Александр Михан – Белорусская фантастика. Сборник (страница 9)
– Точно официантки? Мне кажется, это ноги циркачки! – Орнен улыбнулся выходке андроида.
– Странные вы всё-таки, люди. Вернее, мужчины, – Артур поднялся с пола. – Так непонятно реагируете на части женского тела. Ладно, нас сделали по своему образу и подобию, но с женщинами-то что не так? Они тоже сделаны по тем же лекалам!
– А вот здесь я тебя разочарую. Насколько мне известно, первая женщина была сделана из ребра мужчины! – Орнен сделал глоток чая.
– Из ребра? Значит, я не конечный результат человеческого гения?
– Выходит, что так!
Андроид подошел к стальной двери, в которой он отражался, как в зеркале, и, задумчиво отстегнув от себя тонкую пластину, напоминающую человеческое ребро, шёпотом произнес: «По образу и подобию, по образу и подобию…»
Аномалия
Странник подтянул лямки рюкзака и машинально посмотрел на запястье. Время на часах остановилось, с самого утра стрелки не сдвинулись ни на йоту и все также показывали шесть часов тринадцать минут.
До места падения объекта оставалось каких-то несколько километров, но аномалия со временем и труднопроходимое болото забрали почти все силы. Свечение на кончиках крон деревьев то увеличивалось, то уменьшалось, а рюкзак с всего лишь одним сухпайком превратился в двухпудовую гирю и неумолимо тянул странника к земле.
– Хорошо, что я не взял с собой па́латку, иначе точно бы не прошел и половину пути.
Наконец, странник заметил объект наполовину торчащий из воды. Свечение на кончиках крон деревьев поменяло цвет с фиолетового на сиреневый, а часы на руке по неизвестной причине больно кольнули руку.
– Не может быть?
Все внимание мужчины было приковано к стрелкам на циферблате, они как по команде начали быстро крутиться, словно кто-то невидимый подкручивал время вперёд. И когда наконец, стрелки остановились, странник облегченно выдохнул воздух и удивлённо посмотрел перед собой.
Объект внезапно исчез, словно его вообще не существовало, как и болота.
Странник снова стоял на камне возле ворот заповедника, подтягивал лямки рюкзака и с восторгом смотрел, как с неба падает странный объект, освещая вокруг себя всё мягким фиолетовым светом.
Изгнание из Эдема
Магда, ступая босыми ногами по тёплому полу из искусственной травы, ничем не отличающейся от настоящей, и мельком взглянув на отражение своего обнажённого тела в иллюминаторе корабля, впервые зашла в капитанский модуль. Ей предстояло отчитаться ЦСУ (центральной системе управления) о том, как прошла очередная, ничем не примечательная, неделя на борту Эдема – огромного космического корабля-ковчега, дрейфующего на орбите неизвестной голубой планеты.
Следом за ней в капитанский модуль пробрался и робот-техник Нуллус. В этот раз Нуллус поместил свой интеллект в гибкий длинный корпус из композитного материала, с лёгкостью выдерживающего как пребывание в невесомости за пределами ковчега, так и в соплах работающих двигателей во время диагностики. Он проводил её практически каждый день: проползая, протискиваясь и перекатываясь вдоль и поперёк корабля несколько десятков километров в поисках неисправностей.
Единственный глаз Нуллуса, похожий на стеклянный шар и являющийся одновременно объективом и сканером, постоянно менял свой цвет, как только Магда попадала в поле его зрения. Робот с удовольствием наблюдал за грациозными движениями женщины и для себя отмечал, что работать ему с ней всегда почему-то комфортнее, чем с капитаном Ароном. Хотя, если говорить начистоту, не захотел бы Арон себе помощника, то не было здесь и Магды.
Нуллус несколько раз пытался стереть из памяти момент появления на борту корабля женщины. Его искусственный разум до сих пор не мог смириться с тем фактом, что Магда – не что иное, как часть самого Арона (ни больше ни меньше).
Но еле заметный шрам на груди мужчины и отсутствие одного из рёбер всегда напоминали роботу, благодаря кому он сейчас общается с самым прекрасным созданием во Вселенной.
Нуллус был настолько стар, что помнил, когда на космическом ковчеге, кроме него, вообще никого не было, и он оставался единственным, кого хоть как-то можно было назвать разумным существом. Поэтому эти двое за столько лет стали неотъемлемой частью не только космического корабля, но и его самого.
Робот в своем желании заглянуть в глаза Магде, обвив ловким телом спинку кресла пилота и похрустывая гибкими позвонками, быстро на него взобрался. После чего вытянул вперёд единственный глаз-голову и резко поменял цвет с прозрачного на розовый, чем невольно напугал женщину.
– Нуллус, я не ожидала тебя здесь встретить! Где ты пропадал столько времени? – Магда погладила робота по корпусу и улыбнулась.
– Пока делал диагностику топливных баков, мои магниты в экзоскелете всё-таки пришли в негодность. Времени и желания менять их не было, и я решил, что больше это «тело» покидать не буду. Надоело постоянно перемещать свою «душу» туда-обратно. Да и комфортнее мне в нём. Смотри, что умею.
Нуллус сжался как пружина и, резко распрямившись, подлетел вверх, прилип к потолку.
– Осторожно, не свались мне на голову! А то я тебя знаю: вечно с тобой случаются какие-нибудь казусы…
– А-а… Ты про Lignum Scientiae? Так сама хотела посмотреть на это растение, я только тебе показал к нему дорогу.
– Показал? Да ты мне все уши прожужжал: да посмотри! Да потрогай! Какие у него листья! А цветы! А плоды! Глаз не оторвать! А, между тем, в инструкции чётко написано: растение очень ядовитое, и, если его попробовать, можно умереть.
– Кто тебе сказал? Арон?
– Да, Арон. А ему, в свою очередь, ЦСУ. Или ты считаешь, что в Центре ничего не понимают в ботанике? Смотри, сколько новых сортов мы с Ароном вырастили благодаря их советам!
– Всё это ерунда! Я пробовал плод Lignum Scientiae! И, как видишь, живой! Могу сказать только одно: это самый невероятный вкус из всех, что мне довелось здесь попробовать, – из тела робота появилось небольшое щупальце, похожее на язык с присоской, которым он распознавал химический состав любого вещества. – Ты многое теряешь… Да и Арон тоже. Какие же вы после этого исследователи? Так, не пойми кто…
Женщина на минуту задумалась, а потом, хитро прищурив глаза, замерла, уперев руки в бока.
– Хорошо, я попробую плод с Lignum Scientiae. И если… И если мне не понравится, или со мной что-нибудь случится, Арон тебя сотрёт в порошок!
– Договорились! Следуй за мной, а то опять полдня потратишь на его поиски!
Робот аккуратно опустился на пол и, извиваясь, как лента на ветру, довольный собой, устремился вперёд. Вскоре они вдвоём оказались у того самого растения, о взаимодействии с которым Арон был строго предупреждён Центром.
– Смотри, новый плод! Какой он красивый! Форма идеальная, цвет! – Нуллус заполз на ветку и «языком» несколько раз сделал измерение воздуха вокруг плода. – Аромат такой, что зашкаливают все мои датчики. Спелый на сто процентов. Самое время его познать!
Женщина, всё ещё сомневаясь в правильности принятого решения, робко протянула к плоду руку.
От легкого прикосновения плод оторвался и тут же оказался на ладошке Магды.
– Это судьба… – робот приблизился поближе к лицу женщины. – Чего ты ждешь?
Магда закрыла глаза и, открыв рот, медленно поднесла плод и слегка надкусила. Сок брызнул на руку, а на лице женщин засияла улыбка.
– Как вкусно! Я впервые пробую такой вкус! Мне нужно срочно рассказать об этом Арону, он тоже должен попробовать плод Lignum Scientiae!
Арон и Магда, чьи тела были сплошь покрыты странной сыпью, виновато смотрели на пустой экран. Строгий голос, раздавшийся из динамика, приказывал им срочно забраться в спасательные капсулы, погрузиться в анабиоз и покинуть ковчег для того, чтобы они не заразили неизвестным вирусом всё вокруг.
И только Нуллус знал, что их никто спасать не будет. Поэтому, когда мужчина и женщина уснули, пробрался в капитанский модуль и, включив аварийный режим, отстрелил от основного корабля все доступные модули с растениями, заранее запрограммировав их приземление на голубую планету, где он, Арон и Магда попытаются построить свой, новый, Эдем.
Стихи из прошлого
– Смотрите, дети, а это и есть та самая книга, которую носил с собой наш земляк – спаситель и великий человек. Это сборник сонетов Адама Мицкевича, написанных в начале девятнадцатого века, – обратился экскурсовод к ребятам. – Это была единственная книга, которая уцелела благодаря Анджею.
– А правда, что он мог только при помощи нескольких слов распознать «подобных»? – спросила девочка у экскурсовода, помечая что-то для себя в блокноте.
– Да, верно. Легенда гласит, что при помощи всего нескольких фраз он первым научился определять, кто перед ним находится: человек или «подобный». А затем научил этому и остальных – правда, не всех, а только тех, у кого был такой же дар, как и у него, – ответил экскурсовод. – Жаль только, что это красивая легенда. Мы так никогда и не узнаем, что же, на самом деле, тогда происходило, и как этот юноша смог переломить ход войны. Ведь, если бы не он, все человечество уже перестало существовать еще сто лет назад. И то, что мы с вами здесь находимся, в большей степени, заслуга Анджея.
– А вот никакая это не легенда! – вдруг раздался голос мальчика, стоящего в самом конце группы. – Мой дедушка Адам рассказал мне, как все произошло тогда. Он умер, и теперь только я один знаю, что было в ту ночь.