруженных в д. Богданово Колодези в июне 1941 года. И. Т. Козлов на допросах сообщил немцам сведения, проходящие под грифом «Секретно». В том числе о количестве и примерном составе клада ценностей, доставленных в Смоленское отделение Государственного банка СССР из д. Богданово Колодези. О дальнейшей судьбе клада Козлов И. Т. ничего не знал и был расстрелян осенью 1941 года…
…Борисов А. В. арестован в мае 1985 года сотрудниками УКГБ СССР по Брянской области. Военным трибуналом Московского военного округа Борисов был признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ст. 64-а УК РСФСР, и приговорен к смертной козни. В декабре 1985 года приговор приведен в исполнение…
…17.07.41 г. В Смоленск прибыла зондеркоманда под командованием штурмбаннфюрера СС Кюнсберга. Это подразделение вермахта занималось на оккупированных территориях изъятием особо ценных документов и материалов. Предположительно, основной задачей Кюнсберга было обнаружение и вывоз архива Смоленского НКВД. Однако в составленном ими отчете по результатам роботы в Смоленске нет никаких сведений, что данный секретный архив был ими найден.
…Из показаний свидетелей следует, что поиском архива и систематизацией архивных документов из различных государственных организаций г. Смоленска занималось ток называемое «Архивное бюро Морозова». По оперативным данным, все архивные материалы, которые удалось собрать гр. Морозову в зданиях различных государственных и партийных организаций, до мая 1942 года хранились под охраной СС во Всесвятской церкви, расположенной на углу Всесвятской и Блоковой улиц. В дальнейшем, предположительно в конце моя – начале июня 1942 года собранный архив был отправлен гитлеровцами в Вильнюс (Вильно).
…Морозов И.А., 1912 года рождения, уроженец Смоленска – сотрудник смоленского архива, добровольно дал согласие на сотрудничество с немцами. Активно помогал зондеркоманде Кюнсберго в ее роботе. Ушел с немцами. Разыскивается органами КГБ СССР кок предатель Родины и немецкий пособник…»
Я оторвала взгляд от документов, посмотрела на часы и ахнула – уже третий час ночи! А утром в девять мне необходимо быть у генерала с докладом. Эх, поторопились чекисты с расстрелом этого Борисова. Неплохо было бы с ним пообщаться на тему пропавших музейных ценностей. А еще лучше с таинственной любовницей Шварца – красавицей Еленой. Вот кто, без сомнения, обладал поистине бесценной информацией. Из архивных материалов, предатель Борисов о ценностях сообщал довольно скупо. Скорее всего, всю добытую информацию он только собирал, а тщательно систематизировала ее именно Елена, после чего передавала Шварцу. Борисов же работал не более чем простым исполнителем, осуществлявшим различные силовые акции. Докладывать генералу особенно было и нечего. Архивными данными подтверждается лишь уже нам известное. Кроме, пожалуй, неожиданно всплывшей информации по деятельности зондеркоманды штурмбаннфюрера СС Кюнсберга. Которая, кстати, и была направлена в Смоленск с задачей поиска, сбора и изъятия особо ценных документов и других материалов, представляющих определенный интерес для Третьего рейха. Так что Шварц, собирая сведения о ценностях, оставшихся на оккупированной территории, явно занимался со своей зондеркомандой на Смоленщине не своим делом. Если только вся эта его борьба с партизанами не была лишь прикрытием. В результате мы имеем следующее: во всех изученных мною документах проходит невидимой нитью сильный интерес Шварца к ценностям, по каким-либо причинам оставшимся на территории, оккупированной немцами, а также к лицам, участвовавшим в эвакуации оных. Территориально его деятельность почему-то была ограничена исключительно Смоленской областью.
