Александр Наумов – Прошлое в тени настоящего (страница 11)

– Ты у меня очень красивый мужчина. Но только мой! Запомни это!

– А если?

– А если не будет. Ты меня знаешь! Так что там с этим кафе?

– Слушай, про него мы почти не говорили, а вот маяком я заинтересовался.

– Маяк? А, ну да! Точно, он там вдалеке виднеется, заброшенный. А что с ним?

– Я не знаю. Она спросила меня, где можно про него навести справки.

– Какая увлеченная старушка: и бизнес начинает, и историей интересуется! Хотела бы я, дожив до ее возраста, так смаковать эту жизнь. Можно сегодня поискать информацию об этом маяке.

– Давай как-нибудь в другой раз. Вечер только начинается для нас! – И он, прижав ее к себе, поцеловал. Нежно, как он умел и как она любила.

Глава 8

Проснувшись посреди ночи, доктор Клементьева долго не могла заснуть. Решила, что раз сна нет, нужно почитать. В последнее время его, этого времени, совсем не было. Поток пациентов увеличивался с каждым днем. Все больше и больше людей ее рекомендовали своим друзьям, родственникам или коллегам по работе.

Забавно было вспоминать, как когда-то в обществе считалось, что быть психологом – это скорее какое-то ребячество, чем серьезная специальность. Сейчас ей было смешно даже об этом говорить. Мир изменился, к сожалению или к счастью, но он стал таким, что людям очень тяжело самостоятельно справляться с грузом проблем, которые им заботливо готовить жизнь.

Живет себе человек, вроде все у него очень даже неплохо: семья, дети, любимый партнер, мама, папа. Все вроде как ладится. Но потом щелчок – и летит все в пропасть. Первое, что вскрывается, – это детская травма и не одна. И не надо обольщаться, думая, что их у кого-то нет!

Даже самые любящие и идеальные родители наносят их своим детям. И делают они это неосознанно, потому что сегодняшние родители – это вчерашние дети, и их тоже когда-то травмировали. Вот такой апокалипсис поколений на первый взгляд.

Но она как опытный врач знала, что с этим всем можно и нужно работать. Безусловно, это больно, но без нее не перейти на новый уровень. Никак! Даже спортивный массаж, который призван разогнать лимфу и дать тебе обновление мышц, всегда идет через боль. Да, тайский или балийский – это скорее про поглаживание и расслабление, но они без глубины. А доставать что-то со дна всегда очень и очень тяжело.

Оно, это прошлое, словно крючок, постоянно цепляется за груду камней. Они все разных размеров, но каждый имеет одну и ту же цель. Они хотят утянуть тебя глубже, чтобы однажды ты не всплыл. И психолог, словно профессиональный рыбак, аккуратненько, чтоб не спугнуть чувство любви к себе, тащит тебя на поверхность, чтобы познакомить с самим собой.

Это колоссальный труд, требующий терпения, понимания и принятия. Хорошим психотерапевтом все же рождаются. Однажды она это поняла. Да, можно вызреть в достаточно грамотного специалиста, но лекарем заблудших душ по учебнику не станешь. Это что-то очень тонкое. Должно произойти совпадение между тобой и твоим пациентом, тебе должны начать доверять.

Ей было приятно, что все больше людей хотели записаться на прием. Очень вдохновляет, когда твоя работа приносит удовольствие тебе и пользу людям. Это магия, подарок вселенной. Делаешь с полной отдачей и страстью то, что любишь, и при этом понимаешь, что меняешь чей-то мир в лучшую сторону. И это дарит крылья и мотивацию двигаться вперед. Ведь на самом деле работа психолога, а тем более клинического, – тяжкий труд.

К тебе не приходят счастливые люди, к тебе стучатся полные отчаянья личности, которые так сильно запутались в себе и своем прошлом, что видеть не хотят настоящее, а не то что думать про будущее. Им ничего не хочется. Они дошли до ручки и даже рискнули заглянуть дальше. Одной ногой они часто там, откуда вернутся сложно!

Им кажется, что свет потушили и его уже не включат никогда. И больше всего их пугает не сама проблема, их страшит слабость перед ней. Им кажется, что они никогда с ней не смогут справиться. Даже если они будут стараться, даже если у них будут небольшие успехи, случается малейший триггер, и они западают вновь. Причем еще глубже. Это болото, и они его узники!

Самый критический момент, о котором она всегда помнила и который всегда старалась держать под контролем, – эта день, когда пациент с гордостью и уверенностью заявляет тебе, что все, он справился! Он утверждает, что стабильно стоит на ногах, знает, как обуздать свою проблему. И в целом она уже какая-то обычная задача, и он ее либо уже решил полностью или вот-вот добьет!

Как же они ошибаются в этот момент! И как же им будет больно скоро! Она все это знает и терпеливо ждет. Эйфория проходит очень быстро, и реальность накрывает с такой мощной силой цунами, что сносит крышу далеко и надолго. И если рядом нет специалиста, если человек предоставлен сам себе, то последствия могут быть плачевными.

И только после того как пациент проживет под наблюдением и такое состояние фола, первого жесточайшего разочарования, только после того как при поддержке психотерапевта он поднимется вновь, смело посмотрит в глаза правде и признает для себя, что это будет долгий путь, который не пробежать спринтом, как только полюбит этот марафон помощи себе, только тогда доктор Клементьева немного расслабится.

Но только совсем немного, потому что это будет началом. Началом протяженного пути, на котором встретятся еще достаточно слез, криков, боли и ненависти, но также будут и вера в себя, улыбки, энтузиазм. Будет очень много эмоций и чувств, но все они будут от изначальной любви к себе. Вот тогда можно будет сказать, что поезд встал на нужные рельсы, и мы отправляемся в длительное и увлекательное путешествие. И, скорее всего, жизни не хватит, чтобы со всем разобраться и заглянуть в каждый уголок.

Однако каждый, кто готов вложиться в себя терпением, начинает видеть этот мир совсем другим. Благородные сплавы крепчают на изломе. Преодоление сдирает с тебя шкуру жертвы, и ты примеряешь костюм творца своей реальности. Больше не надо тратить массу сил, чтоб обвинить кого-то. Больше не надо страдать, потому что все страдают. Больше не надо искать крайних, когда ты есть сам у себя.

Ты просто берешь ответственность за свою жизнь и начинаешь ее строить такой, какой хотел бы ее видеть. Ты перестаешь ждать от кого-то сюрпризов и начинаешь делать их себе сам. И все потому, что ты наконец-то слышишь себя и понимаешь, что ты хочешь. Именно ты! Твои желания и эмоции, они не могут быть правильными или неправильными, кому это решать?! Есть твои чувства, и этого достаточно для того, чтобы их прожить!

Хочешь злиться – злись! Хочешь плакать – плачь! Хочешь кричать – кричи! Ты – живой! Ты – разный! Ты – настоящий! И в этом твоя ценность! Это самое главное, что есть у тебя. Твоя реальность будет такой, какой ты хочешь. И не потому что есть доктор Клементьева рядом, а потому что ты был готов к изменениям. Ты сделал этот сложный первый шаг. Ты отряхнул бетон со своих ног и продолжил движение, несмотря на все сложности. Ты – молодец!

Именно это она очень часто говорит своим пациентам. Какие они большие молодцы и как сильно она гордится каждым из них. Новый посетитель ее кабинета – эта новая картина. Только, в отличие от белого холста художника на старте, у нее противоположные исходные данные. Она работает с черной, как смольный уголь, поверхностью, с которой крайне деликатно, слой за слоем, снимает мрак, чтобы открыть светлые участки личности. И потихоньку начинает вырисовываться история.

Ты освобождаешь пространство, чтобы проявилось явное, то, что уже есть там. Оно просто придавлено прошлым, нужно немного помочь и картина начнет проявляться. Этим она и занимается, изо дня в день, из года в год.

В ту ночь ей захотелось почитать своего любимого Адлера. Очень много сил ушло на профессора и этот эксперимент с ним. До сих пор она не была уверена, что поступает правильно. Да, ей придется нарушать границы запретного и этического, но ему так нужна была помощь, она не смогла отказать.

Теперь каждый сеанс она будут говорить про Сергея, про то, как он переживает травму потери своего единственного сына. Получается, что обсуждать одного пациента с другим. Боже, доктор высшей категории, как далеко ты готова зайти и что придется за это заплатить?

Оправдывала эту авантюру она только тем, что случай был настолько клиническим и настолько серьезным, что терять ему было уже нечего. А ей? У нее не было ответа. Вызов себе? Возможно! Справится? Время покажет! Ведь Альфред Адлер тоже когда-то шел против течения и был создателем системы индивидуальной психологии. Может, сейчас тот самый момент, когда и она должна выйти за рамки своего профессионализма?

Ведь, согласно труду уважаемого австрийского психиатра, характер человека складывается под воздействием его жизненного стиля, в котором реализуется потребность превосходства и компенсации «комплекса неполноценности», который в свою очередь рождается в результате того, что большинству детей присуще ощущение собственной неполноценности по сравнению со всемогущим взрослым.

Что и стоило доказать! Ты уже виновен тем, что ты – родитель, ведь у тебя есть ребенок! Статистика наложит на каждого из вас свое клеймо ущербности, и страдать вы будете оба. Отсюда и стремление у многих к власти, как к самой простой из компенсаторных техник.