Александр Омельянюк – Молодость может многое (страница 32)

– «Я после праздников позвоню в ваш комитет комсомола секретарю Валере Лебедеву и сообщу ему о прошедшем мероприятии и якобы твоём на нём поздравительном вступлении ветерану от лица ЦКБМ!».

– «Зачем?» – удивился Платон неожиданной инициативе Павла.

– «Так это тебе потом непременно зачтётся по общественной работе!» – перед сном обрадовал шурина политработник Олыпин.

В праздничный День Победы 9 мая семья Кочетов – Олыпиных, естественно кроме находящейся в больнице Насти и собирающегося её навестить Павла, была на даче, так как предстояло отдохнуть за работой опять целых три дня подряд. Платон копал, отец занимался обрезкой, а женщины сажали семена овощей и рассаду и наводили порядок в доме.

В рабочий день 11 мая завершился чемпионат СССР по хоккею с шайбой, который в третий раз выиграл московский «Спартак», а его игрок Александр Якушев стал лучшим бомбардиром, забросив полсотни шайб. Итоговый отрыв спартаковцев от армейцев составил три очка, а отставание бронзовых динамовцев о серебряных армейцев в итоге возросло до десяти.

– Вот, наверно, сейчас Сашка Сталев радуется, злорадствует?! – не менее злорадно подумал Кочет.

А 12 мая он лишь на тройку сдал хвост по Высшей математике преподавателю Андреевой, принявшей Кочета за двоечника и отнесясь к нему слишком предвзято.

– Да не дано же двоечникам пересдавать хвосты на хорошо! – видимо решила она.

– Эх! Не учёл я этого! Получается, что я зря тогда зимой сам отказался от тройки?! Буду теперь знать! А правильно Верка сказала, что надо скорее хватать синицу в руки, а не гнаться за журавлём в небе! И не надо было тогда выпендриваться! – сделал он практически полезный для себя вывод.

В этот же день, в сопровождении встречавшего её мужа, из больницы вернулась Настя.

Она с восторгом рассказала о действенной помощи ей со стороны хорошо известной в Реутове детского врача – их теперь хорошей семейной знакомой – одинокой Нелли Львовны Виноградовой, уже некоторое время дружившей с Алевтиной Сергеевной, не раз одариваемой ею дачными урожаями и даже побывавшей на даче Кочетов.

Нелли Львовна родилась 23 августа 1919 года в Брянске. В войне участвовала с декабря 1942 года, демобилизовавшись лишь в сентябре 1945 года, завершив войну в звании старшего лейтенанта медицинской службы Хирургического полевого подвижного госпиталя № 5145 1-го Украинского фронта. Среди её наград были медали «За освобождение Праги» и «За победу над Германией».

При выписке Насти из больницы Нелли Львовна дала ей и Алевтине Сергеевне подробнейшие рекомендации по дальнейшему правильному образу жизни и питанию. И дочь с матерью решили теперь точно следовать им, посвятив в эти планы, прежде всего, Павла.

В одну из своих прошлых и неожиданно совпавших тайн посвятили Кочетов, но в разное время, Нелли Львовна Виноградова и Виктор Борисович Саторкин, случайно ставшие участниками одного и того же происшествия.

Когда, как-то поздно вечером, коллективно возвращавшиеся из института после консультации Валентина Деревягина, Вера Короткова, Гуров, Кочет и Саторкин что-то не шумно обсуждали, идя со станции по улице Ленина, идущая недалеко впереди них женщина обернулась и ускорила шаг. И тут же Платон вспомнил, как он один шёл тоже поздно, и также впереди шедшая одинокая женщина в испуге обернулась и также ускорила шаг.

– «Я тогда шёл как на автопилоте и о чём-то своём думал, но интенсивно, даже не замечая ничего вокруг. И вдруг, на почтительном расстоянии впереди шедшая женщина резко обернулась и только тут я её и заметил. А она от испуга ускорила шаг. Мне даже пришлось чуть сбавить скорость, чтобы её не пугать. И такое со мной случается уже не в первый раз!?» – уточнил Платон товарищам.

– «Недаром говорят, что мысль материализуется!» – уточнила Вера.

– «Да, женщины бывают очень чувствительны на идущие от мужчин биотоки! Особенно, когда побаиваются!» – добавила знающая Валентина.

– Да, пожалуй, они правы! Точно мысль иногда материализуется! Видимо при интенсивной работе мозга из него действительно идут какие-то биотоки, которые улавливают очень чувствительные люди, в основном женщины! – мысленно согласился с ними Платон.

Но тут похожий случай из своего опыта вспомнил и Виктор Саторкин.

– «Р-ребят, и у меня было п-похожее! Я как-то раз в апреле в-возвращался, но почему-то один, и было ещё п-позднее, чем сегодня, т-т-темень, народу никого…» – начал Виктор, от волнения проглатывая слюну.

– «И когда я с Вокзальной улицы с-свернул на улицу Ленина, то впереди увидел одинокую ж-женщину, вышедшую с территории больницы, и я невольно п-пошёл за ней, как привязанный, на автоп-п-пилоте. Мне было так удобно – п-помогало, не отвлекаясь, интенсивно думать о своём. А думал я п-про учёбу, Людмилу и шахматы, и п-планировал дела. П-потому я глубоко задумался, полностью отрешившись от окружающей обстановки. А она видимо испугалась, несколько раз обернувшись, и ускорила шаг. И я по инерции т-тоже п-прибавил. Т-так и шли мы с ней на одной скорости и с п-постоянным интервалом. И в ит-тоге зашли в подъезд в дом, соседний с П-платоном и даже п-поднялись видимо на её этаж. И тут она закричала, а меня будто т-током ударило. Я очнулся от мыслей и увидел перед собой обыкновенную женщину в годах и очках с большими диоптриями. Я удивился и молча поспешил обратно, пока меня никто не видит. Вот такая была с-странная история!» – от волнения местами заикаясь, закончил Виктор.

– «Витёк! А ты оказывается у нас насильник!?» — первой засмеялась Вера.

– «Да-а! Ещё какой! Мне эту историю рассказала мама со слов её натерпевшейся страху подруги!» – со смехом заинтриговал всех Платон.

– «Как это?! – удивился Виктор – И ты до сих пор молчал!?».

– «Так они не знали, кто это был! Сказали, что высокий студент-вечерник и мой приятель хотел её изнасиловать! А я на тебя и не подумал! Решил, что это был Славик Солдатенков! А мама успокоила её, сказав, что они все заучились в этом Бауманском – большие нагрузки, и кроме учёбы ни о чём другом им думать некогда!».

– «Да уж, некогда…» – саркастически заулыбался Юра Гуров, загадочно взглянув на друзей.

Улыбки пробежали и по лицам молодых женщин.

А дома Платон сообщил маме, что напугавший Виноградову высокий парень оказался не Солдатенковым, а Саторкиным, и изложил его версию происшествия. А Алевтина Сергеевна в свою очередь довела эту информацию до Нелли Львовны, одновременно успокоив и разочаровав её. У них вообще были очень доверительные отношения, как у настоящих подруг. Алевтина Сергеевна даже пыталась в своё время познакомить её, скромную и стеснительную интеллигентку, с её одиноким и тоже интеллигентным соседом Борисом Григорьевичем. Но тот опять не проявил интереса, как и в случае даже с её видной двоюродной разведённой сестрой Маргаритой, несмотря на энергичную, возможно испугавшую его, активность той.

Так что земная Венера не проняла Бориса Григорьевича. Ранее получив отказ от Алевтины Сергеевны, он потом отказал двум её подругам.

Зато 16 мая другая Венера – советская автоматическая межпланетная станция «Венера-5» – достигла своей цели на поверхности этой планеты, передав на Землю важную информацию о её поверхности.

В тоже время США 18 мая запустили к Луне космический корабль «Аполлон-10» с тремя астронавтами на борту с целью генеральной репетиции высадки на неё.

И Платона очень угнетало это неожиданно проявившееся отставание нашей страны от американцев в освоении космоса, как и угнетало всё ещё существовавшее отставание его московского «Динамо» в чемпионате СССР по футболу.

В этот день завершился первый круг предварительного (отборочного) этапа первенства. И его ожившее «Динамо» уже поднялось с последнего десятого места, имея 8 очков и деля 6–8 места с «Уралмашем» (Свердловск) и «Черноморцем» (Одесса), всего на 2 очка опережая «Зарю» (Луганск). Но что радовало Кочета и вселяло надежду, так это нулевые ничьи с лидерами киевлянами и московскими армейцами.

Поэтому Платону пришлось пока довольствоваться лишь домашними радостями. Особенно, когда 22 мая Насте Олыпиной (Кочет) отметили девятнадцатилетие со дня рождения.

Перед ним Настя вспомнила свой день рождения десятилетней давности – последний в Москве в 1959 году, когда к ней в гости на праздничное чаепитие пришли одноклассницы Таня Тихонова и Наташа Ермакова, а также её двоюродная младшая сестра Лена Фаломеева, вздыхавшая по Платону. Они подарили подруге свои самодельные подарки и книгу. А мама испекла большой праздничный пирог с яблоками.

Теперь же мама опять испекла очень любимый в семье большой праздничный пирог с лимонной начинкой.

На этот раз, на Настин день рождения пригласили новую соседку Таню Кошелеву. Внешне она была девушкой средней во всех отношениях и на лицо и на фигуру, потому мало интересной, однако сексуально привлекательной простушкой. Но Платон давно усвоил опыт мужчин их цеха, советовавших ему не гулять «и не оставлять следы» там, где живёшь, учишься и работаешь, тем более не иметь дело с соседкой. А Платона и так Таня не интересовала, и он поддерживал с нею лишь дружеские соседские отношения. И она считала его хоть и заманчивой, но не достижимой перспективой для себя.

Зато Платона по-прежнему всё ещё интересовала Варя Гаврилова, и он продолжал надеяться на женитьбу на ней после окончания института и службы в армии.