Александр Можаев – Великий посад Москвы. Подлинная история Китай-города (страница 34)

Владимирская церковь и палаты Измайлова на фото 1850-х гг.

Но, глядя на план, легко заметить, что главный фасад дома, обращенный к Владимирской церкви, имеет обычные для этого времени ризалиты, северный из которых определенно приложен к стене более старой постройки.

Помещение, расположенное за южным ризалитом, также имеет необычную форму, намекающую на то, что оно примыкает к более старому объему.

Если это действительно так, то мы можем предположительно вычленить более старое ядро дома, которое окажется похожим на упомянутые выше палаты Алферьева 1690-х гг. в Петровском переулке. Вернее, получится среднее звено между типом палат Казакова (Ушакова) и Орефьева: продольный коридор (позже переделанный в межэтажную лестницу), семь больших и малых комнат по его сторонам и место для двух симметричных встроенных крылец в дворовых углах получившегося «бруса». Одна из них смотрит во двор, а вторая (теоретически) может служить непарадным выходом в улицу.

20. Палаты при Владимирской церкви

Лубянская площадь (бывш. Никольская, 14)

Согласно записи в рабочих дневниках реставратора Н. Д. Виноградова середины 1920-х: «В углу, около Владимирской церкви, стену закрывает старинный дом XVII в. с колокольней; второй этаж надстроен позднее»[215].

Иных подробностей нет; сохранился рисунок корпуса 1850-х и фотография 1860-х гг., на которых видны сбитые позднее треугольные фронтоны над окнами первого этажа, а также узкие пилястры, характерные для XVIII столетия.

Вероятно, нижний этаж здания строился как богадельня при Владимирской церкви (известна по упоминаниям начала XVIII в). Снесено вместе с храмом и Китайгородской стеной в 1934 г.

21. Палаты Черкасского

Большой Черкасский переулок, 11

В конце XVII столетия усадьба на месте нынешних домов №№ 9 и 11 принадлежала влиятельному князю Михаилу Алегуковичу Черкасскому, бывшему доверенным лицом в московских делах царя Петра Алексеевича. Известно, что в 1708 г. в ней была построена «каменная с главой» церковь[216], что дает возможность предполагать наличие богатого главного дома.

План нижнего этажа палат Измайлова (по чертежу 1790-х гг.) с гипотетическим обозначением более старой части и возможных мест расположения лестниц

Владимирская церковь, справа – дом причта. Акварель 1850-х

Вскоре (возможно, после смерти Черкасского в 1712 г.) южная половина двора отошла к капитану Сергею Васильевичу Аничкову[217]. В документах 1718 г. имеется запись о необходимости «подделать старые палаты»[218] – можно полагать, что речь идет как раз о палатах черкесского князя.

Сейчас участок занимает неисследованное здание конторы и амбаров купцов Носовых, по внешним признакам относящееся к середине XIX в., однако в начале ХХ в. оно описывалось как «какое-то древнее здание с чугунными лестницами и под сводами»[219].

22. Палаты Вологодского подворья

Большой Черкасский переулок, 13

Вологодское архиерейское подворье упоминается как «старое купленое дворовое место» вологодского архиепископа Сильвестра в 1613 г., но отсутствует в переписи дворов Воскресенского переулка 1626 г.

Перепись 1695 г. позволяет лишь приблизительно определить его место, но приводимая Скворцовым мера в 12 саженей по переулку соответствует современному владению № 13[220]. В XVII в. на подворье существовала церковь святителя Стефана Пермского; дата строительства ее каменного здания неизвестна, но это произошло ранее 1690 г.

В расходной книге 1666–1667 гг. перечислены некоторые ремонтные работы, произведенные каменщиком Афанасием Ларионовым на палатах Вологодского подворья[221]. Упоминаются верхние и задние каменные «архиепископли» кельи, при кельях крыльцо с двумя решетчатыми окнами, а также крестовая архиепископская келья с задними сенями, его же верхняя, задняя и задняя малая палатки. В нижнем ярусе упомянуты нижняя малая и другая малая теплая палатки, рыбная палатка, нижние подклеты. И, вероятно, здесь же – две обиходные палаты.

Подворье перестало существовать в 1764 г., современный участок сохраняет неисследованные старинные постройки.

23. Палаты Мышецкого

Новая площадь, 10

Косвенно упоминаются в 1676 г. в связи с арестом имущества вологодского гостя Фетиева (Фетеева), которое было запечатано «на дворе князя Ивана Мышецкого, в полате, в которой жил гость Гаврило Фетеев»[222]. Двор Мышецкого располагался к северу от церкви Иоанна Богослова, позже стал частью более обширного двора князя Ф. Ю. Борятинского. Вся ранняя застройка снесена в 1882 г.

24. Палаты Соковнина

Ильинка, 23

У самых Ильинских ворот Китай-города, к востоку от церкви Николы Большой Крест, располагался каменный дом, выстроенный уже в Новое время, но в прежней палатной традиции. От обычного дома XVII века его отличало наличие восьми (!) нужников в жилом этаже. В мае 1720 г. на дворе стольника Прокофия Федоровича Соковнина[223] каменных дел подмастерье Семен Афанасьев подрядился «зделать» на участке размером 12,5 × 7 саженей палаты «о дву жильях», то есть двухэтажные.

В 1722 г. «на крышу полатного строения» закуплена черепица.

Сохранившийся подряд на строительство столь детален, что ниже мы приведем развернутую цитату.

«В ысподних жильях девять полат да двои сени, два крыльца, а крыльца сделать с выпуском. И вышиною зделать в ысподних палатах от полу до замку по четыре аршина, а стены толщиной зделать налишныя в три кирпича, а простенки в полтретья кирпича. А в верхних жильях зделать адиннатцать полат да двои сени, да восемь нужников. Налишныя у полат зделать стены в полтретья кирпича, а простенки в два кирпича, а от полу до замков в жилье зделать вышины по пяти аршин. Да отломать полатку, что над выходом, и зделать вновь <?>…да зделать двои двери на сводах да в нижние полаты зделать два хода ступеньми каменными. А под теми полатыми рвы выкапать, и из нижних полат землю выносить ему, подрятчику, своими работниками, и сваи бить всякими снастьми своими ему, подрятчику. А в верхних в трех полатах подмазать стены с алебастром, а в других, в верхних и в нижних, и с наличья те полаты выбелить известью. А верхние и нижниа полаты построить сводами, а кружало и палубы сделать под своды ему ж, подрятчику, а в двоих сенях, и на крыльцах, и в двоих пекарнях, и в особливой полате, и в передней вымостить полы лещадью, а у нужников у всех делать по двои двери, а полы у нужников выстелить лещадью же. И зделать те полаты все на срок сего ж семьсот двадесятого году октября к первому числу, а делать те полаты каменщики пятнадцатью человеки, а окошъки и двери делать ему сколько ему, господину, где понадобитца в пристойных местах. А ежели где в полатах будет теска над дверьми, и над окнами, и над стенами, и от той тески брать с каменной и с кирпишной с аршину по осми денег. Палаты строить самым добрым мастерством по чертежу, а будет и по чертежу пристроинства какова в строени архитектурским сматрением в чем не приидет, и ему то строение переделать вновь, как он, господин и архитектур повелит за тою ж рядою. И будет в тех полатах и в ысподних, и в верхних, против вышеписанного учинитца какая поруха, расселины в сводах или в стенах, и во всем строени, или порушатца в десять лет, и той порухе починку до десяти лет починивать ему, подрятчику за тою ж рядою. А зделать крыльцы и полатки над крыльцы против обрасца иназемца Гаврила Андреева сына Сауста»[224].

Дом аптекаря Г. А. Саулса на Чистых прудах (Покровка, 7), видимо, был поставлен по лини улицы в 1702 г. Известен по подряду 1714 г., когда к нему пристраивали четыре новые палаты на погребах[225]. Все старые постройки на углу Ильинки и Новой площади снесены к 1909 г. для строительства зданий Северного страхового общества.

Между Ильинкой и Варваркой

Уникальный характер района, заключенного меж Ильинской и Варварской улицами, определялся присутствием двух важнейших городских объектов – Гостиного и Посольского дворов. В кварталах за ними в XVII в. сосредоточилось множество богатых купеческих усадеб, застройка которых стала сменяться на каменную в середине столетия. Как и на северной стороне Ильинки, частные дворы чередовались с монастырскими подворьями. Меж большими улицами тянулись Введенский (ныне Рыбный), Посольский (Никольский) и Ипатский (Ипатьевский) переулки, важность которых иногда позволяла называть их улицами.

К началу XVIII в. подавляющее большинство владений имели каменные дома, а некоторые (как усадьбы гостей Казакова и Шорина) и второстепенные каменные постройки. То есть, в этом районе были сосредоточены десятки сооружений, имевших шанс украсить историю не только московской, но и русской архитектуры – если бы об их архитектуре было известно хоть что-нибудь.

Уцелели единственные купеческие палаты Казакова, по большинству прочих объектов нет никакой графической информации. Странно представить, что на территории несостоявшегося заповедника теперь находится самая унылая часть Китай-города, что не снесено, то спрятано за воротами режимных кварталов.

Не хватает информации по многим владениям, но некоторые древние постройки угадываются на воспроизводимом в этом издании плане 1803 г. Например, на бывшем дворе дьяка Алмаза Иванова (южная часть современного вл. 3 в Рыбном переулке) или на бывшем дворе боярина Григория Филимоновича Нарышкина (Варварка, 7). Еще более очевидны палаты на бывшем дворе Федора Петровича Шереметева (Старая пл., 8 / 5, с. 1), читающиеся на поэтажном плане Юстиц-коллегии 1776 г., но мы не упоминаем их в списке, т. к. не имеем никакой ранней документальной информации. В целом можно предполагать, что в XVII в. территория к востоку от Гостиного двора была наиболее капитально застроенной частью Москвы за пределами кремлевских стен.