Александр Омельянюк – Юность (страница 44)
— Но ведь, когда я буду готовиться к экзаменам, он не позволит мне играть и делать всё, что я захочу!? Хотя, с другой стороны, мама уже будет в отпуске и тоже не даст мне отвлекаться от подготовки! Да и мне самому будет не до игр! — тут же по-взрослому рассудил он.
В субботу вечером Кочеты, из-за позднего приезда старшего и разговоров с ним, припозднились. А дети спрашивали отца, как там их бывший пионерлагерь, и чем он кроме работы там занимался.
В воскресенье, отоспавшись, все принялись за огородные работы, в основном за прополку.
Особенно усердствовал, соскучившийся по крестьянскому труду, Пётр Петрович.
Ей после операции на щитовидку врачи запретили надолго наклоняться, и она уже привыкла полоть, сидя на стульчике, но только там, где позволяли проходы между грядками. Вечером, оставив наедине с природой Петра Петровича, мать с детьми вернулась в Реутов.
Он уже несколько дней носил в себе эту идею, запланировав именно на понедельник её решение.
И в понедельник, как Платон давно привык, он начал новую жизнь — выбирать институт и готовиться к экзаменам в него. Сначала он сразу отмёл из рассмотрения все не московские институты. Потом бегло пролистал весь справочник, чтобы понять, какие ВУЗы есть в Москве.
Затем исключил из рассмотрения те, в которые нужно было сдавать химию, биологию, литературу и иностранный язык. В этот список попали и все строительные, сельскохозяйственные, педагогические, инженерные и физико-технические ВУЗы, а также «девчачьи» ВУЗы, к коим он относил все текстильные, медицинские, финансовые, юридические, торговые и культурологические. Кроме того, из рассмотрения он изъял и спортивные ВУЗы.
И у Платона осталось только шесть институтов, в которые он мог бы сдавать экзамены и учёба в которых хоть чем-то была бы ему интересна. Из них предпочтительнее были Московский архитектурный институт (МАРХИ), московский институт инженеров геодезии и картографии (МИИГАиК) и Московский институт народного хозяйства (МИНХ) имени Г.В. Плеханова.
Быть архитектором он мечтал ещё с детства. Но с пятнадцати лет он совершено остыл к рисованию, и боялся, что провалит экзамен по рисунку.
— Вот, если бы я жил в своём прежнем доме, то дойти до МАРХИ можно было за пять минут! А теперь? Нет, не подходит! — отмёл он первый вариант.
Хоть Платон и знал хорошо географию, но учится на простого геодезиста, смотрящего только на окружающее его пространство он, конечно, не захотел.
— География должна быть у меня глобальная, или хотя бы в масштабах страны! — зачеркнул он и этот ВУЗ.
И у него остался только один вариант.
— А вот в Плехановском есть экономический факультет и специальность «Планирование народного хозяйства»! Тут и географию надо хорошо знать в масштабах СССР, и математика пригодится! Да и с новейшей историей это направление тоже связано! Всё! Плехановский! — окончательно решил он.
С учётом того, что Платон умел, знал и любил, выбор специальности «Планирование народного хозяйства» в институте Плеханова был сейчас для него самым точным и правильным.
— Мне, конечно, сейчас надо бы зарабатывать деньги, чтобы Варе со Славкой помогать, и маме с сестрой! Но поступление в ВУЗ для меня всё же первейшая и наиважнейшая задача! А с работой как-нибудь разберусь позже, после поступления. И тогда видно будет. Может, ещё и не поступлю? — в итоге не боясь любого исхода, рассуждал он, делая окончательный вывод.
Платон не стал ждать вечера и согласие мамы. Ведь в любом случае, он своего решения уже бы не изменил. Поэтому он сразу выехал по указанному адресу в Строченовский переулок, узнав и выписав в институте всю для себя нужную и важную информацию по поступлению в него.
В этот же понедельник 4 июля Платон, наконец, решился пойти на свою первую футбольную тренировку, специально заблаговременно выйдя из дома на стадион «Старт».
Тренер младших юношей Евгений Прокофьевич Климанов уже был в тренерской, и радушно встретил Кочета.
И Платон, в этот раз не скромничая, рассказал о многих своих футбольных подвигах, среди недостатков упомянув лишь отсутствие профессионального футбольного обучения и соответствующие этому пробелы.
Потом, за имением времени, Евгений Прокофьевич рассказал о своей спортивной карьере.
Из его неспешного рассказа Платон узнал, что тренеру уже почти сорок два года, он уроженец Рязанской земли и воспитанник детской команды «Метростроя», за которую играл вратарём на первенство Москвы по хоккею с мячом. Потом он играл в хоккей с шайбой сначала за «Спартак», став вице-чемпионом в 1953 году, а потом за ЦДКА, через три года вернувшись в той же команде в хоккей с мячом. Он трижды, в 1954, 1955 и 1957 годах был чемпионом СССР. В этом же году на первом чемпионате Мира по хоккею с мячом он стал чемпионом.
Но за сборную СССР он сыграл всего в пяти официальных играх.
В 1956 и 1958 годах Е.П. Климанов получал серебро чемпионатов СССР. А в 1959 году — бронзу. С 1954 по 1957 год включался в «Список 22 лучших хоккеистов СССР по хоккею с мячом». В 1959 году, в возрасте тридцать четыре года, он перешёл в «Урожай» (Перово), а в следующем году, после расформирования команды, — в «Спартак» (Ногинск), завершив карьеру уже на следующий год.
Платон переоделся, взял один из мячей и пошёл на поле. Навстречу ему стали попадаться пока незнакомые игроки их команды. А вслед за ними появился и сияющий от радости Коля Алдашкин.
Платон обернулся на приветствие за своей спиной и нарочно слишком крепко пожал «Бобкам» руки:
Платон немного побегал за пинаемым им же вперёд мячом, вспомнив:
— Я так же делал и на Ширяевом поле, когда мало что умел!
Но тут на поле стали появляться игроки, и Платон стал с ними пасоваться. Но некоторые вышли с мячами и стали ими жонглировать, что Платон пока делать совсем не умел.
— Все всегда и везде жонглируют мячами, воображая друг перед другом, а зачем? Я что-то ещё ни разу не видел этого в игре?! Какая в этом необходимость? — сам перед собой оправдывался он.
Но тут раздался свисток Климанова, известивший о начале тренировки, и пустивший всех бежать вокруг поля. Потом начались различные упражнения без мяча, в которых Кочет не отставал от других. А затем все разбились на пары перепасовывая мяч друг другу.
Себе в пару Коля Алдашкин сразу выбрал Платона Кочета, показывая ему, как надо правильно ставить стопу при пасе и при приёме мяча, в итоге дав ему совет:
В конце тренировки тренер дал задание всем пробить пенальти. Когда очередь дошла до Платона, то он пробил на силу, попав мячом под перекладину над головой вратаря.
После этого началась двусторонняя игра, в которой Кочет, эффективно взаимодействуя с Алдашкиным, проявил себя весьма способным игроком, порадовав Климанова, объявившего ему, что он взят в команду.