Александр Нетылев – Цена мира (страница 40)

Но вот, наконец, он улыбнулся:

— Я ведь могу и поймать тебя на слове, моя принцесса.

— А может быть, я этого и хочу?..

Она потянулась, как бы невзначай привлекая внимание к обнаженному плечу, которое он только что целовал.

И лишь после этого начала поправлять платье.

— И кстати, знаешь, когда собственный муж обращается по титулу, это звучит не так уж романтично.

На этот раз Ингвару не составило труда понять намек.

— В таком случае я считаю это обещанием, Лин, — сказал он, — Что когда я вернусь, мы продолжим начатое.

— Считай это обещанием, — эхом откликнулась Линетта.

Их глаза встретились, и вдруг понял Ингвар, что впервые видит в чужом взгляде искреннюю любовь без малейшей тени страха.

Странное, новое, непонятное для него чувство.

Но невыразимо приятное.

— Волк, — не оборачиваясь, обратился он к демону, — Подать мне доспехи.

И несколько минут спустя демон-конь уносил его в небесные выси, держа курс на земли эдлинга Вин’Элле. И казалось Ингвару, что его собственное сердце стало настолько легким, что способно вознести его в небеса безо всякого колдовства. Не оборачиваясь в сторону поместья, не отвлекаясь от дороги, каким-то шестым чувством он знал, что смотрят ему вслед прекрасные глаза цвета пасмурного неба.

Он знал, что Линетта ждет его возвращения.

Глава 16. О возвращении к жизни

За несколько дней Бранд приучил себя не хвататься за кинжал каждый раз, когда в помещение входил очередной демон. Многократно напоминал себе хеленд, что если бы кесер Ингвар собирался скормить его проклятым теням, давно бы уже скормил.

И несмотря на это, едва его состояние улучшилось до того, чтобы иметь возможность подняться с кровати, Бранд постарался поменьше оставаться в комнатах прислуги. Тяжело ковыляя, опираясь на меч в ножнах, он выбирался из комнаты. От исцеляющего колдовства адского кота он также отказался, хотя эликсир для выведения демонического яда, скрепя сердце и скрипя зубами, продолжал принимать.

Он вздохнул с облегчением, узнав от Линетты, что как раз накануне его первого выхода за пределы комнаты кесер покинул поместье, направившись в земли Вин’Элле на карательную операцию против разбойничающих семибожников.

А вот что не понравилось Бранду, так это голос принцессы. Когда она упоминала имя своего супруга, ее голос как будто становился выше, и неуловимый оттенок нежности слышался в нем. Нежности, которая была бы приятна любому мужчине, но которая была слишком опасным знаком в нынешней ситуации.

— Вы посмотрели ему в глаза? — с тихим отчаянием спросил рыцарь, страшась услышать ответ.

— И не раз, — радостно закивала девушка, — Вы можете не бояться так, риир Бранд. Рассказы про подчинение воли — вымысел. Я полностью в своем уме и отдаю себе отчет в своих чувствах.

Хеленд приподнял брови, но воздержался от комментария. Что он хотел сказать, и так было ясно им обоим.

Что человек с промытыми мозгами всегда считает, что видит все четко и ясно.

— В любом случае, я хотела с вами поговорить, — махнула рукой принцесса, — Пойдем в гостиную, я поставила там удобные диванчики.

Появившаяся по её сигналу женщина со светящимися синими глазами попыталась подставить свое плечо в качестве опоры, но Бранд шарахнулся от неё, как от чумы.

— Я не прикоснусь к проклятой тени! — решительно заявил он.

Линетта тяжело вздохнула и жестом отпустила демоницу.

— Тогда обопритесь на меня, — разрешила она.

Бранд уставился на неё ошарашенным взглядом, но сориентировался быстро.

Тонкое платье голубого шелка было лишь чисто формальной преградой, и опершись рукой на её плечо, Бранд ощутил тепло тела принцессы. Он почувствовал, как слегка дрогнула она от его прикосновения. Как прилил жар к её коже.

И против своей воли ощутил он досаду и обиду на то, что он не на месте Ингвара. Что он — лишь рыцарь с нечистой кровью, что никогда бы не мог претендовать на такую девушку, как Линетта.

Что все, что ему остается, это смотреть и украдкой прикасаться.

— Не нужно так бояться демонов, — будто назло ему говорила принцесса, пока они направлялись к господским покоям, — Мой муж надежно их контролирует. Они не причинят вреда ни вам, ни мне. Я уже освоилась и теперь командую ими без проблем.

— До тех пор, пока ваш муж не желает, чтобы они причинили вам вред, — не удержался от ответа хеленд.

Господские покои представляли собой две комнаты, разделенные стеной из красного дерева. Деталей спальни Бранд, разумеется, не видел, но гостиная изрядно изумляла. Совершенно не так представлял он себе покои отродья Зверя.

Дверные проемы и оконные рамы были украшены сплетенными из белых и алых лент гирляндами, изображающими цветочный узор. Занавеси и портьеры имели нежно-бежевый оттенок и слегка просвечивали, так что солнечные лучи, проходя через них, красиво преломлялись, играя на серебряных узорах, украшавших стены. Пол был устлан белым ковром, и к счастью, Бранд без подсказки догадался скинуть обувь.

— Красиво, правда? — похвасталась Линетта, — Я сама составила образ. Скоро еще должны картины подготовить, они станут завершающим штрихом.

Говоря это, она подвела раненого к двум диванчикам, обитым красным бархатом и образовывавшим уголок вокруг столика с закусками. Не привык аскетичный рыцарь к настолько мягкой мебели, но не мог не признать, что это ощущение, неуловимо напоминавшее объятие, было именно тем, что нужно телу, измученному демонским ядом.

Сгрузив свою ношу, Линетта устроилась рядом. Легкое сожаление почувствовал Бранд, отпуская её плечо, но нарушать правила приличия, прикасаясь к принцессе без необходимости, разумеется, не рискнул. А она как будто бы вообще не обращала внимания, какую бурю чувств будило в нем ее прикосновение. Взяв с блюда булочку-бриошь, она весело щебетала:

— Когда я рассмотрела покои Ингвара, меня прямо тоска взяла. Он как будто вообще не думал ни о красоте, ни об элементарном комфорте! Как будто у него чувствительность в этом плане совсем убитая. А потом я подумала: да какого Зверя! Я хозяйка в это доме, так почему бы не перестроить все так, как мне нравится?..

— И он позволил? — спросил Бранд скорее просто для поддержания разговора.

Ему было приятно смотреть на веселую Линетту и слушать ее голосок, но когда она поминала супруга, что-то болезненное отзывалось в его сердце.

Наверное, остатки демонического яда.

— По-моему, ему даже понравилось, — ответила девушка, — Так, ладно, я вас не за этим сюда позвала. Многое случилось, пока вы были без сознания, и я бы хотела об этом поговорить.

— Я слушаю.

Хеленд склонил голову, и она тут же закружилась.

— Для начала скажите, риир Бранд. Это правда, что знать Аскании делится на три фракции, соперничающие за влияние на короля?

— Я хеленд, — поправил Бранд первым делом.

Вопрос показался ему проверкой, но он ответил четко:

— Это правда. Фракция отца Бернара, фракция Её Величества и фракция эдлинга Эддифа.

Линетта кивнула, принимая информацию к сведению:

— А к какой из них принадлежите вы?..

— Я? — рыцарь горько рассмеялся, — С моей стороны самонадеянно будет говорить, что я принадлежу к одной из фракций. Во мне кровь чужака, Ваше Высочество. Кровь врага. Такое не забывается легко. Но сам я поддерживаю отца Бернара, ибо верю, что лишь мудрость Эормуна может осветить путь нашей страны и лишь в истинной вере лежит спасение заблудших душ.

— Тогда скажите мне, — продолжила наседать принцесса, — Вы знакомы с эдлингом Бей’Вулфредом?

— Знаком, — легко согласился Бранд, радуясь, что разговор ушел от болезненной темы, — Я сражался под его началом во время войны. Это отважный и благородный человек, отличный полководец, верующий эорминг и истинный патриот.

— Вы все это повторяете, как по написанному! — воскликнула Линетта, — А можете вы что-нибудь сказать о нем самом? В смысле, о человеке, а не о живом знамени?

Тот пренебрежительный тон, с которым она отозвалась о качествах эдлинга Вулфреда, неприятно резанул по уху.

— Вера и патриотизм — важнейшие качества человека, — возразил рыцарь, — Тот, у кого нет ни бога в душе, ни отечества в сердце, это уже и не человек по сути. Но почему вы спросили?

— Я уже не уверена, что мне следует спрашивать, — призналась девушка, — Но все-таки. Он мог стоять за попыткой убить меня?

Хеленд Бранд решительно покачал головой:

— Нет, Ваше Высочество. Нет. Простите, но в это я не поверю никогда. Это просто нелепо и невозможно. Эдлинг Вулфред никогда бы так не поступил.

— А кто поступил бы? — настойчиво спросила Линетта, — Вы знаете такого человека?

Предугадывая напрашивающийся ответ, она предостерегающе подняла руку:

— Помимо моего мужа. Вы должны знать, риир Бранд, что пока вы выздоравливали, мы посетили замок Мозаль. Слуга, который хранил реликварий демона, пропал, и единственным, кто посещал замок намедни, был эдлинг Вулфред. И вот, теперь он так «удачно» уехал в горы, так что мы не можем расспросить его самого.