Александр Омельянюк – Юность (страница 57)

Занял новое место в военной службе, но на короткий срок всего в один год, и двоюродный дядя Платона — военный лётчик Геннадий Андреевич Комаров. С 1964 по 1966 год он служил под Владимиром в посёлке Сокол, а затем в Орле.

А в этом году он оказался в командировке на Новой Земле на аэродроме Амдерма-2 (Рогачёво), проживая в посёлке Белушья губа.

А вот своё место Генерального секретаря ООН представителю Бирмы У Тану удалось сохранить ещё на пять лет, когда 2 декабря Генеральная Ассамблея ООН утвердила его на второй срок.

Также своё место в Венгрии на следующий день в субботу 3 декабря сохранил Янош Кадар, когда на заседании ЦК единогласно был переизбран на третий срок Генеральным секретарём Венгерской социалистической рабочей партии.

В этот же день в Александровском саду у Кремлёвской стены были перезахоронены останки неизвестного солдата, перенесённые с места кровопролитных боёв на 41-ом километре Ленинградского шоссе.

Этим увековечивали память о бессмертном подвиге советских воинов, проявивших воинскую доблесть и погибших в сражении под Москвой, но оставшихся неизвестными.

А с 5 декабря Москва праздновала двадцатипятилетие начала контрнаступления Красной армии против немецко-фашистских захватчиков, начатого от её стен.

Хорошей для всех в мире международной новостью явилось подписание 8 декабря между СССР и США договора о запрещении размещения ядерного оружия в космосе.

Приятной внутрисоюзной новостью явилось открытие 11 декабря в Тбилиси метрополитена, ставшего четвёртым в Советском Союзе.

А 14 декабря президент Йеменской Арабской Республики маршал Абдалла ас-Салляль на митинге в столице страны Сане объявил о создании правящей партии — Народный революционный союз.

Но особой явилась новость от 18 декабря о присвоении Генеральному секретарю ЦК КПСС Леониду Ильичу Брежневу звания Героя Советского Союза в связи с шестидесятилетием со дня рождения.

А в понедельник 19 декабря Платона Кочета неожиданно пригласили на прием в кабинет главного инженера их завода Тавризова.

— «Платон! Альберту Ивановичу лично позвонила начальник отдела кадров Глафира Андреевна и попросила, чтобы сегодня к двум часам тебя направили в шестнадцатый корпус в кабинет главного инженера производства Тавризова! Причём обязательно! Но не сказала зачем! Ты-то сам не знаешь, зачем?» — утром сообщила ему новость табельщица Наташа Буянова, видимо по заданию начальника цеха Альберта Ивановича Авдеева, допытывавшаяся до подробностей.

— «Понятия не имею!» — сам удивился Платон такому вниманию к своей персоне со стороны руководства завода.

— «Ясно! Я Владимиру Фёдоровичу сама скажу! Так что будь сегодня обязательно! Понял? Будешь?» — всё ещё вопрошала табельщица.

— «Конечно, буду!».

— «Тогда держи записку с адресом и временем!» — протянула она листок бумаги с фамилией, именем и отчеством Кочета, временем посещения, номерами корпуса, этажа и кабинета, направившись затем к Афиногенову.

— Что? Ему тоже надо трудную задачу для сына решить?! Нет?! Да вряд ли. Ничего плохого я не сделал, дисциплину не нарушал, да и какой спрос с ученика токаря? Да и он сам ведь не кадровик, а инженер, причём главный! Значит будет что-то предлагать!? А что?! Ладно! Потерплю и узнаю! — размышлял Кочет, с нетерпением ожидая назначенного часа.

К кабинету Главного инженера он подошел заблаговременно. Но в приёмной уже сидела Начальник отдела кадров Глафира Андреевна и двое незнакомых юношей возраста Платона. Он представился и Глафира Андреевна отметила его в какой-то бумаге. Вскоре подошли ещё двое юношей, из которых Кочет узнал Феликса Штифмана из параллельного класса «В». После этого начальник отдела кадров заглянула в кабинет главного инженера, получив приглашение всем войти и сесть на стулья вдоль стены. Все пятеро приглашённых юношей оказались студентами-вечерниками. Глафира Андреевна по очереди представила всех их по фамилии, имени, отчеству и институту, а те вставали. Оказалось, что все, кроме Кочета, учились в технических ВУЗах, в основном в МВТУ.

Затем слово взял сам хозяин кабинета.

Александр Аветович Тавризов оказался коренастым мужчиной выше среднего возраста, чуть полноватым и с жёлтоватым цветом гладкой кожи. Но Платон не удивился, так как давно, ещё по семье Геворкянов на Сретенке, знал характерный персиковый цвет кожи у пожилых армянских мужчин.

Родился он 21 июля 1912 года в Баку. В 1930 году поступил на работу в КБ Таганрогского оборонного завода, в 1933 году там же окончив Таганрогский авиационный техникум по специальности «Металлическое самолётостроение». С этого года вплоть до 1944 года он работал в Конструкторском Бюро Н.Н. Поликарпова, потом в КБ у П.О. Сухого начальником бригады крыла. Без отрыва от производства в 1958 году окончил вечернее отделение МАИ, дослужившись в КБ до должности Главного конструктора.

Затем он был лично приглашён В.Н. Челомеем в его расширяющееся ОКБ-52. Так что Тавризов хорошо понимал трудности студентов-вечерников и был для них своим человеком.

— «Ребята! Я вас пригласил вот для чего! — вкрадчивым бархатным голосом начал он своё выступление — Нашему предприятию предстоит на несколько лет вперёд выполнять очень сложный государственный заказ! Назовём его «С-1». Для него нужно будет изготавливать много очень точных различных деталей, агрегатов и корпусов. Для этого мы будем закупать новые разнообразные станки с числовым программным управлением. А работать на них сможет только человек с высшим техническим образованием, а не обычный рабочий! А вы, в основном, уже учитесь на инженерных специальностях!» — взглянул он на Кочета.

— «Вас мы отобрали, как самых толковых и достойных! Так что я предлагаю вам, вместо теперешней работы, пройти параллельно с вашей учёбой в институтах ещё и обучение работе на этих станках!? Получив эту новую специальность, вы будет зарабатывать сразу больше любого, даже самого квалифицированного рабочего на нашем предприятии. А после окончания ВУЗа получите ещё и автоматическое повышение в зарплате! Вы станет инженерами-рабочими! Может даже самыми первыми в стране? Так что подумайте об этом! А с вами потом, уже в новом году Глафира Андреевна свяжется для окончательного оформления!» — окончил он своё сообщение, вглядываясь в восторженные юношеские лица.

— «Платон! А тебе я предлагаю бросать свой Плехановский и поступать в Бауманский! Мне сказали, что у тебя инженерный склад ума и ты очень силён в математике и, особенно, в геометрии и черчении! Так что подумай! А просто перевестись из гуманитарного в технический у тебя сейчас вряд ли получится!» — тепло и по-отечески обратился он персонально к Кочету.

— «Александр Аветович, я подумаю! Ваше предложение уж очень заманчиво!» — немного смущаясь, но в тоже время вдохновлённый вниманием к своей персоне, бодро ответил Кочет.

Возвращаясь в цех, Платон анализировал:

— Здорово! У меня теперь есть варианты в жизни! Но просто так бросать Плехановский я не буду — вдруг потом в Бауманский не поступлю? Это всё же Бауманский! Пусть меня по ходатайству предприятия переводят! В крайнем случае, физику с химией досдам! Но всё равно примут только на первый курс. А это потеря года. Да и учиться там на год дольше. Получится, что ВУЗ окончу на два года позже! Но куда торопиться? Всё равно в армию не возьмут до окончания института!

По молодости лет всё ещё наивный в части обещаний взрослых, Платон поверил в такое возможное изменение в своей жизни. Этому способствовал и его прирождённый оптимизм. Но, как человек аналитического склада ума, он допускал и другие варианты, в том числе и негативные для себя по независящим от него и других людей объективным причинам.

— Меня взрослые в жизни дважды существенно для меня обманывали! Один раз деревенский сосед Орлов пообещал научить меня водить грузовик, но не сдержал своё слово! Второй раз — родители обещали мне комнату, доски для перегородки которой я строгал! Но это были их личные обещания, изменившиеся по ситуации!? А сейчас — от предприятия! — нашёл он разницу во всех этих трёх случаях, подсознательно уже отпустив тормоза в своей учёбе в Плехановском институте.

Словно в унисон его рассуждениям и некоторые международные события говорили о возможности решения многих сложных межгосударственных вопросов не формально, а рационально, по взаимовыгодной договорённости.

Так Франция 21 декабря договорилась и подписала соглашение с ФРГ, позволявшее французским войскам продолжать дислоцироваться в бывшей французской зоне оккупации в Западной Германии, несмотря на ранее происшедший выход Франции из НАТО.

— Ну, вот! Даже страны могут друг с другом договориться о нетипичном варианте решения вопроса! Если это, конечно, выгодно друг другу! — рассуждал юный международник-любитель.

А учёба Платона уже подходила к зачётной неделе и зимней экзаменационной сессии.

Но перед этим его вызвали в деканат общеэкономического факультета. Его молодая сотрудница, листая журналы посещений их группы, сообщила, что по количеству прогулов лекций и семинаров его могут даже не допустить до зачётной недели и экзаменационной сессии, а затем отчислить.

Платон не на шутку испугался, оправдываясь тем, что он уже стал регулярно посещать все занятия.