Александр Наумов – Прошлое в тени настоящего (страница 13)
– Сегодня немного лучше!
– Отличные новости. Что помогло?
– Знал, что буду встречаться с вами.
– Что еще?
– Еще мне не терпится знать, как там складывается у Сергея.
– Я не думала, что мужчины могут быть такими любопытными!
– Это не любопытство, а тонкая нить к моему спасению.
– Я в этом не уверена до конца. Я хоть и согласилась на данный эксперимент, но должна вам сказать, что его последствия могут быть очень даже печальными.
– Вы уже меня предупреждали, доктор. Я же сказал вам, что в случае, если у меня начнется регресс, беру всю ответственность на себя. Вы не виноваты.
– Ладно, время покажет. Будем думать позитивно.
– Ну, и что нового в жизни Сергея?
– Вы так легко задаете свой вопрос, будто пришли посмотреть какой-то спектакль в театре жизни!
– А ваших словах есть мудрое зерно. Все мы что-то за кем-то повторяем и копируем. Учимся чему-то. Нам так проще. Играть роли, надевать маски.
– Я очень рада, что вы это осознаете. Я вижу прогресс в вашем лечении.
– Да уж. Как это звучит неприятно!
– Что именно!
– Это слово «лечение». Вы не представляете, как противно быть больным. Но что мы обо мне так много? Сергей вас тоже радует своим прогрессом?
– Очень даже.
– Мне кажется, или он вам симпатичен?
– А какое дело это имеет к нашему эксперименту?
– Просто так, захотелось узнать.
– Просто так я не хочу вам отвечать.
– Как скажете, доктор Клементьева. В том, что я вам понравился, вы тоже признались не сразу
– Профессор, достаточно!
– Окей, окей.
– Я могу продолжать?
– Я весь в вашей власти!
– Так вот про Сергея. У него появился интерес.
– К вам? – прервал ее он.
– Вы опять?
– Молчу!
– У него появился интерес к конкретному месту. Что вы смеетесь?
– Хотел задать встречный вопрос.
– Задавайте!
– Нет. Вы обидитесь. Или выгоните меня с кабинета.
– Профессор, вы станете когда-нибудь серьезным?
– Нет!
– По крайней мере, честно.
– Доктор, вы же понимаете, что все относительно. Люди и слова врут, и только поступки и действия говорят правду!
– Я бы сказала, что люди могут врать, а поступки иногда могут совершаться не по своей воле.
– Чушь! Человек делает выбор. Он может руководствоваться разным: выгодой, страхом, гордыней, желанием понравиться, самопожертвованием.
– То есть его выбор продиктован всегда темными сторонами личности?
– Отнюдь! Смелость, честь, жизненные принципы тоже помогают нам сделать выбор.
– Профессор, интересную тему вы подняли. Вы согласитесь со мной, что жизнь очень терпелива к нам: сколько бы раз мы ни ошибались, частенько нам дают как минимум еще один новый выбор.
– Да, это так!
– Поэтому ваше одностороннее заявление, что люди врут, резануло меня своей радикальностью.
– Знаете, доктор, а для меня оно прозвучало как готовность открыто посмотреть в свою природу. Мы полны несовершенств, и история человечества это доказывает! Поспорите?
– Нет. При этом, как вы согласились, выбор за нами. Как многое мы готовы отдать на растерзание инстинктам? И за что готовы брать ответственность, меняя себя в лучшую сторону?
– Так что там у Сергея за интерес? – сменил он тему.
– Его привлекает маяк напротив бухты, около соснового парка. Туда он приходит в плохую погоду. Он хочет разобраться, что с ним было раньше. Вроде как трагедия на нем произошла.
– Вот и правду загадка, что же там такого случилось!?
– У меня нет пока подробностей. Как они появятся, я обязательно вам, профессор, все расскажу.
– Буду ждать с нетерпением, док!
Глава 10
– Я заметила, что сегодня вы были к себе благосклонны. Поспокойнее как-то.
– А, Ирина, это вы! – Сергей на мгновенье отвернулся от моря, чтобы поздороваться со своей новой знакомой. Он уже около получаса стоял и пристально смотрел вдаль. Словно ждал чего-то или кого-то. Будто знал, что ему нельзя уходить. Там, за горизонтом есть ответ на еще не заданный вопрос, и он должен, просто обязан его услышать.
– Смотрите на маяк?
– Какой маяк?
– Ну, вот тот, о котором мы говорили с вами в прошлый раз!
– А, да. Изучаю его, – ответил молниеносно он. Случился тот самый момент, когда жизнь подарила неожиданный ответ, в который можно нырнуть, ничего не объясняя и не придумывая. Такое мерзкое чувство у него было всегда, когда он не хотел что-то делать или говорить, но понимал, что надо. По вежливости или по глупости, но надо! Приходилось выкручиваться и часто наступать на горло своей значимости. Вот и поругала бы его за это доктор Клементьева. Ничего нет ценнее у тебя, чем ты сам! – эту мантру он зазубрил уже наизусть.
– Что изучили?
– Не понял?
– Спрашиваю, что-то узнали про маяк уже?
– Так, совсем немного.
– Как здорово, и я тоже! Давайте расскажем друг другу и сравним информацию.