Александр Павлов – Престижное удовольствие. Социально-философские интерпретации «сериального взрыва» (страница 21)

Повторимся, что это мужской ромком. То есть, во-первых, его совсем не стыдно смотреть тем, кто не любит «жанры, целевой аудиторией которых являются девушки». Во-вторых, шоу показано с позиции мужчины, и зритель обнаруживает, что тридцатилетние молодые люди разбираются в отношениях не больше, чем выпускники старшей школы. Мужчины за тридцать точно так же не понимают, что писать женщинам в сообщениях («dick pic» не в счет – это уже общее знание), можно ли их беспокоить в два ночи с текстом «Не спишь? Затусим?», как заговорить с девушкой в метро и что сделать для того, чтобы первое свидание прошло успешно. Хотя и с иронией, но фактически сериал поднимает очень важную проблему – те мужчины, которые хотят отношений, не очень понимают, как их завести и как их строить. Поэтому шоу «Мужчина ищет женщину» стоит смотреть и девушкам: они многое поймут о современных тридцатилетних мужчинах, если, конечно, смогут не обращать внимания на многие пошлые или не самые удачные, как кому-то может показаться, шутки (бесконечные шутки). Но это – не единственная причина для женщин познакомиться с сериалом.

Возможно, стоит сравнить этот сериал с подробно рассматриваемыми выше «Девочками». «Девочки», как известно, позиционируются как продукт, который сделан женщинами и для женщин, то есть мужчинам на эту территорию вход заказан. «Мужчина ищет женщину» протягивает руку и девушкам. Как отмечалось, в каждом сезоне есть эпизод, в котором обсуждаются в том же ключе, что и в основной линии, проблемы с личной жизнью сестры Джоша – Лиз. У нее были долгие «отношения на расстоянии» («Поверь, я знаю, как писать текстовые сообщения, я в этом профессионал»), но в итоге ничего не получилось. В одном из эпизодов обсуждается вечная проблема одиночества взрослой женщины (если тебе за тридцать, то личное счастье ты вряд ли найдешь), и от отчаяния Лиз, словно доктор Франкенштейн, пытается сама себе сделать мужчину из разных частей (конечно, выдуманный ею идеал оказывается гомосексуалом), а после вступает в связь буквально с роботом, которому, оказывается, тоже не нужны серьезные отношения. В филлере второго сезона Лиз начинает встречаться с женатым мужчиной… с Санта-Клаусом. И даже здесь шоу лишь подтверждает старую истину: когда Санта-Клаус, который нашел способ разнообразить свою сексуальную жизнь, бросил миссис Клаус, стало ясно, что счастья в этих отношениях не будет. Эпизод-филлер, посвященный Лиз в третьем сезоне, завязан не на ее личной жизни, а на ее отношениях с отцом и ее гениальной природной способности «отличать нормальное от отстоя». Что, между прочим, подтверждает ограниченность фантазии создателей шоу относительно попыток адекватно представить женскую тему в сериале. Видимо, авторы вымучивали третий сезон, не имея возможности придумать для линии Лиз отдельный сюжетный разворот.

Но что, если Джон на самом деле не белая ворона? Вдруг это идеальный тип молодого человека за тридцать, который не хочет мимолетных связей и настроен предельно серьезно? В конце концов, и один из главных героев сериала «Любовь» Гас точно такой же: за его плечами несколько длительных серьезных отношений. Но что, если в культуре происходит невидимый сдвиг в понимании интимности, представленный в этом сериале, и сегодня если не все, то многие мужчины хотят жениться и завести семью, отчаянно ищут себе женщину, но просто не могут найти ту самую? Ведь это не так просто – отыскать «последнюю девушку на земле».

«Любовь» – это… Революция Ромкома

Славой Жижек, словенский философ с мировым именем, однажды заметил, что самый «консервативный жанр» из всех существующих – это порнография. Не в том смысле, что его любят смотреть правые или что порно пропагандирует семейные ценности, хотя в этом отношении было бы интересно порассуждать, а в том смысле, что ты всегда знаешь наперед, про что будет это кино и чем оно закончится. И действительно, у ужасов, например, есть те или иные жанровые вариации – сплэттер, слэшер, мистика, фильмы про зомби и т. д., – в то время как порнография довольно стабильна (обсуждать ее жанровое многобразие в данном случае нет возможности). Иными словами, у порнофильмов есть четкая структура, жестко установленные конвенции и примерно похожий сюжет. Однако эту мысль Жижек высказывал довольно давно, и очевидно, что он – не самый большой эксперт в теме. Помимо того что в мире порно есть различные пародии, существуют также самые причудливые вариации участия тех или иных субъектов в сцене, а также то, что можно было бы назвать субжанрами.

Таким образом, в настоящий момент порно не кажется таким уж «консервативным» жанром. И если ни ужасы, ни порно, ни детектив не могут претендовать на эту роль, то какой жанр является наиболее стабильным? Можно сказать, что до сих пор им был ромком. Сложно себе вообразить ромком, в котором бы изначальные ожидания зрителей в итоге оказывались бы обманутыми. Ты почти всегда знаешь, что эта девушка будет с этим парнем. Да, им придется преодолеть некоторые трудности, но в целом счастье им обеспечено. Поэтому, включая любой ромком, ты скорее ожидаешь то, как будет в этот раз рассказана эта история, которую ты хорошо знаешь, но не то, чем она закончится. То есть, как зритель, ты решаешь, симпатичен ли тебе главный герой или героиня или же можно было подобрать их получше? И ты всегда знаешь, что именно та «замухрышка» или тот «неудачник» в конце обязательно поцелуются.

Ромкомы – про то, как молодые люди встречаются; драмы про брак – про то, какие трудности людям приходится преодолевать, чтобы сохранить если не счастье, то хотя бы «отношения». Фильмы «С широко закрытыми глазами», «Исчезнувшая» и, скажем, сериал «Цыганка» не про любовь. Хорошо известна шутка о том, что «Ромео и Джульетта» заканчивается счастливо, потому что вместе героям было бы несладко. Примерно про это, кстати, и «Титаник». Фильмы же про брак пытаются заглянуть по ту сторону любви, посмотреть, что происходит через несколько лет после того, как закончился тот или иной счастливый ромком.

Но главное, чем интересен ромком, это развитием сюжета, то есть тем, что именно произойдет до тех пор, пока главные протагонисты не будут вместе. Зрителям не нравится смотреть, как счастливы он и она вместе, им интересно узнать, что именно нужно сделать, чтобы в конце концов завоевать сердце объекта своей любви. В этом смысле ромком и мелодрама принадлежат одному и тому же роду – это сказка со счастливым финалом. И как бы ромкомы ни были не похожи друг на друга, в конечном счете они все одинаковые – возьмите фильм 1980-х «Любовь нельзя купить», фильм 1990-х «Кое-что о Мэри», фильм 2000-х «Голая правда» или фильмы 2010-х «Очень плохая училка» и «Секс по дружбе». Все они разные по форме и содержанию, но тотально одинаковые по структуре и, разумеется, выводам.

Итак, главный вопрос заключается в том, можно ли сделать необычный ромком, который бы взламывал конвенциональную структуру субжанра, но при этом оставался ромкомом.

Понятно, как взломать структуру ужасов. Достаточно талантливо сделать метарефлексивный и интертекстуальный ироничный фильм. Так, Уэс Крейвен в 1990-е переосмыслил слэшер (субжанр хоррора, в котором условный монст по очереди убивает группу, как правило, молодых людей) 1980-х, выпустив франшизу «Крик». Так, Дрю Годдар сделал «Хижину в лесу», переосмыслив вообще все ужасы 1980-х. Так попытались сделать создатели «Последних девушек», опять же обращаясь к слэшерам 1980-х, хотя этот опыт нельзя назвать таким уж удачным. Одним словом, нам известно, что в хорроре можно нарушать жанровые конвенции и говорить тем самым нечто новое. Но все-таки как насчет ромкома?

Джад Апатоу пытался экспериментировать с этим субжанром в своей условной трилогии ромкомов «Сорокалетний девственник», «Немножко беременна» и «Приколисты». «Это сорок» не в счет, потому что мы наблюдаем уже за семейной парой, а не за историей любви. Итак, что нового говорил нам Апатоу про ромком в 2000-х? Прежде всего, он ставил новые условия для ромкома. Можно ли найти любовь в сорок, если ты нерд и девственник? Да, можно, но все, на что ты можешь рассчитывать, это на очень милую женщину с тремя детьми, а, кроме того тебе нужно отказаться от своих «подростковых увлечений», иначе никак. В картине «Немножко беременна» героям мешают не внешние обстоятельства, как в других ромкомах. Наоборот, есть обстоятельство (беременность), которое помогает им объединиться и организовать новую ячейку общества. И да, снова требуются жертвы – пора взрослеть. Поэтому «Приколисты», завершающая часть условной трилогии, радикально иная: взрослый герой отправляется к своей возлюбленной, которая уже давно в браке и с детьми, и пытается воссоединиться с ней. И да, он понимает, что ему это не нужно. Персонаж Адама Сэндлера ни от чего не отказывается ради того, чтобы получить эфемерное счастье. И тем не менее это история любви. Просто эта история с совершенно другим, неожиданным концом, из которой, кстати, можно сделать определенные выводы.

Что, если по-настоящему счастливый конец ромкома – это тот, в котором герои не воссоединяются? Это является залогом того, что в будущем их отношения, а вернее, их отсутствие ничто не сможет испортить. Не про то же ли самое драма «Воспоминания дурака» с Дэниэлом Крэйгом, который стал успешным, имеет возможность встречаться с разными женщинами, но счастье, которое он упустил когда-то в детстве, ему больше недоступно? Единственное, что остается этому дураку, – это вспоминать. Но что, если это в некотором смысле и есть счастье? Что, если счастьем являются именно его воспоминания о том прекрасном времени, когда он был влюблен?