Александр Неверов – Последний остров (страница 62)
— Судьба-злодейка… — стоная, хрипел он. — Подлюка…
«Пропади оно все пропадом!» — подумал парень, глядя на него.
Все также, на четвереньках, Агей дополз до второй каюты слева и заглянул в нее. Там оказалось пустой. Кое-как он улегся на нижнюю койку и только сейчас почувствовал, какой противный и спертый запах здесь. Снова началась рвота. Рядом, в законах, визжали поросята и кудахтали куры.
Стало очень плохо. Сколько все это длилось, Агей не помнил. Может час, а может весь день. Несколько раз забегал Коляныч. Молча смотрел, вроде что-то говорил и уходил. Каждый раз при виде товарища Агей начинал плакать.
«Лучше бы меня зарезали в Лабораториях», — малодушно думал он.
Когда он уже начал забываться и почти уснул, раздался страшный треск. Парень немного очнулся. Яхта тряслась, словно в лихорадке. Послышался плеск воды.
«Мы тонем!» — в ужасе подумал Агей.
Он приподнялся. Голова сразу закружилась.
Плевать!
Парень снова улегся на кровать.
«Тонуть, так тонуть», — лениво подумал он и неожиданно погрузился в крепкий сон.
Когда Агей проснулся, яхта уже не качалась на волнах. Рядом хорошо слышен шум прибоя. Парню показалось, что его кровать немного наклонена. Он осторожно поднялся и свесил ноги на пол. Ботинки булькнули и погрузились в воду. С удивлением, парень заметил, что пол в каюте залит водой почти до уровня койки. В воде плавали разные овощи. Голова кружилась, но Агей чувствовал себя вполне терпимо. Почти не тошнило. Зверски хотелось есть и пить. Поднявшись на ноги и держась руками за стену, он вышел в коридор. Там тоже вода, в которой медленно плавали овощи, захваченные с острова. Только сейчас Агей понял, что яхта стоит с небольшим креном в сторону носа. Зал с загонами для поросят оказался затоплен. Оттуда уже не слышалось ни визга поросят, ни кудахтанья кур. Парень, осторожно ступая в воде, добрался до лестницы и, медленно переставляя мокрыми ботинками, выбрался на палубу.
Наверху его сразу же окружил шум прибоя и соленый морской ветерок. Солнце уже опускалось к горизонту. Рядом виднелся обрывистый берег, на который накатывали волны.
«Мы вернулись! — потрясенно подумал Агей. — Мы вернулись!!!»
Тут же он понял, что это не так. Беглого взгляда на крутой берег было достаточно, чтобы понять, что это не остров. Обрывистый берег уходил вверх на несколько десятков метров. Наверху нигде и следа зданий и домов. Виднеется только небольшой кустарник.
«Значит, добрались! — потрясенно подумал Агей. — Но где же остальные?»
Тут же он увидел их. Яхта стояла, прислонившись правым бортом к скалам, которые выступали из воды. Позади шумел прибой. Вперед, прямо к берегу тянулась скалистая коса, в конце которой находился небольшой пляж. На песке горел костер, рядом с которым Агей различил кучку своих товарищей. Почти все сидели или лежали в разных позах на песке рядом с костром.
Только сейчас парень рассмотрел, что перед ним была почти идеально круглая заводь, ограниченная скалистым берегом. Со стороны океана в нее вел узкий проход, в южной стороне которого и застряла яхта. Прибой гремел совсем рядом. С другой стороны заводи находился узкий каменистый пляж, за которым высился высокий береговой обрыв. Он простирался в обе стороны — насколько глаз хватало.
В левый борт яхты тихо бились волны прибоя. Глянув на поверхность воды, парень увидел под водой острые скалы. Правый же борт яхты, стоял вплотную к низкой скале, которая была почти вровень с поверхностью воды. Агей осторожно спустился на скалу и пошел к берегу, стараясь не сорваться в воду и не поломать ноги. Достигнув пляжа, парень более уверенно двинулся вперед и скоро добрался до костра, вокруг которого сидели мужики. Агей, не раздумывая, уселся на камушки рядом и начал снимать промокшие ботинки. Рядом с костром в берегу находилась большая промоина с крутыми склонами. По ее дну, через пляж протекал маленький ручеек.
— …вот так все это и получилось, — рассказывал Коляныч, что-то помешивая в большом котелке, подвешенном над костром. — Яхту угробили, но зато мы здесь.
Островитяне, сидящие вокруг костра, с осоловевшим видом слушали бывшего раба.
— Так что, — продолжал Коляныч. — С одной стороны мы добрались, но с другой, вон чего вышло. Почти все запасы подмочены, а птица и поросята утопли. Но больше всего яхту мне жалко. Я думал потихоньку вдоль берега на север двинуться. Вас бы подтянул к управлению…
— Да ну его в одно место, это мореходство, — ругнулся Добер. — Чтобы я когда еще сел в эту херню? Да никогда в жизни!
— И я тоже никогда! — поддакнул слабым голосом один из мужиков.
— И я, — не удержался и вякнул Агей.
— Да, — пробормотал Колпак. — Мы ведь, чуть не подохли, пока плыли.
— Главное, что добрались все живыми! — подал голос Нос.
Выглядел бригадир измученным. Агей подумал, что тот что-нибудь скажет, но Нос молчал.
— Ладно, — сказал бывший раб. — Хоть утопли поросята, но мы и их в дело пустим. Не пропадать же жратве.
Голос его звучал уверенно. Похоже, он был рад, что его спутники так вяло отреагировали на потерю яхты.
— А что это было? — спросил Колпак. — Мы что отравились?
— Да! — оживился Добер. — Что это было-то? Меня чуть на изнанку не вывернуло.
— Про морскую болезнь слышал? — сказал ему Нос. — Нет? Ну, так знай, всех, кто первый раз выходит в море, так укачивает.
— А ты откуда знаешь?
— Наши рыбаки рассказывали.
— Я слышал про это, — кивнул Колпак. — Мужики из порта рассказывали. Это мы не привычные к этому делу, а они приноровились, видимо.
— Это моя вина, — кивнул Коляныч. — Не надо было жрать перед выходом в море. И я вот только сейчас вспомнил. У нас говорили, что если начинает укачивать, надо на горизонт смотреть.
— Какой там горизонт, — махнул рукой Колпак. — До горизонтов ли нам было…
— Ничего, скоро пройдет. Вот, похлебаете бульона, я специально его для вас сгондобил, дабы быстрее оклемались.
Они сидели вокруг костра, а затем похлебали сваренный Колянычем бульон. Каждому досталось совсем немного, но никто не жаловался. Во время еды бывший раб рассказывал, как они плыли, как попали в сильное прибрежное течение, и как их вынесло на скалы. Агей слушал в пол-уха. Он тупо смотрел на налетевшую на камни яхту, на ее название «АМЕЛИЯ» на борту, на поникший парус…
«Вот, — думал он. — Всю жизнь я мечтал плавать на подобной яхте, а вот теперь ни в жизни!..»
Тут его взгляд уловил облако дыма на горизонте. Парень только сейчас заметил высокий темный столб, поднимающийся высоко в небо.
— Так это что? — парень посмотрел на товарищей. — Это наш остров горит?
— Ну, а ты как думал? — хмыкнул один из мужиков рядом.
— Ничего себе!
Некоторое время они смотрели на горизонт, а затем разлеглись на песке. Утолив голод и жажду, Агей почувствовал себя более уверенно. Он лежал на теплых мелких камушках и бездумно смотрел на голубое небо. Потом подтянул запястье к лицу и посмотрел на часы. Половина пятого. Когда они отплывали, было чуть больше полудня. Как быстро добрались! Прямо не верится. Неожиданно для себя парень быстро уснул.
Глава 21
Золотой сговор
Когда Агей проснулся, то увидел, что вокруг кипит работа. Горят несколько костров, лежат туши мертвых свиней. Часть мужиков разделывают их, часть суетятся возле костров. Еще не сильно придя в себя, Агей подумал, что они собираются коптить мясо утонувших поросят.
Работавшие весело переговаривались. Внимательно наблюдающий за ними парень, заметил, что если раньше «подручные» Колпака поглядывали на Коляныча с недоверием, то сейчас авторитет бывшего раба вознесся на недосягаемую высоту.
— Что думаешь, Коляныч? Что скажешь, Коляныч? — то и дело слышалось рядом с кострами.
К сидящему парню подошел Нос и присел рядом на корточки.
— Ну, ты как, очухался?
— Ну, да… — протянул Агей.
— Тогда, давай, втягивайся в работу. Сам понимаешь, чем раньше мы управимся, тем раньше уберемся отсюда и тем раньше начнем жить «как люди».
— Да я понимаю, — кивнул парень.
Бригадир подозвал Вилена и велел парням идти за ним. Войдя в расщелину, они прошли по ней десяток метров, вдоль ручейка, после чего Нос полез наверх, по крутому правому склону. Карабкаясь за ним, Агей видел на склоне следы людей. Очевидно мужики уже неоднократно поднимались наверх.
Выбравшись наверх, Агей осмотрелся. Увиденное захватило парня. Позади океан и шум прибоя. Впереди же, раскинулась равнина, поросшая пучками травы. Солнце уже висело низко над горизонтом и сквозь облака пробивались красивые оранжевые лучи.
— Вон, видите? — бригадир показал в сторону, где в полусотне метров от них виднелись заросли чахлых деревьев и кустарников.
— Мы там уже собирали хворост. Берите там сухие ветки и таскайте сюда.
Нос ткнул пальцем себе под ноги.
— Тут складывайте. Мы тут так, осмотрелись, вроде никого нет, но вы и по сторонам смотрите. Держитесь вместе и далеко не уходите.
— А сколько хворосту надо? — поинтересовался библиотекарь.
— Чем больше — тем лучше! Давайте, ребята, работайте!
С этими словами бригадир двинулся вниз по склону. Парни же пошли к зарослям, где стали собирать с земли и ломать сухие ветки с небольших, полузасохших деревьев.
Через некоторое время Агей заметил, что кусты и деревца растут длинными рядами. И вообще, похоже, эти заросли явно дело рук человеческих.