Александр Мироненко – Перун. Избранник богов. Часть 1 (страница 31)

— Ложись почивать богатырь. — Донёсся слабый старческий голос с полатей. Где проклятая ведьма уже улеглась вместе с дочерью. — Утро вечера мудрёнее.

Глава 10

Он долго крутился с боку на бок, пытаясь устроиться на мягкой перине. Давно уже перевалило за полночь, а сон так и не шёл. За бревенчатыми стенами тихо завывал ветер, и более ничего. Ни надоедливых сверчков, ни гуторящего филина. Никакой живности в этих краях не водилось. Непонятно только чем питается воздушный змей, если вымахивает до таких размеров?

Идиотские мысли лезли одна за другой, не давая ему уснуть. А тут еще ко всему прочему проклятая ведьма удумала храпеть так, что крыша заходила ходуном.

Пару раз за ночь изба сотрясалась и покачивалась. Гремела посуда на полках. Слышно было как выплёскивается варево из казана. Домовина переминалась с одной куриной ноги на другую. Привыкшие к такому сотрясению хозяева, не обращая внимания храпели на печи.

Ближе к полуночи в избу вернулся кот. Огромные зелёные очи сверкнули в отблеске печи. Пареньку стало не по себе. Послышалось довольное мурлыканье. Чёрный кот уплетал оставленные старухой объедки со стола. Поняв, что больше ему не уснуть, тихонечко привстал. Прихватив свой меч.

Ещё когда впервые пересёк порог хаты тут же заприметил лежащий на лавке точильный камень. Присев у края стола принялся придирчиво осматривать обоюдно острое лезвие. На одноручном мече, подарке князя виднелись малые зарубки. Похоже кто — то из прежних хозяев принимал удар на клинок. Обозленно поцокав языком, принялся мерно водить камнем по клинку. Всякий раз высекая поток искр.

Когда казалось — бы все неровности и зазубрены были выведены, придирчивый глаз находил всё новые и новые. Об ногу потерлось что — то мохнатое и тёплое. Послышалось громкое мурлыкание. Немного побродив рядом и поняв, что ему ничего не светит чёрный кот взобрался прямиком на стол. Где, свернувшись калачиком уснул.

Заслышав тихий скрип шагов, юноша поинтересовался:

— Понятно зачем летающие змеи. Для защиты дома. Но зачем вам кот?

Присевшая с противоположной стороны стола старуха с любовью погладила мохнатое тельце. Животное ответило лаской на ласку. Подняв хвост и спину пошло тереться об старуху головой и мордой, не забывая при этом громко мурчать.

— Хочешь верь хочешь не верь, так для души. — Улыбаясь беззубым ртом отвечала старуха. — В здешних краях одиноко. Людей я не очень жалую, раздражают они меня. Ну это ты и сам поймёшь если до старости доживёшь. А вот кошки — это другое дело.

— Я больше собак люблю. — Пожал плечами гость.

— Собаки к человеку привязываются, а коты к дому. Коту плевать на человека с большой колокольни. Кот никогда не пойдет на руки к тому, кого не любит. И если лижет задницу, то только себе. За это их и люблю. Один недостаток, дохнут часто. Только и успеваю привыкнуть.

— Но это ведь не простой кот? — Понимающе кивнул юноша.

— Не простой. — Усмехнулась бабка. — Я его сама заколдовала. Повадился было один торгаш из города к Варваре бегать. Покуда изба наша стояла у берега. Одно время солонину да рыбу мне по реке подвозил. Да такой наглый и прыткий, прямо спасу не было. Пару раз подкарауливал. Бедная девка тогда еще совсем юная была. Я его несколько раз предостерегала, а он себе всё за старое. Ну я его и обратила. Первый десяток лет бегал подле меня, орал. Обратно просился, а теперь вот и сам обвыкся. За уши из дому не выгонишь. Ты пойми дочка моя Варвара, девка хорошая. Только вот нелюдимая. Я сколько раз ей говорила, чтобы в город к людям подалась, замуж вышла. Чего — чего, а приданого я ей насобираю такого что сами князья позавидуют! Но она и слушать не хочет. С головой в учёбу ушла. Сейчас оборотничество осваивает.

В избе повисла долгая тишина. Слышно было как трещать сухие дрова в печи. Когда только бабку успевала их подкидывать? Ведь ни самих дров, ни даже простого топора он не видел. Перун долго собирался с мыслями. Как можно было высказать то чего и сам до конца не понимал? Глядя на трущегося об хозяйку кота спросил, заминаясь:

— Вы спросили меня откуда я. Кто меня прислал. Зачем? Ведь вы и сами всё прекрасно знали.

Бабка долго смотрела не него не мигая. В черных, бездонных будто два колодца глазах вспыхнули огоньки пламени. Всё также поглаживая кота по голове тихо спросила:

— Ответов значит хочешь?

— Хочу. — Как на духу признался он, откладывая меч в сторонку. — Порою мне сняться сны. Даже не знаю, как сказать — то. Будто из другой жизни…. И еще мне кажется, что я здесь чужой.

Ведьма изучающе не сводила с него взора. От этому ему стало не по себе. Когда на печи зашевелилась потревоженная Варвара, обо притихли. Перевернувшись на другой бок, девушка снова уснула. Лишь убедившись в том, что дочка спит по-настоящему старуха тихо продолжила:

— Не зря тебе так кажется. Ты не из нашего мира.

— А от куда же тогда я? И кто я такой? Вся эта сила…. Молнии и облик зверя….

Старуха гневно оборвала его на полуслове, разведя в стороны костлявыми руками:

— От куда ты, мне не ведомо. Но я знаю кто ты. Ты тот самый избранник богов! Которому суждено изничтожить культ. И то что им руководит. Ведь сам культ есть не что иное как неизлечимая болезнь. Опухоль, которую только и остаётся что вырезать. Оставив огромную кровоточащую рану в нашем мире. Но это единственный способ.

— Но почему я?

— Это мне тоже неведомо. На то воля богов. Я долго молила их об избавителе и вот ты здесь. Моя же задача помочь тебе в этой борьбе. Я научу тебя владеть твоими силами. И поведаю тебе всё что знаю о культе и тех, кто его возглавляет.

Юноша искоса посмотрел на старуху. Казалось бы, резкие черты лица ещё больше заострились и вытянулись в тусклом свете языков пламени. Лицо и шея походили на грубо выскобленную из дерева маску.

— С чего ты взяла что я тот самый избранный? Может я просто проходимец…

— Не мели ерунды! — Отмахнулась от него ведьма. Будто от назойливой мухи. — Боги мне всё про тебя поведали, задолго до твоего прихода. Что будет подвластная тебе стихия. Что будешь ты непобедим в личине зверя. Научишься понимать всё людские языки.

— Ну с этим я бы поспорил…. — Хмыкнул гость.

На что ведьма лишь иронично покачала головой:

— А зря! Моё испытание баней ни один смертный ещё не проходил!

— Неудивительно.

— Я тебя трижды спрашивала, тепла ли водица. Ты помнишь?

Он утвердительно кивнул.

— Так вот, спрашивала я у тебя на трех языках. Двое из которых уж ныне забыты и считаются мёртвыми. И каждый раз ты отвечал правильно.

— Я даже не заметил. — Опешил Перун. — Как по мне ты всё время говорила по-нашему….

— А каков он твой родной язык? — Хитро прищурилась старуха. — Кто бы и как бы с тобой не заговорил. Ты всегда его будешь слышать и понимать. А когда будешь отвечать, твой собеседник будет слышать родную речь. Даже с акцентом этой местности.

Сказать, что он был удивлен, вовсе ничего не сказать. Он попросту выпал в осадок, и долго не мог прийти в себя. Тем временем старая ведьма продолжала:

— Я помогу тебе. Но у меня тоже есть несколько условий. Первое ты возьмёшь мою дочь с собою.

— Я не думаю, что…. — Начал было он, но тут же умолк, натолкнувшись на гневный старушечий взгляд.

— Не перечь мне! Так будет для всех лучше. Моя дочка талантливая колдунья. Она значительно увеличит твои шансы на успех. Тем более что ей нужен жизненный опыт общения с людьми. Это единственное что я ей не могу дать. Присмотри за ней. Одна она у меня.

— Я постараюсь….

— Смотри не подведи меня! И вот еще что. Моё второе условие такое. Сейчас я помогу тебе бесплатно, ведь на то воля богов. Но коли ты обратишься ко мне во второй раз, то заплатишь кровью.

— Жертвоприношение? — Напрягся хлопец.

— А ты не так глуп, как кажешься. — Уродливо усмехнулась ведьма.

Сейчас её лицо более походило на хищную птичью морду. Широко расставленные глаза смотрели жутко и неотрывно. Острый крючковатый нос начал походить на клюв.

— Что именно ты хочешь?

— Я же сказала! Пока ничего. Если снова придёшь за помощью, приведёшь мне ребёнка. Но не простого! А родной с тобой крови.

На миг ему привиделись холодные серые стены. Тянущиеся с боков когтистые лапы. Жуткие перекошенные хари. Рогатая огненно — багровая тварь, хохочущая над ним. Ещё миг и видение растаяло будто и не бывало. Для себя тут же дал зарок, ни при каких обстоятельствах более не обращаться к ведьме. Пускай хоть рвут его на части. Пущай гонятся по пятам все змеи мира… но ноги его больше не будет на этом пороге.

— Идёт. — Согласно кивнул парень. — А теперь поведай мне всё что тебе известно обо мне и этом культе.

Ведьма посмотрела на него из-под бровей, предостерегающим взором. Но смолчала. Обернувшись на спящую дочь тихо произнесла:

— Ну коли так, сиди и слушай. И не вздумай меня перебивать! Я этого не люблю. Полагаю, ты уже имел несчастье столкнуться с культистами одноглазого лиха. Так называю их я. До того, как они сами себя зовут мне никакого дела нет. С этим культом не так всё просто, как кажется. Они обладают небывалой для колдунов силой. Каким бы не был великим и могучим маг, ему не подвластны заклятия возвращения к жизни неживого. Это перечит самим поконам нашего мира. Но как ты уже мог убедиться, культисты подымают мертвецов сотнями. Я потратила не одну сотню лет чтобы докопаться до истины. И то что я сейчас поведаю тебе является самой страшной тайной….