Александр Осин – Государь поневоле (страница 9)
Спать укладываться помогал уже только Андрей. Он же остался в моей, спальне расположившись на лавке у печи. Я не стал спрашивать своего носителя, всегда ли он ночевал с кем-то в комнате или это сегодняшняя инициатива спальника.
Пока Пётр засыпал, я размышлял о том, кто кроме меня мог быть ещё попаданцем в этом времени. Определенно, те "саркофаги", куда все залегли, были устройствами переноса сознания, о которых я читал в отчете накануне катастрофы. Единственно, что в отчете говорилось о том, что сознание исследователя должно быть пассивным для успешного наблюдения. Мастерство "темпонавта" определялось умением прятаться от носителя, чтобы не влиять на происходящие события. Но если уж я смог наладить контакт с носителем и даже действовать от его имени, то стоит ожидать, что и остальные вселенцы нашли себе полноценное пристанище. Я тогда даже не подумал, что они могли попасть в другие страны и даже эпохи. Пока у меня был только один "железный" кандидат во иновремяне, кроме меня, Никита Моисеевич Зотов. Уж очень сильно в его манере преподавать Петру виделся Олег Александрович. Имя Учителя я помнил среди списка команды "В" проекта. Осталось только найти дьяка живым. Я надеялся, что зная о бунте, Олег Александрович не станет рисковать и переждет Хованщину где-нибудь в тихом месте.
Глава 7
На следующий день, отстояв заутреню и позавтракав, Пётр (я) был зван к царице. Наталья Кирилловна принимала его (меня) в комнате. С ней была маленькая девочка и два шута-карлика. "Сестрица Наталья" с большой теплотой подсказал мне Пётр.
— Петруша, подойди ко мне. — Позвала царица. — Сядь. — Показала дрогнувшей рукой на лавку подле себя. Тяжелый же ей вчера выдался день.
Сестрица, с детской непосредственностью, подбежала ко мне обняла.
— Петруша, братец, поиграешь со мной?
— Подожки, Наталья. Пётр, когда ты давеча в беспамятстве был, голосов не слышал бесовских?
Я внутри напрягся.
— Нет, матушка. — Ответил за меня Пётр.
— Ты не бойся государь, скажи! Может, отец Никита исповедует тебя и причастишься? Вот Наташенька вчера тоже в беспамятстве от обедни до вечора была. Слова чудные и непонятные говорила. Как с собой разговаривала. Святой отец говорит, то бес пытался в ней баловать, да видно гинул от его молитвы.
Я аккуратно подключился к Петру. Посмотрел внимательно на Наташку — сестрица улыбнулась и показалась мне улыбка её чем-то знакомой.
— Нет, матушка я с бесом в себе не встречался. Но коли на то твоя воля будет — я исповедуюсь и причащусь.
Царица всмотрелась в лицо сына, ища незнакомые черты. Я постарался спрятаться внутри сознания Петра. Она подняла руку и провела по волосам царя. Тот инстинктивно подался навстречу материнской ласке.
— Надо в Троицу ехать — помолиться. Да как же из Москвы от стрельцов выбраться. — Она в раздумье покачала головой. Затем подняла взгляд на сына — Идите позабавьтесь с карлами, да из дворца не выходите.
— Петруша — крикнула Наташа, убегая из горницы, — догоняй! Спаси меня от карлов.
Карлики, услышав её, смешно заклекотали, изображая каких-то птиц, и припустили за царевной, махая руками и смешно раскачиваясь на коротких ножках.
Пётр поклонился матушке и, хотя ещё и не вполне отошел от вчерашних событий, поспешил за сестрой.
— Эй! карлы злобные, не троньте сестрицу мою, свет Наталью.
Я немного расслабился. "Блин, матушка всё-таки догадывается о моем присутствии. Интересно, кто в Наташку попал? Лена или Лида? А может та девушка, Ирина, чей саркофаг прострелили?". Догнал Пётр карлов с сестрою конечно быстро — уже в небольшой галерее, которая вела на потешный двор царского терема. Вслед за нами устремились стольники, не попавшие под вчерашнюю раздачу. Пара ребят моего возраста и несколько более взрослых парней. По деревянной лестнице мы спустились на место моих игр во дворце. Тут стояли качели, игрушечная пушчока, да шатер. Сестра вбежала в него и повернулась ко мне.
— Братец, вели им не ходить за нами. Я с тобой хочу перемолвить тайно.
Пётр, управляясь с нашим общим телом лучше меня, отреагировал моментально. Обернулся и гневно воскликнул:
— Вам нельзя сюда! То наше место.
Стольники остановились у крыльца, переглянулись, но запрета нарушить не решились. Карлы попытались встать у входа, но я вытолкнул их подальше к своим провожатым. А царь проник под низкий полог вслед за сестрой.
Когда мы оказались в полумраке шатра, царевна подошла к самому дальнему краю и села на оставленную здесь скамью. Пётр пошёл за ней и устроился рядом.
— Петруша?
— Да, сестрица.
Она наклонилась близко-близко. Наши головы соприкасались.
— Я тайну хочу тебе сказать. Обещай, что серчать не будешь, да матушке не скажешь. — Быстро зашептала Наталья.
— Обещаю.
— Матушка не знает, но та кто, во мне не сгинула. Она с тобой желает перемолвиться. Она добрая, не серчай!
"Ну, Пётр, ты уж действительно не серчай!" — и я полностью "перехватил управление".
— Государь, — сказала царевна — я знаю, сие нельзя объяснить, но ведаю, что будет в скором времени. Дядьку Ивана казнят и многих остальных ближних нам людей растерзают. Бежать им надо из Москвы. Помоги матушку уговорить.
— Говори, откуда ведаешь сие? — Сказал я так, а сам подумал: "Кто ж она — Лена или Лида?"
— Я тоже человек, но бестелесный и живу сейчас в душе у Натальи. — Она замялась, не зная как объяснить дальше про время и перенос сознания. Ну что ж, облегчим задачу. Всё-таки это Лида! Уж больно взгляд бархатный — Ленка, та завсегда глазами сверлит так, словно душу хочет высверлить.
— Ну ясен пень! — Наташа от неожиданности отпрянула.
— Ой! Кто ты? В Петра никто не должен был переноситься. Генерал? Николай Юрьевич?… САША?
— Не угадала. Я тот, кого все ненавидели у вас.
Она минутку задумалась.
— Дмитрий? Как? Как это произошло?
— Я не знаю. Я проснулся от сирены, побежал в центральный зал… — Дальше я рассказал ей про генерала, Михалыча, ожидаемое уничтожение бункера и "кино".
Лида сидела, закусив губу. В её глазах я увидел слезы.
— Лида, я не виноват, что попал сюда, и как обратно выбраться не знаю. Да и есть ли там уже это "обратно".
— Да ты это во всем виноват! Ты! Что ты вынюхивал для этих, этих… — Она разрыдалась.
— Не плачь, девочку напугаешь.
— Девочку? Я свою девочку теперь никогда не увижу! — взорвалась Лида. — Господи! За что мне такое наказание?!
Она, рыдая, уткнулась мне в плечо. Я осторожно стал гладить голову восьмилетней царевны. Совсем ребенка с такой взрослой болью в глазах. Через некоторое время, когда Лида (Наташа) успокоилась, она рассказала мне о сути проекта. То как ей это рассказывали. Заодно и свою историю "попадалова".
Саша Марченко работал охранником в нашем банке, а Лида продавцом в ближайшей к их дому аптеке. У Лиды и Саши заболела дочка. Серьезно заболела. Потребовалась операция в Швейцарии. Они продали свою квартиру, переехав к родителям, но денег было недостаточно. Пришлось заложить и родительскую — вырученных средств хватило только на саму операцию, а на долгое лечение после неё надо было ещё искать деньги. Когда они совсем отчаялись найти нужную сумму, Саша смог попасть на прием к предправления нашего банка. Тот выслушал его и предложил Саше участвовать в проекте "ВМ", как условие для предоставления гарантии банка на оплату лечения дочери. Когда же швейцарцы увеличили цену, уже начав процедуру подготовки дочки к операции, на проект пришлось прилететь из Европы и Лиде. Технари тогда удивлялись насколько оба супруга по психопрофилю подошли для проекта. Им пообещали, что проект это просто наблюдение за историческими событиями глазами очевидцев. Максимум на два-три месяца. Операцию дочке сделали уже без Лиды и Саши, в Берне оставалась одна из бабушек. Хорошо, что всё прошло успешно. Супруги Марченко уже начали готовиться к поездке в Швейцарию. Им оставалось сделать тестовое включение и "полный прогон с переносом". Лиду собирались отправить наблюдать за последней императрицей, а Сашу — за Николаем Вторым. Но ускорение эксперимента, спровоцированное моей проверкой, видно что-то нарушило в планах руководства. И девятнадцатый век сменили семнадцатым. Новыми носителями должны были стать Софья и Василий Голицын. Супругов положили в темпоскопы одними из первых, поэтому Лида узнала о нападении и включенном обратном отсчете только из моего рассказа. Надежда, что они вернутся в свои тела, растаяла. Ей оставалось только надеяться на то, что страховка их с мужем жизней покроет и кредит, и проценты по нему.
— Лида, я ведь тоже уехал только на две недели и у моих так же остался кредит. Их вообще могут на улицу выгнать. Прости меня, если в чём я виноват, но мной играли "втёмную".
Мы ещё долго сидели в нашем убежище плечом к плечу, шепотом рассказывая о себе и своих носителях. Лида-Наташа окончательно упокоилась, когда робкий голос стольника Тихона Стрешнева сообщил, что царица зовет нас.
Хотя из царских покоев дворца стрельцы ушли ещё предыдущим вечером, но в Грановитой палате они пост оставили. Сегодня с утра в Кремле опять стал собираться вооруженный народ. Выйдя из шатра, мы с Лидой практически одновременно скрылись за своими носителями. Я не знаю, как Лида объяснила всё Наталье, но мне Петру ничего не пришлось больше рассказывать. Я чувствовал, что этот мальчик искренне жалеет меня. Душа царя не успела ещё зачерстветь, как думалось мне после вчерашней попытки разговора об убийстве. Носитель мой был молод и не слишком избалован — что я оказалось для меня большой, главной, удачей.