Александр Неверов – Огни мёртвого города (страница 78)

Раздевшись догола, Костя вошел в кабинку и довольно быстро тщательно помылся, вспомнив, что последний раз принимал душ ещё в «мирной жизни».

Всего через несколько минут, он помылся. Вылезая из душа, парень увидел, что рядом с полотенцем лежат новые трусы и носки. Быстро вытеревшись полотенцем и надев положенные хозяином обновки, он вернулся к товарищам.

Борис лежал на животе на кушетке, а Кириллыч чего-то колдовал над его спиной.

— Да уж, — говорил он. — Хреново они тебя обработали. Вот, уже кое-где нагноение начинается. Я, конечно, сделаю как надо, но тебе бы, по-хорошему, хотя бы сутки отлежаться.

— Да ты чего, Кириллыч, — хмыкнул Борис. — Какие сутки? Тут на минуты счёт идет! Я тут у тебя окупнусь, подзакусим и бегом на дело. Что там, кстати, про Первого слышно? Когда он на связь выходил?

— А… — поморщился хозяин. — Говорил я с ним час назад, как раз перед этим делом. Но тут проблема, сейчас связи нет. В смысле радиосвязи. Вы в курсе, что партизаны «сигнал Атом» выдавали в эфир?

— Да, в курсе, — кивнул Борис.

— Ну вот. Я как услышал, сразу с Первым связался. Он сказал оставаться на месте, следить за ситуацией. А у меня сразу сердце заныло. Полез я на крышу и стал, так сказать, следить за ситуацией.

— Ну и как? — ухмыльнулся Борис.

— А так! Как увидел, стыдно вспомнить, бегом по лестнице вниз кинулся, в подвал. А как «тряхнуло», то есть, ничего не произошло, назад побежал. Вон, в округе только кое-где стекла повышибало, а у меня ничего, ни одно не вылетело! Я опять с Первым хотел связаться, доложить, что в порядке. Но глухо все! Не работают рации.

— Я слышал, — не удержался от реплики Костя. — Что при атомном взрыве электроника и радиосвязь из строя выходят. Машины не заводятся.

— Да, я тоже слышал, — кивнул Кириллыч. — Да только электроника у меня тут как раз работает. Вон, как вы в подъезд зашли, я сразу услышал и увидел. Компьютеры тоже работают.

— А спутниковая связь? — спросил Борис.

— Эта работает. Да только свой телефон Первый оставил… Ну, у Коляна. Я с ним связался, но он не в курсе, где Первый сейчас.

— Это плохо, — пробормотал Борис и посмотрел на Костю. — По радио мы хорошо можем общаться. Спутниковая связь, это тоже неплохо, но по ней надо осторожно говорить — турецкий «большой брат» слушает!

— А Костя в курсе про «турецкого брата»? — странным взглядом посмотрел на парня Кириллыч.

— В курсе, — кивнул Борис. — Он много про чего в курсе. Это не простой человек.

— Ясно.

— Так что я отчет оставлю для Первого у тебя, а сами дальше полетим.

— Как знаете, но я только, как вы пришли, послал ему Коляну сообщение, что Второй пришёл.

Услышав это, Костя смекнул, что Второй, это явно позывной Бориса.

«Да, не простой тип, этот Борис, — подумал парень. — Хорошо, что я его встретил. Хотя в больнице, он поначалу показался обычным лоховатым беженцем, а на деле вон оно как…»

Хозяин закончил возиться со спиной раненого товарища. Заклеив её огромным пластырем-повязкой, Кириллыч отвел Бориса в душевую, быстро вернулся и снова хорошо обработал рану Кости, наложив солидную бинтовую повязку. После чего они покинули лазарет, и пришли в кухню, оборудованную весьма неплохо. Костя увидел тут и два холодильника и прочие штуки типа микроволновки и еще каких-то кухонных агрегатов. В стороне стоял большой стол, за которым мог разместиться десяток человек. Окна же были закрыты плотными жалюзи, так что парень даже подумал, что возможно тут и нет никаких стекол, а вся квартира, словно бункер.

— Я как знал, — говорил Кириллыч. — Супчик с утра сгондобил. Сейчас угоститесь, а потом и пойдёте.

Он разжег газовую плиту и Костя понял, что хотя рядом и не видать баллона, но явно газ не из центральной газовой сети.

— Это у вас из баллонов газ? — поинтересовался Костя.

— Ну да, — кивнул Кириллыч. — Тут, в специальной комнате. У нас своя разводка. В этих домах плиты электрические ведь.

— А электричество от своего генератора?

— Верно, — опять кивнул хозяин. — На крыше он. Как эти дела начались, я сразу запустил его, и солнечные батареи развернул, ну и замки на крышу сменил. Всё заработало, а через день слышу, кто-то возится на площадке. Какие-то хлопчики, совсем еще зелёные, лет по двадцать им. Хрен знает, что они там забыли. Генератор тихо работает, с улицы его точно не услышать. Да даже если тут окно открыть, его не услышишь. Думаю, они с соседних высоток увидели. Ты же видел тут рядом, дома серые? Они выше нашего и меня давно уже напрягают. Мы в них сперва хотели устроить нашу «точку», но тут выгоднее оказалось и там другие сложности были.

В кухню вошел Борис.

— Кто тебя тут напрягает?

— Да высотки эти рядом! Там засядет кто-нибудь, и теперь на крышу у нас уже спокойно не выйти.

— А… — проговорил Борис, усаживаясь за стол. — Это вообще не проблема. Рвануть несколько лестничных пролетов внизу и всё. У тебя взрывчатка есть?

— Есть, но как я один это проверну-то? Первый ещё позавчера обещал помощников прислать.

— Ну, как пришлёт, сделаешь.

— Да и вот, я Косте начал говорить: какие-то сопляки стали к нам на крышу ломиться. Я их шуганал, но, что бы ты думал? Они вернулись толпой, и давай сюда ломиться!

— А ты?

— Ну, пришлось отреагировать.

— Там кровь на ступеньках. Это они?

— Ну, да. Пришлось.

— А что за типы? Мародёры?

— Да хрен их знает. Непонятно, что хотели. Молодые, какие то, по виду — студенты ещё. С серёжками и с татуировками.

— Биомусор, — пробормотал Борис. — Туда им и дорога.

— Это да, — согласился хозяин. — Однако, давайте есть.

Он полез в холодильник и не успел Костя оглянуться, как стол оказался уставлен тарелками с салатами, тонко нарезанным мясом и филе морской рыбы. Не удержавшись, парень взял несколько тонких кусочков свиной грудинки, которые оказались ну очень вкусными. Пока он пробовал, Кириллыч вместе с Борисом поставили тарелки на стол и хозяин половником наполнил их супом, который источал аромат, от которого у голодного Кости закружилась голова.

— Вот, хлеб берите, — подвинул корзинку с хлебом, севший за стол хозяин. — Вчера я испёк, сегодня, с этими делами, не успел.

— Нам и такое за счастье, — усмехнулся Борис, приступая к еде.

— Сейчас супчику похлебаете, — говорил Кириллыч. — А на второе у меня мясцо заготовлено. Я вам такие стейки сделаю…

— Тихо-тихо! — запротестовал Борис. — Вот этого не надо! Я, если наемся, то спать меня тянет. Так сказать, на послеобеденный отдых клонит.

— Так ложись! Места завались! Пару часиков отдохните.

— Ну, ты это… У нас же счёт на минуты идет! Во-первых, нам уже бежать надо. А во-вторых, мы ведь с Костей партизаны. А настоящий партизан должен быть голодным!

— Так ты что, в натуре, в партизаны вступил? — немного удивился хозяин.

— А то! И я-то рядовой, обычное «пушечное мясо», а вот Костя…

В этот момент, где-то в коридоре раздался мягкий сигнал, как у входного звонка.

Хозяин сразу же посерьезнел, быстро поднялся на ноги и покинул кухню.

— Спокойно, — не отрываясь от еды, сказал Борис. — Это у него сигнализация. Кто-то в подъезд вошел. Когда мы вошли у него тоже тут сразу запищало.

В комнату быстро вернулся хозяин и посмотрел на Бориса:

— Это Первый!

— Один?

— С парнями.

— Ну, так встречай.

Кириллыч покинул кухню, а Борис взял еще кусок хлеба и положил на него несколько тонких ломтиков мяса.

— Видишь, какие дела, Костя! Все прошлые дни, до встречи с тобой, у меня косяк на косяке. Всё из рук валилось. Если бы не ранение, то меня точно партизаны в разработку взяли бы, и начали допытываться, что я за хрен такой? Вот я лежал там, в госпитале, с теми ублюдками, строил из себя старпёра горем убитого… Ты мне сразу приглянулся, но у тебя там дружки ведь пришли и я понял, что не привлечь тебя к нашим делам. Поэтому и решил ночью «ноги сделать». А как свет дали — то решил до утра остаться, думал, что узнаю чего о планах партизан. И вот видишь, как вышло: и оттуда мы вовремя убрались и с тобой как получилось. И вот Первый наш. Всё один к одному — ты и сам видишь, всё как надо идет. А знаешь почему?

— Почему?

— Потому что Бог на нашей стороне! Правильное дело мы делаем! Поэтому и удача к нам идёт!