Александр Неверов – Огни мёртвого города (страница 86)

Осмотревшись, их отряд покинул лагерь и двинулся к городу. В этих гаражах, они сделали привал.

— Не советую вам туда ходить, — говорил Серёга. — Там хер пойми кто у власти, а не наши. Мы ушли оттуда потому, что все вместе были. А вас двоих они стреножат только так.

Слушая его, Борис задумчиво почесывал подбородок.

— Так и чего вы делать собираетесь? — спросил он.

— А вот мы и думаем тут, — сплюнул главарь. — Может, вы нам присоветуете чего?

— Не, мужики, я серьезно…

— А мы тебе что???

— Не, мужики… Ну, допустим, нет там главных. Хер с этим лагерем. А, что, у нас других штабов нет?

— А какие другие? — с надрывом сказал Колян. — Мы были в городищенском лагере. Но до него километров двадцать отсюда. Как-то мне не охота туда по степи тащиться. Хер знаешь, на кого наткнешься. Не хватало на «сафари» попасть. Знаете, что такое «сафари»?

— Знаем, — кивнул Борис.

— Вот! — сказал белобрысый Диман. — А кто знает, что там делается? Может и там уже такие же уроды заседают.

— Не, ну погодите… — задумчиво сказал Борис. — А что, в городе других адресов у вас нет?

— А где? — скривился Серега. — Я хорошо знаю штаб Мельгунова в школе. Но это на Спартановке. Сам знаешь, сколько до туда. А вы взрывы видели? Там, наверное, сейчас одни головёшки остались.

Услышав фамилию дяди, Костя вздрогнул. Наверняка, эти мужики его видели. Чертовски захотелось расспросить их о нём, но он понял, что сейчас влезать в разговор не стоит.

— А кроме этого, хер поймешь, куда идти, — продолжал бывший омоновец. — У нас вон, рация, но там по всем частотам глухо. Может из-за взрывов, а может ещё что…

— И что же делать? — спросил Борис.

— Вы, сперва скажите, что сами делать собираетесь?

Товарищ пожал плечами.

— Я же сказал. Там, на подстанции, партизаны нам сказали, что из города уходить не собираются. Хотят тут жизнь наладить. Но теперь, с этими взрывами, надо из города валить.

— Вот! — сказал Серега и обвел взглядом Костю и Бориса. — Вы, парни, вроде нормальные, поэтому, слушайте, что мы тут надумали. Ситуация у нас сейчас — полная жопа! Где наши не ясно и возможно их уже не осталось. Поэтому, надо из города валить. Но мы тут вот чего подумали. Что если в город заглянуть ненадолго, а? По краю пошаримся немного, может, чего найдем хорошего? Не все же ценности мародеры выгребли. Что думаете?

— Идея неплохая, — пробормотал Борис.

«А ведь этот мужик прав, — подумал Костя. — Какой тут у них ещё выход, при таких делах? Но, с другой стороны, неужто там, в лагере, так плохо, что они решили в мародеры податься? Неужто уже нигде других постов-аванпостов у партизан не осталось?»

Тут ему в голову пришла интересная мысль, и он спросил:

— А вы к трубе ходили?

Все мужики повернулись к нему.

— К какой трубе?

— Да вот к этой.

Парень быстро рассказал про пост у недостроенной котельной.

— Они там окопы рыли. Возможно и сейчас они там.

— Чего-то я не пойму, — сказал Диман. — Ты-то откуда про это знаешь? Вы же, говорите, сидели у себя дома безвылазно.

— Да это он сидел, — кивнул на Бориса парень. — А я, так сказать, вылазку делал. Тут долгая история. Вчера я был в этом, царицынском, лагере. И я вот что предлагаю. Давайте сходим туда, к котельной.

— А они сейчас там? — спросил Диман.

— Я не знаю. Но вчера днем они там точно были.

Мужики переглянулись.

— Ну, если так, давай сходим, — проговорил Серега. — А ты хорошо дорогу туда знаешь?

— Я туда несколько раз вчера ходил. Тут внизу, у моста, в камышах тропинка проходит.

— Ну, идем тогда.

Мужики подхватили стволы и двинулись в путь. Выйдя из гаражного кооператива, они быстро подошли к автодороге и не через несколько минут уже подходили к хорошо знакомому мостику в камышах. Костя показал тропинку, ведущую к башне.

— Ладно, — сказал Серега. — Идите, показывайте, где тут…

Борис шел рядом и молчал. Костя сперва напрягся, что мужики идут позади. Он был уверен, что они не будут стрелять в спину, но всё же… Но затем, его догнал грузный Леха, который пошел рядом, расспрашивая про пост в заброшенной котельной.

Они прошли совсем немного, как почувствовали сильную гарь. Воздух и до этого не был особо свежим. То и дело чувствовался аромат гари, но сейчас это стало ощущаться особенно сильно. Костя вспомнил про марлевую повязку, с которой вышел в свою первую ходку в город, и пожалел, что сейчас у него нет такой.

Знакомая тропа виляла среди деревьев и кустов по краю оврага. Левее же, посредине оврага виднелись большие области сгоревшего камыша.

Еще через несколько минут ходьбы, вдали показалась труба. Вернее, верхняя ее часть. Низ ее, равно как и здание котельной, были скрыты в деревьях и клубах дыма. Через сотню метров, тропу пересекли глубокие полосы-колеи. Они вели откуда-то справа и поворачивали прямо к трубе.

— Опа! — сказал один из мужиков.

Впереди, среди камышей, показалась БМП. Не останавливаясь, они подошли к ней. Один из партизан залез наверх и заглянул в люки.

— Никого, — сказал он, спрыгивая на землю.

Костя же заметил обильные следы крови возле люка водителя. Двинувшись дальше, мужики показали куда-то влево. Глянув туда, в клубах дыма, Костя увидел сгоревший БТР, стоящий среди поля выгоревшего камыша. Стоял он правым бортом к трубе, но башня с пулеметом была повернута в сторону котельной. Посреди средних колес виднелся открытый люк. БТР до сих пор немного дымился.

Партизаны, немного поглазев на него, двинулись дальше. Костя сразу понял, что зря они туда идут. Явно эта техника атаковала пост партизан у Трубы и, скорее всего, этот аванпост уже уничтожен.

«Хотя, — подумал парень. — Может, эти машины принадлежат партизанам, которые атаковали кого-то, кто занял заброшенную котельную».

Идущие впереди мужики вдруг стали смотреть под ноги и тихо оживленно переговариваться. Тут же он увидел валяющиеся на земле вытянутые цилиндры с пистолетными рукоятками. Он видел подобные штуки в кино. Вроде бы это гранатометы такие одноразовые.

— Это что? — спросил он у Бориса.

— «Шмель», — пояснил товарищ. — Реактивный огнемет. Серьезная вещь. А это тубус от него.

— А вон, — показал он рукой. — Это РШГ-2. Серьёзный тут замес был.

Тропа вела вперед между деревьями. Кое-где стали заметны блестящие гильзы. В нескольких местах Костя увидел большие лужицы крови, и даже брошенные автоматы, но тел рядом не наблюдалось.

Огромная труба нависала почти над ними. Партизаны остановились. Серёга велел всем ждать, а сам, вместе с белобрысым Диманом скрылся в клубах дыма впереди.

«Зря мы сюда пришли, — подумал Костя. — Ясно, что этот пост разгромлен и тут вряд ли кто остался».

«Хотя… — подумал он через секунду. — Может и не зря пришли. Кто знает, может в лагере и не знают, что тут произошло. Вот мы и доложим. Ведь Никитич с Романом прошли тут утром и они, наверно, были тут до этого всего…»

В этот момент, от страшной мысли парень чуть не вскрикнул.

«А что, если Никитич и Роман были тут, когда…»

Логика подсказывала, что вряд ли они находились тут во время боя. Они ведь ушли из госпиталя рано утром и если и зашли сюда, то на только минуту…

А если нет? Что, если придут он с Борисом сейчас в лагерь, а там Иваныч скажет, что Никитич не приходил? Что тогда? Опять сюда, к Трубе, бежать, проверять?

— Слушай, — Костя повернулся к товарищу. — Как думаешь, давно вот это было?

— Черт его знает. Я думаю несколько часов прошло. Если бы это было недавно, то мы бы услышали. Может, когда мы у Кириллыча сидели, они тут воевали. Когда Первый пришёл, он говорил про какие-то взрывы в этой стороне.

— А могло это быть раньше? Ещё до того, как ракеты упали?

— Да фиг его знает… А что?