Александр Науменко – Когда проснётся ведьма (страница 13)

- Почему вы вечно орёте, и меня никогда приплести не забываете.

К счастью, Денис находился на работе. Незачем супругу было слышать всё это. А вот ей досталось. Досталось с самого детства, и теперь, когда вышла замуж, старые привычки продолжались. Ещё ребёнком, вот так, прислонившись спиной к стене, она прислушивалась к крикам, впитывая слова, запоминая их. Дома никогда не было понимания. Родители особо с ней не сюсюкались, хотя и покупали всё. Бабка также. Но только для девочки требовались не только подарки, но и нечто большее, что отец с матерью никогда дать не могли. Тепла. Самого нормального, обычного семейного тепла. Марине часто приходилось завидовать Алине, в семье которой отношения складывались просто прекрасно. Ей всегда хотелось иметь другую семью, как у подруги. Поэтому, наверное, часто у той и обитала, а порою и ночевала. Там царила дружба и понимания, семейная идиллия.

- Пффф, - выдохнула она, направляя пульт на телевизор, собираясь добавить звука.

Родители вновь закричали, и Марина поморщилась. Визжал отец, в самом прямом смысле этого слова. С покрасневшим лицом и выкатившимися глазами, он, наверное, орал во всё горло, да так, что слышали не только соседи, но и на улице. Это было нечто новенькое. Один из родителей разошёлся окончательно.

- Тише, - шептала девушка, всё ещё держа пульт, поглаживая подушечками пальцев круглые и прямоугольные кнопки. - Тише, пожалуйста. Тише. Тише.

Она повторяла эти слова раз за разом, точно они могли принести облегчения, продолжая впитывать в себя ругань, рвущиеся наружу злобные и оскорбительные выражения. А затем всё резко смолкло. Воцарилась звенящая тишина.

- Маринаааа! - послышался вопль матери. - Сюдааааа!

"Да что же там ещё произошло?"

Вскочив с дивана, отшвырнув одеяло, которым укрывала ноги, девушка выбежала из комнаты, чувствуя, что произошло нечто неожиданное. Так и оказалось. На кухонном полу лежал отец, дёргая конечностями, пытаясь встать. Его глаза находились навыкате, а лицо кроваво-красное. Под ним образовалась лужа.

- Скорее вызывай скорую! - приказала Виктория Павловна, склонившись над мужем, что-то пытаясь делать.

- Что случилось?

- Да не стой ты столбом. Мигом звони врачам!

- Сейчас.

Снова оказавшись в комнате, девушка схватила телефон, трясущейся рукой набрала короткий номер, дозваниваясь. На том конце ответили, и она поведала о произошедшем. Теперь оставалось только ждать.

- Что... Что случилось?

Марина встала позади матери, с ужасом наблюдая за безуспешными попытками отца подняться.

- Я думаю у него инсульт, - объявила женщина, судорожно вдыхая и выдыхая воздух.

- Врачи должны вот-вот приехать.

И они приехали, и увезли Сергея Романовича в больницу. А диагноз Виктории Павловны подтвердился. У отца парализовало правую часть тела. Лёжа на больничной койке, тот мог что-то нечленораздельно мычать, но спустя какое-то время стал выговаривать слова более отчётливо. То ли через неделю, то ли дней через десять. Пальцы на руке также задвигались, подчиняясь контролю мозга.

- Ну как ты? - каждый раз спрашивала Марина, приходя в больницу, принося пакет с фруктами, соком и йогуртами.

- Всё ещё живой пока, - также постоянно отвечал Сергей Романович.

- Да вы ещё проживёте о-го-го, - пытался подбадривать его Денис, сопровождая супругу.

Виктория Павловна заходила к мужу часто, по нескольку раз в день, что удивляло Марину. То они жили как кошка с собакой, а теперь чуть ли не отходит от нелюбимого мужа. Вот уж ей никогда не понять отношений родителей.

* * *

Она находилась в квартире, наслаждаясь тишиной. За окном лупил дождь, ударяясь о стекло, приятно лаская слух. Марина выключила даже телевизор, прикрывая веки, сливаясь с шумом природы, слегка раскачиваясь на диване. Но такое состояние продлилось недолго. Звякнул телефон, раз, другой.

- Ты почему так долго трубку не берёшь? - поинтересовалась мать.

- Медитировала, - отозвалась дочь.

- Что-что? А, понятно. В общем, тут такое дело. Я сейчас в больнице. Минут через тридцать отца должны выписать, и я его привезу. Ты это, подготовь там комнату и всё такое.

- Хорошо, - коротко бросила девушка, отключаясь.

Она со вздохом встала, приближаясь к окну, выглядывая. Дождь лупил сильный, но он мгновенно и замерзал, так как на улице нынче температура упала где-то до трёх мороза.

- Вот уж погодка... И собаку не выгонишь.

Марина была счастлива, что находилась дома, а не под этим ледяным ливнем, как некоторые бедняги, коих она видела с высоты квартиры.

"У них, наверное, просто нет выбора".

- Жаль, что тишина длилась совсем не долго.

Она направилась в отцовскую комнату, доставая из шкафа постельное бельё, заправляя кровать, наволочки, простынь, пододеяльник. Теперь о спокойствие можно позабыть. Обычно Денис целыми днями торчал на работе, а мать где-то пропадала, возвращаясь только вечером. А теперь, наверное, именно на неё ляжет обязанность ухаживать за отцом. Ведь она безработная, домохозяйка.

- Так, ничего не забыла? - оглядела Марина комнату, задумчиво обводя обстановку взглядом. - Да вроде нет.

Выйдя на кухню, девушка уселась за стол, попивая кофе, такой, как и любила, чёрный, без сахара, продолжая разглядывать капли дождя, что стучали по окну, почти мгновенно замерзая, превращаясь в корку льда.

- Да где они есть? - спросила она саму себя, поглядывая на часы.

Прошло полтора часа со звонка. Тогда сама Марина сделала несколько попыток дозвониться до матери, а после и до отца. Их телефоны оказались выключенными.

- Неужели ещё не выписали?

Она заходила из стороны в сторону, прислушиваясь к работающему лифту, не на их ли этаж он приехал? Потом вновь брала мобильник, начиная звонить раз за разом, ощущая уже, что случилось нечто нехорошее.

- Ну давай, возьми трубку.

Где-то в половине пятого, когда за окном стемнело, телефон зазвонил. Это был мужчина, незнакомый. Он принёс ужасные новости. Мать с отцом, возвращаясь из больницы, погибли в автомобиле.

- Авария была страшная, - говорил он нейтральным голосом, в котором не слышалось сочувствия. - Шансов никаких. Дорога скользкая... И если это вас хоть как-то утешит... Ваши родители погибли мгновенно, без мучений.

"Что? Нет! Такого быть просто не может".

Не желая слышать этих новостей, Марина с силой швырнула телефон о стену. Тот разлетелся пластиком и микросхемами, падая на пол. Сама же девушка, закрыв уши ладонями, попыталась заглушить нейтральный голос незнакомца, но тот продолжал звучать у неё в голове.

"И если это вас хоть как-то утешит... Ваши родители погибли мгновенно, без мучений. И если это вас хоть как-то утешит... Ваши родители погибли мгновенно, без мучений. И если это вас хоть как-то утешит... Ваши родители погибли мгновенно, без мучений. И если это вас хоть как-то утешит... Ваши родители погибли мгновенно, без мучений".

- Хватит, - прошептала она слабым голосом, с каждым новым словом повышая тон, а в конце чуть ли не крича. - Хватит. Хватит! Хватит! Хвааааааатиииииит! Зааааааткниииииись!

Всё исчезло, и Марина стояла посредине кухни в полной тишине, глядя на отнятые от ушей ладони, будто гадалка, которая хочет прочесть собственное будущее. Прошлое известно, будущее туманно, а вот настоящее не слишком хорошее.

"А было ли всё на самом деле? Может никто не звонил, и всё это мне привиделось?"

Последующие дни запомнились как-то не особо. Беготня, похороны в зимний день. На кладбище и после собралось много людей. В основном помогала Алина, а Денис находился на своём рабочем месте, не имея возможности или просто не желая участвовать во всём этом. Василиса Ивановна держалась рядом с сыном, бросая короткие взгляды на невестку.

- Держись, - говорили ей. - Сочувствую.

"Да пошли вы все..."

Всё банальность, никому не нужные слова. Лишь ритуал. А после два гроба опустили в землю, начиная закидывать. Народ потянулся к автобусам, так как на кладбище было довольно холодно. Пронзительный ветер промораживал до костей, но Марина всего этого не чувствовала, застыв во времени, в своих воспоминаниях.

- Пойдём, - потянула её подруга.

Согласно кивнув, обе девушки зашагали прочь с опущенными лицами, каждая думая о своём. Алина несколько раз бросала короткие взгляды на Дениса. Тот по-прежнему поддерживал мать, ведя ту к автомобилю, помогая усесться на заднее сиденье.

- Муж у тебя все-таки козёл, - наконец промолвила она.

Марина взглянула на Алину, но от комментариев отказалась.

Гнев ведьмы.

Я знаю этуведьму - она неиз самых страшных.

Синкен Хопп Волшебный мелок

В дверь позвонили, раз, другой. Марина заворочалась в постели, слабо простонав себе под нос. Открыла один глаз, а следом и второй, с ненавистью уставившись на настенные часы. Стрелки показывали половину девятого утра. Слишком рано, чтобы вставать. Хотелось спать, как она привыкла, до обеда.

- Да идите вы к чёрту, - вздохнула девушка, продолжая слушать, как некто трезвонит в звонок. - Слышите меня? Пошли в задницу.

Она перевернулась на живот, снова на спину. Затем откинув лёгкое одеяло, опустила стопы на прохладный пол. Босая, не обременяя себя одеждой, в ночнушке двинулась по узкому коридору, матеря звонящего всеми известными словами.

- Да чтоб вы сдохли.