В темноте печальных пригородов
Александр Моисеев
© Александр Моисеев, 2020
ISBN 978-5-4498-5969-3
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
В третьем лице
1.
Отче мой, ты трудился, как папа Карло.
С упоеньем строгал мое сосновое тело.
Заколачивал гвоздь в башку, чтоб не отлетела.
Вырезал два глаза, будто одного было мало.
Лучше выстрогал ты бы меня из дуба,
Чтобы крепче были мои складные колени.
Говорят, ты не был раньше замечен в лени,
Так чего ж меня-то сработал настолько грубо?
И кому сделал лучше, скажи на милость?
Мне вот точно всё это совсем не нужно:
Я на что бы не посмотрел – то старо, то скучно.
И чего я тут не слыхал, то тебе не снилось.
Ну, допустим, свалял ты меня, как Ваньку
На потеху себе и недобрым соседским детям,
У меня не спросив, а ведь я недоволен этим!
Может лучше было б: колун мне в башку и – в баньку?..
…Жаль, руки твои не сумеют спасти
Мои деревянные внутренности.
2.
В третьем лице говорил себе как отец ребенку:
Что же ты, чертов сын, никому не веришь?
Что же ты, твою мать, как бульдог болонку
Треплешь свою судьбу? Чьим аршином меришь
Длительность своего сосуществованья
С тем, что есть то ли имя, то ли прозванье?
Сам себе отвечал, исподлобья глядя:
А не пошел бы ты за Макаром следом?
Ты мне чего это лепишь, а, слышишь, дядя?
Повременил бы ты лучше с таким-то бредом.
Будто ты лучше знаешь, что надо делать,
Если то, что внутри, поедает тело?
Что там такое живет, в нетерпенье воя?
Что там скребет, как кошка по половицам?
Что там такое, одно, как в ковчеге Ноя
Ной, журавля нашедший своей синице?
Кто там в натуре, в теле живой природы
Так одинок, что вдохи идут за годы?
***
Санчо Панса неловко сидит в седле,
Улыбаясь печальной своей судьбе.
Вечный спутник странных бродячих лет
Впереди трясется. Когда обед?..
Интересно, сколько еще побед
Надо этому человеку в век?
Дал бы я хороший ему совет,
Да не станет слушать. Весь этот бег
Так способствует аппетиту… Не к
Тому мы идем финалу, одна беда.
Эх, Алонсо, конечно, хороший ты человек,
Архетип, конечно, туда-сюда,
Помнить будут тебя, пролетят года…
Но насущной потребности ни одной
Никогда не вспомнил ты, никогда.
А ведь как всё просто бы, мой родной:
Никуда не надо спешить. Домой
Воротиться, налить, наконец, вина,
Подкрепиться славно – и на покой.
С черепичных крыш потечет луна,
Серебром растекшись по орденам… 
