Александр Нестеров – Роение пчелиной семьи и «доска Таранова» (страница 12)
После выхода первого роя со старой маткой в гнезде остаются несколько зрелых маточников. На девятый день выходит второй рой (рой-вторак) — с молодой неплодной маткой. Иногда, при очень сильной семье, может выйти и третий рой.
Когда роение заканчивается, в семье остаётся несколько молодых маток (вышедших или готовых выйти). Между ними возникает конкуренция.
И тут начинается драма. Улей превращается в арену гладиаторских боёв. Матки ищут друг друга, сражаются. Победительница получает всё. Жестоко? Да. Но это закон природы. В улье нет места сантиментам.
Таранов (книга 1961) описывает финал:
«При окончании роения пчёлы изолируют матке проходы к прежним маточникам; матка прогрызает их сбоку, затем в образовавшееся отверстие вставляет конец брюшка и жалом умерщвляет маток.»
Остаётся одна матка — та, которая первой вышла и оказалась самой сильной. Через несколько дней она совершает брачный вылет, спаривается, и семья возвращается к нормальной жизни.
Какие факторы вызывают окончание роевого состояния?
Таранов в 1962 году честно признавался:
«Какие факторы вызывают окончание роевого состояния семьи — ещё не выяснено.»
Это остаётся одной из открытых проблем пчеловодной науки.
Закладка маточников — это не просто «строительство колыбелей для новых маток». Это сложный, многоступенчатый процесс, в котором переплетаются:
Физиология (скачок яйценоскости, развитие яичников и воздушных мешков матки);
Этология (пение маток, сигнализация между свободной маткой и матками в маточниках);
Экология (связь с трутневым расплодом, влияние температуры);
Практика (отличие роевых маточников от свищевых и маточников тихой смены).
Первое, что видит пчеловод при осмотре, — маточники — на самом деле одно из последних звеньев в длинной цепи подготовки к роению. К моменту их появления процесс уже идёт полным ходом, и остановить его чрезвычайно трудно. Именно поэтому так важны ранние диагностические признаки: изменение поведения свиты, появление трутовок, увеличение массы тела пчёл.
Если вы заметили маточники — вы уже опоздали. Настоящая борьба с роением начинается за три недели до этого, когда пчёлы ещё не заложили ни одной мисочки, а только начинают толстеть и бездельничать.
Маточники заложены, молодые матки выводятся, старая матка худеет и готовится к вылету. Но кто из пчёл полетит с ней, а кто останется в материнской семье? На первый взгляд, это кажется случайностью. Но Таранов показал, что распределение подчиняется строгим закономерностям. В седьмой главе мы рассмотрим, какие группы пчёл и в каком соотношении распределяются между роем и материнской семьёй, и как возраст пчелы влияет на её «решение» улететь или остаться, как происходит разделение — и почему одни пчёлы уходят, а другие остаются.
Ключевые выводы
Закладка маточников — это не просто «строительство колыбелей для новых маток», а многоступенчатый процесс, в котором переплетаются физиология, этология и экология.
Маточники не появляются на пустом месте. Им предшествуют мисочки — чашеобразные углубления, которые пчёлы строят заранее.
К моменту появления маточников процесс роения уже идёт полным ходом, и остановить его чрезвычайно трудно. Именно поэтому так важны ранние диагностические признаки.
7. РОЛЕВОЕ РАСПРЕДЕЛЕНИЕ ПРИ РОЕНИИ: КТО УХОДИТ, КТО ОСТАЁТСЯ
В предыдущих главах мы рассмотрели, как пчёлы и матка готовятся к роению. Теперь наступает кульминация — сам выход роя. В этот момент семья разделяется на две части: одна покидает улей со старой маткой, другая остаётся на старом месте с расплодом и молодыми матками.
Что чувствует пчеловод в этот момент? Сердце колотится, руки трясутся. Роевня наготове. Шест с рамкой суши наверху в руках. Ведро воды с веником для создания дождя для роя — в работе. Ты с шестом за роем вслед, а он на дерево взлетел, да так высоко, что в пору лестницу хватать... Пчёлы кружатся в воздухе, гул стоит ровный, глухой, ни на что не похожий — будто сам воздух вибрирует. И главный вопрос: кто полетит, а кто останется? Почему одни пчёлы выскакивают из летка, как по команде, а другие спокойно сидят на сотах, будто ничего не происходит?
Как происходит это разделение? Кто принимает «решение» уйти или остаться? И почему рой, улетевший на новое место, не возвращается обратно, даже если новый улей стоит в нескольких метрах от старого?
Таранов дал ответы на все эти вопросы в серии экспериментов 1947–1955 годов. Рассмотрим их по порядку.
Каждый пчеловод наблюдал эту картину: во время выхода роя часть пчёл возбуждённо выскакивает из летка и кружится в воздухе, а часть продолжает спокойно сидеть на сотах. Одни пчёлы явно «знают», что им пора улетать. Другие столь же явно «знают», что им надо оставаться.
Вот тут и кроется загадка, которая долго мучила исследователей. Если рой — это единый организм, почему он действует так несогласованно? Где команда? Кто отдаёт приказ?
Таранов (1947) первым объяснил это различие. Ответ оказался простым и изящным: распределение пчёл при роении определяется тем, занята пчела работой или нет.
Бездеятельные молодые пчёлы, которые накопились в семье за время подготовки к роению и висели гроздьями в свободных местах улья, уходят с роем. Пчёлы, загруженные работой (кормлением расплода, приёмом нектара, охраной летка), остаются.
Никакой магии. Никакого «коллективного разума». Всё решает одна простая вещь: есть у пчелы дело или нет. Занята — остаётся. Бездельничает — улетает.
Это не «решение» в человеческом смысле, а автоматическое поведение. Сигнал к выходу роя — возбуждённые «танцы» пчёл-разведчиц, нашедших новое жилище, — действует только на бездеятельных пчёл. Занятая пчела просто «не слышит» этого сигнала и продолжает делать своё дело.
Таранов (1962) резюмирует:
«Звуки воздействуют не на всех пчёл, а только на тех, которые находятся в соответствующем физиологическом состоянии, внешнее проявление которого характеризуется их бездеятельностью.»
Это объяснение снимает все спекуляции о «коллективном разуме» роя или о «приказе», который матка отдаёт пчёлам. Никакого приказа нет. Есть физиологическое состояние и есть сигнал. Совпало — пчела улетает. Не совпало — остаётся.
Таранов провёл прямые эксперименты, чтобы точно установить, какие именно группы пчёл уходят с роем.
Как это делалось? В семью, готовящуюся к роению, помещали пчёл, помеченных цветными точками на спинке. Пчёл метили в зависимости от того, где они находились: на расплоде, на медовых сотах или в висячем положении в свободных пространствах улья. А после выхода роя подсчитывали, сколько меченых пчёл осталось. Трудоёмко? Да. Но результаты того стоили.
После выхода роя подсчитывали, сколько меченых пчёл осталось.
Результат (1947):
Распределение пчёл при выходе роя в зависимости от их занятости (по Таранову, «Возникновение и развитие инстинкта роения в пчелиной семье», 1947, 202)
Висели в свободных пространствах
Было меченых: 118
Осталось в улье после выхода роя: 0
Улетело с роем: 100%
На недостроенных сотах
Было меченых: 21
Осталось в улье после выхода роя: 3
Улетело с роем: 85,7%
На пустых сотах
Было меченых: 33
Осталось в улье после выхода роя: 13
Улетело с роем: 60,6%
На сотах с расплодом
Было меченых: 190
Осталось в улье после выхода роя: 113
Улетело с роем: 40,4%
Из висящих бездеятельных пчёл с роем ушли все до единой. Среди пчёл на расплоде доля ушедших была вдвое меньше — около 40%.
Вглядитесь в эти цифры. Сто восемнадцать пчёл, которые висели без дела в свободных пространствах, — улетели ВСЕ ДО ЕДИНОЙ. Сто процентов. Ни одна не осталась.
А те, кто сидел на расплоде? Из ста девяноста улетело только семьдесят семь. Сорок процентов. Пчела, у которой есть личинки на вскармливании, остаётся. Потому что ей не до роения. Она кормит их, она согревает их, она переходит от одной ячейки к другой и снова кормит. У неё нет времени бездельничать.
Эти цифры подтвердились и в других опытах. Таранов поставил контрольный опыт: если из семьи, готовящейся к роению, убрать весь расплод, с роем уходит почти 90% пчёл. Если добавить расплода для выкармливания — доля уходящих резко снижается.