Александр Пак – Серединный мир: Реинкарнация (страница 3)

– Мой дорогой Филарет, нарушаешь мои границы? – с улыбкой спросил Конон.

– Конан, рад тебя видеть. Направляюсь на турнир. Ты разве не слышал?

– Да слышал, конечно. У меня в замке уже всё на ушах. Фаина всё организует, как всегда. А я сбежал поохотиться – тут появился огромный вепрь, топчет посевы, крестьяне жалуются.

– Хорошо, что выбрался. Твоя Фаина – умелая хозяйка, всегда держала порядок в замке, пока ты был в походах.

– То-то же. Но почему ты выбрал именно этот путь? Разве не было проще присоединиться к графу, как обычно?

– Не хочу. Он хитер, и в таких поездках всё хозяйственное бремя обычно сваливается на моих людей. Кроме того, он уехал раньше – король вызвал его заранее, как одного из организаторов турнира.

– Значит, сами боги направили наши пути, чтобы мы объединились и вместе покончили с этим зверем. Пойдём на охоту, друг мой.

– С радостью.

Князь Квинси повернулся к своим:

– Князь Вейн пригласил нас на охоту. Мы принимаем приглашение.

Воины одобрительно загудели. Исидор смотрел на лошадей Вейнов: крупные, мощные. На их фоне кони Квинси казались пони.

Князья и Исидор выдвинулись вперёд по тракту, ведя за собой объединённый отряд. Дорога была лёгкой, воины переговаривались, шутили, кто-то даже напевал – общее настроение было приподнятым, предвкушение охоты витало в воздухе.

– Филарет, твой сын стал настоящим воином, – сказал Конон.

– Он сам пришёл ко мне два года назад и попросил начать обучение. Увидев его решимость, я не мог отказать – видно было, что это не детская прихоть.

– И как успехи?

– Времена мирные – проверить толком не удалось.

– А ты, юный князь, как сам оценишь свои силы? – усмехнулся Конон.

– Ваше сиятельство, о мастерстве воина говорят его дела, – спокойно ответил Исидор.

– Хороший ответ, – кивнул Конон.

В этот момент раздался рог – сигнал от следопытов: они нашли след зверя. Конон, ведомый охотничьим азартом, уже собирался рвануть вперёд, но, бросив взгляд на более медлительных коней Квинси, притормозил. Он жестом уступил Филарету честь вести – в знак уважения и дружбы. Остальные последовали за ними.

На опушке их ждали следопыты.

– След свежий, – сказал главный. – По следам видно, что зверь весит не меньше четырёх сотен. Настоящий гигант. Он часто ходит этим маршрутом – тропа накатана. Судя по всему, недавно поел, значит, ближайшие пару дней сюда не вернётся. И если попытаемся взять его в лесу – это будет самоубийство. Там он хозяин, а не мы.

– Примем его здесь. Гоните его гончими. Мы подготовим лагерь.

Отряд отошёл на сто шагов и начал готовиться. Конон с десятком щитоносцев отправился в лес. Князь Квинси, облачившись в доспехи, пошёл следом с двумя воинами.

Исидор натянул тетиву, выбрал две широкие охотничьи стрелы и одну – бронебойную. Он не знал, пригодится ли, но был готов.

К вечеру с леса донёсся лай и треск. Воины сомкнули строй. Князья опустили щиты. Исидор стоял поодаль, на возвышении. Он видел, что их силы ничтожны против зверя.

Звук приближался, становясь всё громче. Сердце Исидора колотилось, ладони вспотели. Вдруг – оглушительный рёв, и из чащи вырвался огромный вепрь, похожий на живой таран. Он с лёгкостью смёл передний строй, воины разлетелись. Исидор не растерялся: в мгновение вскинул лук и выпустил две стрелы одну за другой. Но они лишь царапнули шкуру – зверь будто не почувствовал удара. Тогда он достал бронебойную, прицелился с задержкой дыхания и выстрелил, надеясь на чудо.

Кабан мчался. Шестьдесят шагов. Пятьдесят. Сорок… И вдруг его тело резко дёрнулось – как будто в грудь ударило невидимое копьё. Он потерял равновесие, пошатнулся и с грохотом рухнул на землю, вздымая клубы пыли. Только позже стало ясно – стрела Исидора пробила череп и достигла мозга.

Воины бросились вперёд, сближаясь с поверженным зверем. Исидор, не поспевавший за взрослыми, подбежал последним. Когда он оказался рядом, все взгляды обратились на торчащую из головы кабана стрелу – она вошла почти на две с половиной пяди. Первая и вторая стрелы оставили лишь ссадины, но эта последняя – бронебойная – пробила череп и стала смертельной. Теперь никто не сомневался, чья рука остановила зверя.

Князья подошли к поверженному зверю. Конон с серьёзным видом осматривал тушу кабана, явно впечатлённый его размерами и силой. Филарет стоял рядом, его поддерживали двое воинов – он слегка прихрамывал, правая рука безвольно висела, словно ушиблена. Исидор сразу заметил, что с отцом что-то не так.

– Отец! Что с тобой?

– Всё в порядке, сын. Кабан вылетел с такой силой, что я едва успел опустить щит. Он оказался чуть выше нужного, и зверь сменил траекторию – клыком снёс ступню нашему воину. Увы, теперь он не сможет сражаться. Но если бы я не подставил свой щит, Конон оказался бы прямо на его пути. А теперь… теперь мы должны отметить того, кто на самом деле остановил этого зверя.

Конон осторожно вспорол брюхо кабана, и из распоротого живота повалил густой пар. Он нащупал и достал печень – массивную, весом не меньше пяти килограммов. Она была горячей, дымящейся, и свидетельствовала, что зверь пал совсем недавно. Конон поднял её над головой:

– Подойди, великий воин, и прими этот малый дар.

Исидор шагнул вперёд. Все замерли.

– Ты?.. – удивились оба князя.

– Я в шоке, – выдохнул Конон. – Ребёнок убил такую машину… В тебе не только сердце, но и сила воина.

Когда кабана начали разделывать, Конон добавил:

– Вот ты и проявил свои деяния, юный князь.

Глава 5 Врата столицы

Остаток пути прошёл спокойно. После охоты отряд князя Квинси заехал в замок князя Вейна, что находился на территории графства Эстли. Замок возвышался над окрестностями, окружённый глубоким рвом и двойными стенами. Высота внешней стены достигала семи метров – для юного Исидора она казалась недосягаемой, почти небесной.

Главные ворота представляли собой подвесной мост, а внутренние – тяжёлые, окованные железом створки. Воины на конях встречали своего князя и его гостей с уважением. Внутренний двор был обширен, мощёный крупным камнем. С правой стороны располагались просторные конюшни, способные вместить до сотни лошадей. Конюхи сновали туда-сюда: кто-то кормил лошадей овсом и соломой, кто-то чистил их щётками, а молодняк резвился в отдельном загоне. Рядом стоял массивный амбар, где хранилось зерно и сено.

В центре двора находился колодец трёхметрового диаметра – к нему стекались как за водой, так и за новостями. С левой стороны возвышалось длинное здание казармы – около двадцати метров в длину и десяти в ширину. На крыльце дежурили стражники. За площадью располагались дома горожан. Внутри городских стен жили зажиточные ремесленники и торговцы: их дома были двухэтажными, с внутренними дворами, окружёнными каменными стенами, что говорило о достатке и стабильности.

Сам замок князя Вейна был окружён отдельной трёхметровой стеной. Часовой на воротах отдал честь господину. Внутренний двор замка был чистым, без казарм и конюшен – только колодец и патрулирующие воины.

Не теряя времени, отряд не стал заходить в сам замок – у парадного входа их уже ожидала карета с княгиней Фаиной, которая должна была сопровождать мужа в столицу. Женщина сорока четырёх лет, с выразительными чертами лица и чёрными, собранными в узел волосами, она была родной сестрой матери Исидора и пользовалась его искренней любовью и уважением.

– Тётя, здравствуйте! – закричал Исидор и бросился к ней.

– Привет, малыш. Как ты подрос! Скоро станешь настоящим мужчиной, – сказала она с доброй улыбкой, разглядывая племянника.

– Спасибо за тёплые слова, – ответил он почтительно.

После короткой встречи отряд сменил лошадей и двинулся в путь. Ещё четыре дня в дороге – и перед ними встал королевский замок. Со всех сторон к нему тянулись обозы: крестьяне везли меха, сельхозорудия, провизию, оружие. Турнир сопровождался не только пиршествами и состязаниями, но и самым крупным рынком во всём королевстве.

Когда колонна Квинси приближалась к столице, крестьяне и горожане расступались. Но перед самыми воротами их обогнала пятёрка всадников. Впереди – могучий воин на чёрном жеребце. За ним – трое опытных бойцов и один подросток, едва дотягивавшийся до седла своей крупной лошади. Оружие у всех было при себе: копья, мечи, щиты. Но юный всадник был вооружён только луком и полным колчаном стрел разного размера.

– Отец, кто это? – спросил Исидор.

– Это наемники. Их зовут еще вольными всадниками, – ответил князь Квинси.

Исидор хотел расспросить про странные стрелы, но отец уже разговаривал с князем Вейном. Мальчику оставалось только наблюдать. А было на что взглянуть.

Стены столицы высились до десяти метров. По периметру стояли воины в полном облачении: шлемы, наручи, копья с наконечниками в двадцать сантиметров. Все в одинаковых доспехах из королевской оружейной. "Им, должно быть, жарко," – подумал Исидор, – "а ведь я сам без брони, налегке, и всё равно изнываю от жары – а эти воины стоят часами, закованные в сталь."

Проехав городские ворота, он был удивлён. За первым кругом стены раскинулись трущобы. Ветхие хибары, грязные переулки, оборванные люди в серых одеждах. Попрошайки сидели вдоль дорог, прося милостыню.

За второй стеной начинались кварталы простого люда – глиняные дома, выстроенные плотно друг к другу. Крыши были плоскими, и по ним резвились дети, радуясь редким минутам беззаботности. Взрослые же выглядели угрюмыми, их лица были измождёнными заботами. Хоть попрошаек здесь не было, было видно – люди трудятся тяжело, а радости в их жизни немного. Эта часть города напоминала Исидору, что за городскими стенами таится не только блеск, но и тяжесть выживания.