Александр Омельянюк – Новый век начался с понедельника (страница 34)

– «Здорово! Давай назовём это открытие теоремой, или даже ещё точнее, аксиомой…Кочета!».

– «?!».

– «Соотношение сторон прямоугольника, описывающего яйцо – есть «золотое сечение»!».

– «Ну, во-первых: тогда уж лучше, ещё проще и короче! Соотношение осей яйца – есть «золотое сечение»! А, во-вторых, извини меня, а причём здесь ты?».

– «Так в данном случае кочет – это же петух, а не моя фамилия!».

– «Хм! Надо подумать!».

Они дружно рассмеялись, каждый, думая о своём, похлопывая друг друга по плечу и предплечью, раскланиваясь и прощаясь.

Дома Платон не поленился замерить специально купленные для этого куриные яйца. Но тщетно!

Математическое ожидание от деления их осей всё время находилось на отметке 0,77, и никак не хотело приближаться к «золотому сечению» = 0,6180339.

– «Ну, что ты будешь делать? Жалко! Может куры у нас теперь ненормальные?» – вслух предположил Платон.

– «Или может быть…, как Валентин сказал? Замеры его яиц… это! А! Именно его!» – окончательно резюмировал Платон.

Как известно, часто верным признаком гениальности являются проявления шизофрении. Обуреваемый математической конкретикой и возмущением от лицемерия верховной власти, Валентин придумал замену Гимну России, написанному, как он выразился, гимнистом (официальным поэтом) С. Михалковым.

Валентин Данилович Ляпунов написал свой вариант, назвав его «Гимнец России», по его глубокому убеждению, наиболее точно отражающий существующее положение вещей, при этом назвав себя гимнецистом, и подписавшись псевдонимом, Тин Умнов.

При очередной встрече он поведал об этом Платону.

«Гимнец России» (Тин Умнов)

Россия – двуликая наша держава, Россия, как видите, наша страна. Тяжёлая доля, известная слава – Твоё достоянье на все времена! Припев: Славься Отечество наше безродное, Разных народов союз вековой, Предками данная глупость народная! Славься страна! Мы забыты тобой! От южных морей до полярных окраин Расхристаны наши леса и поля. Одна ты на свете! Одна ты такая – Забытая Богом родная земля! Припев. Широкий простор для мечты и для тризны Грядущие нам открывают года. Нам лишь обстоятельством служит Отчизна. Так было, так есть и так будет всегда! Припев.

Написав рядом два варианта для сравнения, гений передал листок Платону.

Как истинный патриот своей страны, но человек тактичный, тот возмутился лишь мысленно: и почему он считает меня таким же, как он сам, чудаком на букву «М»? Наверно из-за того, что я всё время слушаю его идеи и, в основном, за исключением явно бредовых, как правило, поддакиваю ему. Пожалуй, так. Видимо недаром многие люди стараются подальше держаться от гениев, с их непредсказуемыми высказываниями и неадекватным поведением?! – заключил он.

Платон внимательно взглянул на Валентина, внешне напомнившего ему белокожего Мавра. Его голову осеняла густая шапка, хотя и с проседью, но весьма ещё чёрных, курчавых волос, словно демонстрируя наличие в голове её владельца такое же изобилие извилистых, длинных, заковыристых и витиеватых мыслей, в том числе и, возможно, чёрных, серых и седых.

Платон считал, что если Валентин сделал открытие Супершахмат, то это вовсе не значит, что он должен делать открытия и в других сферах человеческой деятельности.

Не надо свою гениальность искусственно переносить на всё.

Вслух же он неожиданно произнёс:

– «Мавр сделал своё дело! Мавр может… удавиться!».

В этот момент Валентин изумлённо взглянул на Платона.

Но надо всё же ответить ему и по существу! – решил Петрович:

– «Валентин! По первым трём строчкам с тобой можно согласиться! Но «безродное»! Это уже слишком! Ты разве не гордишься своими предками, своим родом!? И потом, как тогда быть с твоим утверждением, что любой русский человек просто умница, талант и гений. И лишь только когда они сходятся вместе, то только тогда возникает некий глупый коллективный разум?! И почему он дан предками, а не повседневной действительностью?

А насчёт забытости, я с тобой соглашусь!

А почему расхристанны? Кем и перед кем? Ведь леса и поля – категории объективные! Они выросли и образовались независимо от бога!

А дальше ты сам себе противоречишь! Тут же пишешь о Боге!

И потом, уж если какая в Мире земля и не забыта Богом, то это только Россия! Вспомни из истории! Сколько раз она поднималась из небытия, возрождаясь, как Феникс из пепла?!

А ты, видимо, не знаешь, что такое тризна? Это, проще говоря, похороны с помпой!

Неужто ты считаешь, что нас всех будут так хоронить?! Чушь!

А про обстоятельство! Если ты его имеешь ввиду в качестве второстепенного члена предложения, то это сказано очень точно и сильно! И, вообще, у тебя везде потеряна рифма!».

Валентин, как всегда, начал громко, что как раз и характерно для шизофреников, возражать Платону, приводя какие-то свои несусветные доводы.

Этим он уже почти достал бывшего инженера, который решил теперь всё-таки сбить спесь с навязчивого гения.

Неожиданно даже для самого себя Платон начал излагать Валентину, в качестве примера, своё софистическое доказательство:

– «Общеизвестна аксиома: знание – сила! Известна также поговорка: сила есть – ума не надо! Отсюда, следовательно, следует математическая запись: знание = сила, а сила ≠ ум. И логический вывод: знание ≠ ум!

То есть знание и ум понятия не тождественные! И это действительно так! Знание – это попросту говоря – набор информации. А ум – умение пользоваться ею, анализировать.

Можно пойти дальше и сделать хотя бы частный вывод, что человек, щеголяющий своими знаниями, не имеет ума!».

– «Но здесь имеются ввиду разные понятия силы!» – сразу отгадал гений суть вопроса, понимая, что камешек был брошен в его огород.

– «Да! В одном случае – физическая, а в другом – умственная!» – подтвердил Платон, не давая оппоненту перехватить инициативу.

– «Но во всех случаях, сильный и глупый – это значит сильно глупый! А слабый и умный – слабоумный!» – совсем загнал гения в угол Платон.

К счастью вошедшая в офис и, как всегда, бесцеремонно вмешавшаяся в разговор Надежда Сергеевна не дала возможность гению дать достойный ответ своему неожиданно решительному оппоненту.

Прочитав пасквиль, она не нашла ничего умнее, как попросить Платона отксерить и ей экземплярчик для своего сына с целью его дальнейшего, более глубоко просвещения.

Что же будет? Как яблоко от яблони?

А как же воспитание на примере родителей? – пронеслась в голове Платона тревожная мысль.

Так, например, ревностное отношение Валентина Ляпунова к лошади затем неожиданно проявилось у его младшей дочери, полюбившей этих удивительных животных и ушедшей работать на конюшню.