Александр Нетылев – Странные игры [СИ] (страница 2)

Чезаре говорил в основном правду, и около половины ее Рю уже могла рассказать Ноэль. Ложь в его словах была лишь одна. "Тампль" был его собственной инициативой.

— Финелла-сенсей, но ведь ками древнее людей, — расписался в собственном непонимании юноша.

— Смотря какие ками, — спокойно ответил преподаватель, — Есть, например, драконы. Они — охотно верю, что древнее людей, и именно поэтому не столь опасны. Такие ками существовали долгие века, и мир, несмотря на это, еще существует. Кто-то, как твоя знакомая Флора, может представлять угрозу для отдельных людей или групп людей. Но в рамках всего мира ее угроза не столь велика…

Кардинал на какое-то время замолчал, давая воину время осознать первую часть речи, после чего продолжил:

— А есть и другие. Такие, как Легион демонов, угрожавший Риму этой весной. Нечисть, созданная людьми… Ну, созданная — это не совсем верное слово. Человеческая вера придала им материальную форму. То же ждет нас и в Йоль… только куда масштабнее. По нашим сведениям, если их не остановить, то 21 декабря этого года мир перестанет существовать.

— Нечисть, созданная верой людей, это я, — мрачно сказал Рю, — Неужели тот демон, который чуть не уничтожил Рим, — просто чья-то фантазия? А Лилит-тяма правда дракон?

— По пунктам, — поморщился Чезаре, — Первое. Ты не нечисть. Ты амагус, как и я, причем с моральной точки зрения стоящий на голову выше. Нечисть не стала бы защищать Ячжи.

— Я знаю, что я амагус, — ответил юноша, — Это всего лишь метафора. Но она очень близка к истине. Я чувствую себя не-человеком, когда сражаюсь. В случае с Ячжи этого не потребовалось, только поэтому обошлось без жертв.

— А в случае с Анной ты сражался, — парировал священник, — Ты впал в глубокий транс, и только благодаря этому выжили Накамура и остальные в том окне. То есть, хотя если рассматривать события как бой на уничтожение, ты проиграл, но с точки зрения задачи "Защитить людей"…

— Это случайность, — ответил Рю, — К тому же… мне было очень плохо потом. Если бы не встреча с Ноэль-сама, всё могло закончится проще. В любом случае, это всё опасно. Я опасен для людей, а люди опасны для меня. Даже если я могу отвлечь или убить кого-то опасного, это ничего не упрощает, потому что в случае неудачи я убью всех.

— Любой человек опасен, — пожал плечами Чезаре, — И для других людей, и для самого себя. И что же? Тогда ты ясно показал, что можешь выбирать, для каких целей применять свои способности. Именно это нам нужно от тебя. Понимаешь, легко уничтожить всю нечисть. А вот уничтожить нечисть так, чтобы человечество дожило до конца войны… Это уже более интересная задачка. И вот чтобы решить ее, и нужны мы с тобой.

— Я не знаю, — отвечал Рю, который явно начинал нервничать, — Я ничего не знаю о своих способностях. И я боюсь снова попасть в то же состояние, что и после того боя в саду. Откуда я могу знать, что я могу выбирать? Ксо, зачем я вообще побежал за этим киборгом?! Я не это хотел сделать. А если я просто начну рубить каждого, кто сделает шаг в мою сторону?

— Даю тебе задание: ознакомиться с "Основами метафизики нравственности" Иммануила Канта, — ухмыльнулся кардинал, — Можно в сокращенном виде. Именно кантовский императив в чистом виде мы наблюдаем и в случае с Анной, и в случае с Ячжи. Как говорится, один раз — совпадение, два — уже тенденция.

Чезаре ободряюще улыбнулся, после чего продолжил:

— Впрочем, будет лучше, если ты обдумаешь то, что я сказал тебе, в одиночестве. Помнится, ты задал три вопроса. Второй звучал как "Неужели тот демон, который чуть не уничтожил Рим, просто чья-то фантазия?". Нет, это не совсем так. Легион — колоссальной мощи психообраз. То есть образ из подсознания людей, воплощенный с помощью магии. Впрочем, судя по имеющимся сведениям, воплощение может произойти и стихийно.

— В синтоизме о таком не говорится, — растеряно ответил Рю, — Я не могу сказать, что понимаю или встречался с чем-то подобным.

Юноша замолчал и посмотрел на осенний пейзаж вдалеке.

— Необязательно вникать в природу темных ками, чтобы убивать их, — ответил шпион, — Это поможет найти методы борьбы с ними… И с этим я помогу тебе, ни к чему зря забивать себе голову метафизическими деталями. Я лишь хочу, чтобы ты ясно видел, за что и против чего мы боремся.

— Спасти мир, кажется, да… Ноэль-сама только об этом и говорит, — японец глубоко, но бесшумно вдохнул, — А я… думаю о том, что будет со мной, когда этот мир наконец спасут. Ведь у меня нет в нём будущего. Кроме самого очевидного: быть вечным солдатом до следующего такого спасения. И Нарьяна-сама это прекрасно знает.

— Никто из нас не может с уверенностью знать, есть ли у него будущее, — убежденно ответил Чезаре, — Если ты уверен, что знаешь, что ждет тебя… Значит, скоро жизнь отвесит тебе крепкий щелбан, чтоб не задавался, и все в очередной раз встанет с ног на голову.

Кардинал коротко рассмеялся, вспомнив, как это вышло с ним самим.

— Уж поверь, полгода назад я и представить не мог, что добровольно откажусь от власти князя церкви ради сомнительного удовольствия преподавать одаренным подросткам. И тем не менее, я здесь, преподаю и по совместительству спасаю мир. Так что не спеши хоронить себя… благо желающие всегда найдутся.

Повисло молчание. Рю явно что-то ещё хотел сказать относительно себя, но так и не решился. Внезапно он спросил:

— А откуда родом Лилит-тяма?

— Этого я не знаю, — покачал головой Чезаре, — Я знаю ее лишь полгода. Всю свою сознательную жизнь до того она прожила в качестве подопытного кролика G-Tech.

На последних словах в его голосе прозвучала ненависть. Если бы речь шла о Робине или Джейд, ненависть была бы чуть более искренней. Но и без того не отличишь.

— Впрочем, мы отклонились от темы. Итак, "Тампль". По замыслу нам нужны солдаты — на эту роль послужат наемники и безопасники. Они будут разделены на тринадцать отрядов, условно соответствующих полкам. Один будет подчиняться лично мне, во главе остальных я поставлю по офицеру. Тебе предназначена роль одного из них.

Рю пожал плечами. Это был не очень-то японский жест, но кажется, самурай уже понимал, что ответить так бывает проще, чем выдавливать из себя реплики.

— На данный момент кроме тебя, во главе отрядов поставлены Мария и Елена, — продолжал Чезаре, — Среди возможных кандидатов: Воланд, Рейко, Кристиан, Алистер, Алиса, Тадеуш, Акеми, Акечи, Рей, Хесус, Альва, Кирия, Адам, Скай, Сибилла. Мелиссу Эйхт, увы, забрал в свое распоряжение, но и без нее есть с чем работать. При особой удаче можешь даже оказаться единственным парнем в окружении "гарема" из красивых девушек… Марию только не вздумай к таковому относить.

Он шутливо погрозил пальцем. Рю снова пожал плечами:

— Я понял, Финелла-сенсей.

— Хорошо. Следующий момент. Как офицеру, тебе положено оружие, — шпион покосился на вакидзаси, подаренный предводительницей мико, — Это благородный клинок, но увы, многие из темных ками для обычного оружия неуязвимы. Поэтому ты получишь калибур… И на всякий случай больверк… "позаимствованные" из базы Интерсигмы. Конкретное оружие выберешь сам: тебе же с ним сражаться.

Зеленоволосый нахмурился:

— Я не хочу использовать то, что было людьми до столкновения с сигмой. Существование таких… предметов…

Он не стал заканчивать фразу.

— Я понимаю твое негодование лучше, чем кто-либо другой… Хотя нет: лучше, чем кто-либо другой, кроме одного человека, — Чезаре усмехнулся, — Но увы, я не в силах предложить лучшего способа противостоять нематериальным противникам. Утешься тем, что я не собираюсь никого превращать в сигмафин ради этого проекта. Это — одна из немногих вещей, на которые не пойду даже я.

— По приказу я поменяю своё оружие. Но я не буду делать это добровольно, — ответил Рю, вцепляясь сильнее рукой в штангу качели.

— Если есть другой вариант, в твоих интересах найти его, — пожал плечами кардинал, — Я иду навстречу своим людям. Однако не настолько, чтобы жертвовать ради этого успехом дела, поэтому если альтернативного варианта ты не найдешь, получишь соответствующий приказ. И на всякий случай: вариант "заменить тебя кем-то более беспринципным" за альтернативу не принимается. Потому что это не более чем лицемерие.

Рю снова пожал плечами. Он явно не сомневался, что никаких альтернатив нет.

— Как скажете.

— Вижу, ты так и не понял, о чем я толковал тебе в первую встречу, — покачал головой Чезаре, — Мне нужна не безропотная исполнительность. Мне нужен союзник, на которого я могу рассчитывать.

На самом деле, безропотная исполнительность его бы вполне устроила. Но союзник, конечно, предпочтительнее.

— Вот что. У тебя накопилось много вопросов. Самое время задать их. Сегодня ты получишь от меня честные ответы. Редкая возможность, знаешь ли, — Чезаре хмыкнул.

— Вы сами говорили, что ни на кого нельзя рассчитывать, — парировал японец.

— Ничего подобного. Я говорил, что никому нельзя доверять до конца. Это не одно и то же.

Рю так же смотрел куда-то мимо собеседника. Убежденным он не выглядел, но вопрос все же решил задать:

— Думаю, что мне есть смысл спросить лишь одно. Какова черта, за которой вы меня уничтожите. В смысле, чего мне не следует делать, чтобы этого не случилось как можно дольше.

— Интересный вопрос, — одобрил шпион, — Ты должен знать, что у меня весьма жесткий подход к разделению на "свой-чужой". Предавать своих недопустимо. Ни прямо, ни косвенно. Ни умышленно, ни по глупости. Ни действием, ни бездействием. Если твои соратники в беде, ты должен помочь им. Если же в беде твои люди, ты должен помочь им любой ценой. Ты можешь не суметь помочь им — в конце концов, это война, и каждый из нас рискует жизнью, — но ты должен приложить все возможные усилия, чтобы сделать это. В выборе между своими и чужими необходимо всегда выбирать своих, — даже если в остальном выбор несоразмерен. Один твой подчиненный должен быть дороже для тебя, чем сотня посторонних. Только если ты верен своим людям, ты можешь рассчитывать, что они будут верны тебе.