Александр Михайловский – Алый флаг Аквилонии. Итоговая трансформация [СИ] (страница 60)

- Сергей Петрович, а вы что думаете по этому вопросу? - сказал Федор Лазарев. - Ведь и в самом деле, эйджел начали создавать свои колонизаты только после того, как на Земле вопрос развития цивилизации сам по себе стронулся с мертвой точки.

- Я думаю, - произнес тот, - что эйджел никогда не ставили перед собой задачи конвертировать первобытных людей в себя. Да и бессмысленно это - конвертировать лесных дикарей в дикарей космических. Вот Древний задачу конверсии предков человека в свое подобие перед собой ставил, но в ней до конца не преуспел, в результате чего обратная конверсия дикой эйджел в цивилизованного человека осталась вполне решаемым вопросом, ибо у искалеченных им Божьих созданий сохранились все необходимые для этого качества психики. Теперь по сути самого процесса конверсии. Конвертировать кого-то можно только в себя, сказав людям: «Будь как я, делай это как я, делай это лучше меня». С самого начала, только поселившись тут на берегу реки, мы решили, что будем местным жителям не господами, а учителями, показывающими, как делать так, чтобы не страдать от голода, холода и болезней. Первыми нашими подопечными стали женщины клана Лани, бежавшие от напавших на них людоедов, вторыми - женщины темнокожего клана Тюленя, мужчины которого и были людьми, впавшими в каннибализм. Сначала мы перебили тех людоедов, что погнались за убегающими «ланями», а потом совершили молниеносный визит на разгромленную стоянку, где хозяйничали каннибаллы, и закончили дело, перебив всех тварей до последнего, а женщин забрав к себе для перевоспитания. Мы ответственны даже за тех, кого победили. Если с тюленихами (мы тогда называли их полуафриканками) все с самого начала все пошло как надо, ибо оказавшись на Пути Искупления, эти женщины выказали самое яростное желание измениться и войти в наше общество в качестве полноправных гражданок, то оставшиеся на свободе «лани» принялись бунтовать, не желая жить по нашим законам. Тогда мы махнули рукой на все вынесенные из родного мира благоглупости, и присоединили бунтовщиц к полуфриканкам, ибо неблагодарность в этом жестоком мире - это тяжкое преступление. Впрочем, и мы сами, и те «лани», что не бунтовали, а потому остались кандидатками на гражданство, и женщины, проходящие по Пути Искупления, жили одной жизнью, одинаково трудились ради того, чтобы достойно встретить подступающую зиму, и вместе ели одну и ту же еду. Именно тогда сформировалось ядро нашего народа и определись основные правила по обращению с кандидатами в новые сограждане. Потом был первый заброс на подкрепление контингентом из нашего времени и нападение клана Волка, еще раз удвоившее численность нашего народа, но начало всему было положено за первые три месяца нашего существования в Каменном веке. Мы научили этих женщин тому, как собственными руками строить свое благополучие, как из деревьев в лесу, срубить которые каменными инструментами ужасная морока, бесполезной мягкой глины и известняка возвести прочные надежные дома, где так удобно переживать местную суровую зиму, слушая, как гудит в печи жаркий огонь.

- Это из-за холодной зимы у вас в домах такие узкие окна? - спросила помощница начальника лейанской экспедиции по хозяйственной части гражданка первого класса Кхонг Хи. - А я думала, это для того, чтобы было удобней отбиваться от нападающих на это место дикарей...

- Вы, уважаемая, наверное, слишком часто смотрели франконские голодрамы в стиле «неовестерн», - улыбнулся командир «Нового Тобола». - Аквилонцы живут в мире с местными жителями, потому что никогда не делают им зла, а нападают на них разбойники-грабители, пришедшие сюда из других временных слоев-реальностей.

- Вы не совсем правы, - сказал главный военный вождь, - одно такое нападение все-таки было, ибо разбойники-грабители бывают не только в будущих временах. Охотники большого и сильного клана Волка среди местных имели репутацию крутых парней, и не столько охотились сами, сколько отбирали добычу у слабых. А потом они решили ограбить и обложить данью нас, в результате чего все до единого полегли на картофельном поле, перекопанном после уборки урожая, а их женщины, ничуть об этом не жалея, стали лучшими из наших сограждан. Именно бывшими «волчицами» по большей части сейчас укомплектовано наше ополчение.

- Да, - подтвердила тактик Итена Клан, - я их видела, и это просто первоклассные воительницы. Было бы очень интересно посмотреть на результаты профориентационного тестирования этих воинственных дам и девиц. Я надеюсь, что уважаемая Сати Бетана наконец-то перестанет экспериментировать с тем, чего она делать не умеет, предоставит эти дела местным специалистам, и как можно скорее приступит к исполнению своих прямых обязанностей социоинженера. Сейчас, встречая хуманса-командира, я знаю, что он был достаточно компетентен для прежних времен, ибо здешняя система не терпит дураков и неумех, но мне неизвестно, достиг ли он своего служебного потолка, или его следует учить и повышать дальше.

- А я, собственно, от несвойственных мне обязанностей я уже отказалась, и занимаюсь только своими прямыми обязанностями, - тихо ответила Сати Бетана. - Мне, например, удалось среди местных руководителей второго эшелона лично идентифицировать кандидата в императоры со способностями ранга А1. Великолепный экземпляр - при встрече глаза в глаза у меня просто мороз прошел по коже...

- Кандидата в императоры? - переспросил Андрей Викторович, будучи не в курсе этой истории. - И кто же тут у нас такой важный?

- Это ваш ученик, лейтенант и младший прогрессор Сергей Петров, - со вздохом ответила младший социоинженер. - Леди Ляля говорит, что вы с товарищем Трубиным были его учителями, и я склоняю голову перед теми, что смогли безупречно огранить столь большой талант.

- Свидетельствую, - поднявшись на ноги, изрек адмирал Толбузин, - что за время нашего совместного плавания Сергей Васильевич всем своим поведением и высказываемыми мыслями демонстрировал качества, необходимые всякому хорошему государю. Все, что он делал, воодушевляло людей, объединяло их вокруг его фигуры и шло на пользу как им самим, так и аквилонскому государству. А еще он отличается железной выдержкой и доверием к подчиненным. Приняв решение и отдав соответствующие приказы, он сует руки в карманы и не вмешивается в распоряжения специалистов своего дела. Этот человек беспощаден к разбойникам и грабителям, а также к тем, кого считает предателями, милосерден к слабым и сирым, ровен и выдержан с нижестоящими, никогда не повышая на них голос, и галантен с женщинами. А еще Сергей Васильевич не боится никаких трудностей, ибо, как он говорит, только через них может прийти настоящий успех.

Едва адмирал Толбузин сел, встал и заговорил начальник над бывшими пассажирами «Сити оф

Глазго» корабельный секретарь Петр Бородин.

- Полностью подтверждаю слова господина адмирала, - сказал он, - и свидетельствую лично, что во время похода господин Петров никогда не был уныл или испуган, а лишь весело-насмешлив или сосредоточенно-серьезен. А еще он несколько раз делал предположения, которые в будущем сбывались с неумолимой точностью, что для хорошего монарха есть тоже весьма немаловажное свойство.

- Да, - коротко сказал Арно де Ланвенжен, - такой король, как монсеньор Петров, это большая удача для государства, которым ему доведется править, и счастье для его народа.

- Могу сказать, - добавил капитан Гаврилов, - что при всех своих «монархических» качествах товарищ Петров остается по-настоящему советским человеком, с пониманием и заботой относящимся к простому народу. А еще он не делит людей по национальностям и ко всем имеет одинаковое отношение: и к белокожим, и темнокожим, и даже к краснокожим рогатым-хвостатым, как его приемная дочь Дэм.

- Вот видите, - сказала Сати Бетана, обращаясь к Андрею Викторовичу, - те хумансы, которые лично знали вашего ученика в деле, отзываются о нем с самым высоким пиететом, а это очень важно. При этом должна отметить, что, по данным моего психосканирования, товарищ Петров еще находится в фазе развития, и не достиг пределов своего таланта. У него еще есть потенциал для роста, а потому и задачи перед ним надо ставить соответствующие. Соответственно, о немедленной или сколь-нибудь скорой смене власти речь пока идти не может, ибо существующее руководство справляется со всеми задачами и обязанностями, но в достаточно отдаленной перспективе, когда придет время окончательно трансформировать Аквилонию в Галактическую империю, у нас уже будет иметься для нее подходящий руководитель с длительным жизненным потенциалом. Молодость кандидата - это тоже немаловажный фактор.

- Ну вот и поговорили, товарищи, - сказал председатель Верховного Совета Аквилонии. - Руководителем спасательной экспедиции «Медузы» Серегу мы назначили просто потому, что больше было некого: все прочие либо не обладали соответствующими талантами, либо не могли надолго оставить Аквилонию. И чего бы ни говорили некоторые присутствующие, мы попали прямо в яблочко. Должен заметить, что больших проектов со стратегическими целями, вроде похода на край света, у нас пока не предвидится, а потому предлагаю оставить Серегу на той же позиции, продолжив его воспитание и обучение, тем более что возможности по этой части у нас сильно расширились.