Александр Неверов – Главное убежище (страница 26)

«Парк Культуры» — догадался парень.

Один из пожилых людей на платформе приветствовал машиниста.

— Привет пожарным! — громко сказал он улыбаясь.

— Привет спортсменам! — откликнулся красавец и прошел в центральный зал.

Веник, посмотрев немного на машину, пошел назад в комнату.

— Чего это там гремело? — с интересом спросил его Фил.

Веник рассказал про мотовоз, который заинтересовал его товарищей.

— Пойдем, посмотрим что ли? — сказал Борода.

В это время, в комнату заглянул Андрюха.

— На выход, с вещами! — объявил он.

Выйдя в зал, они увидели, что рядом с Андрюхой стоит давешний красавец с мотовоза.

— Знакомьтесь, — представил его проводник. — Это Митяй. Он нас до «Парка Культуры» добросит.

Пожав руку новому знакомому и идя к мотовозу, Веник удивлялся возможностям Андрюхи. Оказывается, вместо того, чтобы тащится пешком по тоннелю, они поедут на этой странной машине.

Выйдя на перрон и идя по платформе к мотовозу, они встретили небольшую группу рабочих, которые шли к ним навстречу. Веник вздрогнул, когда встретился глазами с одним из них. Это был Григорий, который несколько удивленно смотрел на него.

Веник кивнул ему и опустил глаза. Стало вдруг чертовски неловко и который уже раз стыдно. Стыдно за все. За то, что Григорий непосильным трудом изо дня в день работает в шахте и через год трудов готовится получить синюю повязку кандидата, а он, Веник, ничего полезного не сделав, сразу же получил и прописку и сытую должность снабженца.

Лишь только вспомнив, что документ у него не настоящий, парень немного успокоился.

Когда они разместились на лавках в будке, Андрюха с машинистом зашли в кабинку управления. Мотовоз затарахтел и поехал. Платформа станции уплыла назад. Веник видел из будки, что они въехали в тоннель, медленно проследовали мимо небольшого поста у выхода со станции, и, набирая скорость, поехали дальше по темному тоннелю.

Глядя на лица своих товарищей, Веник понял, что они испытывают нечто близкое к восторгу. Никто и подумать не мог, что до «Парка Культуры» они не пойдут пешком, а поедут с таким комфортом. Тем более, на такой крутой машине.

Мотовоз замедлил ход. Веник подумал, что это уже «Фрунзенская». Однако они просто остановились. Впереди, в их тоннель входил еще один рельсовый путь уходящий в левую сторону. На развилке светила лампочка в свете которой можно было различить несколько людей. Один из них подошел к мотовозу и что-то стал говорить Митяю. После разговора тот заглушил двигатель и повернулся к парням:

— Ничего страшного. Подождем немного. Сейчас дрезина пройдет.

— Можете пока надеть повязки, — тихо сказал Андрюха.

Веник вытащил из кармана свою красную повязку. Помогая друг другу, они надели их. Именно сейчас Веник почувствовал гордость. Пожалуй, первый раз в жизни, он чувствовал себя не тупым мусорщиком, а полноценным членом общества. Гражданином станции «Спортивная».

— Ну что, скажешь? — спросил Андрюха Митяя, показывая на новоиспеченных снабженцев.

— Липа, — усмехаясь, сказал машинист.

— А?

— Ну, ты посмотри…

— Ах да.

— О чем это вы? — подозрительно спросил Дед.

— Снимайте повязки, — велел Андрюха. Они ведь у вас совсем новые.

— И что?

— Согласитесь, что странно, что четверо с одной станции и с новенькими повязками.

— Так что же?

— Старить их будете.

Под руководством Андрюхи они мяли и терли о стены будки свои новенькие повязки, которые скоро уже потеряли свой блеск и стали выглядеть, будто их уже давно носили на руке.

Занимаясь этим делом, Веник мельком увидел, что впереди, из тоннеля, навстречу им, к стрелке подъехала маленькая тележка, на которой стояли несколько людей. Эта штуковина прошла через стрелку, затем остановилась. Стрелку перевели и тележка поехала назад, в другой тоннель. Стрелочник опять стал дергать за рычаги, меняя положение рельсов.

Их мотовоз снова затарахтел и поехал дальше по тоннелю.

Приведя в порядок повязки, лже-снабженцы, также по наущению Андрюхи, занялись своими книжечками. Потерев их красные обложки, немного потрепав листки и даже использовав пыль с пола мотовоза, они придали документам нужный потрепанный вид.

— Ну вот, — удовлетворенно говорил Андрюха. — Теперь полный порядок. Все как надо. Ни один черт не прицепится.

Впереди показалось светлое пятно станции.

«Фрунзенская» — понял Веник.

Выехав из тоннеля на станцию, Митяй ругнулся. Веник заметил причину недовольства машиниста. На их пути, возле платформы стоял другой мотовоз. Он закрывал путь вперед.

Подъехав почти вплотную к нему, Митяй остановился.

Этот другой мотовоз выглядел крупнее и мощнее. У него была еще более здоровая кабина для машиниста.

Пока они останавливались, оттуда вышел машинист. Большой, пузатый мужик с наглой рожей и здоровой челюстью. Веник заметил у того на рукаве повязку с буквами КВ.

Митяй вышел на платформу.

— Ну и куда ты приперся? — начал говорить пузатый идущему к нему Митяю. — Куда?

Непонятна была его агрессивность.

— У нас литера! А ты куда приперся? — надрывался он.

— Тут же, у станции как раз соединительная. Сдал бы ты назад немного, — миролюбиво сказал ему Митяй.

Однако мужик знал себе цену. Он согнул локоть, показывая Митяю неприличный жест.

— Вот тебе назад! Я же тебе говорю, литера у нас! — заорал он на весь перрон. — Давай двигай назад до «Спортивной». Все равно, пока мы там не разгрузимся, дальше ты не поедешь.

Несколько стоящих на платформе мужиков с интересном смотрели в их сторону. Митяй, не вступая в спор, развернулся и вернулся на свой мотовоз. Они с Андрюхой обменялись многозначительными взглядами, после чего, не сказав ни слова, проводник шагнул на перрон и куда-то пошел.

Здоровый машинист разгуливал по перрону с видом победителя.

— Чего это он? — спросил Веник машиниста.

— Обыкновенный дебил, — спокойным тоном сказал Митяй. Казалась, эта безобразная сцена его совершенно не тронула, и он уже смирился с перспективой еще раз возвращаться на предыдущую станцию.

— Кстати, а почему вас, на «Спортивной» пожарником назвали? — спросил машиниста Веник.

Тот усмехнулся:

— Так всех с «Парка Культуры» называют. ПК — это ведь также как «пожарный кран» расшифровывается.

— Понятно, — сказал Веник.

Пожарные краны были и в Тамбуре, используясь исключительно как источник питьевой воды.

Митяй отвернулся, явно не склонный продолжать разговор, и Веник стал рассматриваться станцию. «Фрунзенская» ему показалась сильно похожей на «Спортивную». Тоже желтая кафельная плитка на стене за путями. Те же мощные пилоны. Только арки между ними немного другой, более округлой формы, чем на «Спортивной», да и сами пилоны внизу отделаны красивым красным камнем.

Вернулся Андрюха. С ним вместе шел очкастый мужчина в длинной кожаной куртке с большими карманами. Проводник залез в мотовоз и кивнул Митяю — заводи.

Веник из своей будки видел, как мужик в кожанке, подошел грубияну машинисту и что-то коротко сказал ему. Тот было взялся возражать, но кожаный тип коротко оборвал его, развернулся и ушел.

Здоровяк залез в свою машину и завел ее. Два мотовоза поехали вдоль платформы. Ехали они в сторону «Парка Культуры». По лицам своих товарищей, Веник понял, что они все думают одно и то же. Какие же связи и возможности были у их проводника? Оставалось только порадоваться, что он встретился им по пути. Без него они бы только до баррикады «Спортивной» и добрались бы.

«Подумать только, — думал Веник. — А ведь если бы не мы, такой человек как Андрюха, возможно сейчас сидел бы в клетке на „Университете“. Странно, что человек с такими возможностями решил все бросить и уходить из Метро».